— Не совсем, — осторожно ответил Питер. — Я буду вам очень благодарен, если вы сами расскажете, в чем суть предложения.
Денвер слегка подался вперед.
— Видите ли, мистер Кесслер, я всего-навсего торговец текстилем и, как таковой, выработал определенные правила, которых и стараюсь придерживаться, ибо в прошлом они обеспечили мне успех. Одно из этих правил относится к продаже продукции. Опыт подсказывает, что товар продается тем успешнее, чем более продавец заинтересован в выпуске реализуемой им продукции. Думаю, что это же правило может быть применено и к художественным фильмам. Например, компания «Мартин» была бы более заинтересована в получении доходов от проката фильмов «Магнум», если бы она была заинтересована в выпуске этих фильмов и видела, что ее усилия компенсируются, с одной стороны, выпуском фильмов, а с другой — их демонстрацией.
Питер смотрел ему прямо в глаза. То, что пытался объяснить ему Денвер, можно было выразить одной фразой: «Ты берешь меня в долю, а я побеспокоюсь, чтобы твои дела шли хорошо».
В Америке это называлось протекционизмом.
— Как я понимаю, мистер Денвер, вы заинтересованы в покупке акций компании «Магнум»?
Денвер заулыбался.
— Что-то в этом роде, мистер Кесслер, — признался он.
Питер потер рукой щеку.
— И как много вы хотели бы их купить, мистер Денвер?
Денвер прокашлялся и оценивающе посмотрел на Питера.
— Около двадцати пяти процентов, скажем так.
— И за какую цену? — спросил Питер.
Денвер обвел взглядом кабинет. Он немного помедлил, прежде чем ответить.
— Пятьсот тысяч фунтов стерлингов, — наконец сказал он.
В уме Питер перевел фунты стерлингов в доллары, получалось около двух с половиной миллионов долларов. Эта сумма могла бы помочь решить многие проблемы. Его заинтересовало, почему Денвер назвал именно эту сумму.
— Почему именно такая цифра, мистер Денвер?
Денвер посмотрел ему в глаза.
— Я взял себе за правило никогда не предпринимать что-нибудь вслепую, мистер Кесслер. Прежде чем я купил сеть кинотеатров «Мартин», мои помощники тщательно изучили состояние дел этой компании. Когда я решился на покупку этой компании, то понял, что соглашение с какой-нибудь американской кинокомпанией будет обоюдно выгодно. Что касается вашей компании, лично мне она внушает большое уважение. Вы довольно независимы и всегда отстаиваете свою точку зрения. Видите ли, сэр, состояние моей семьи тоже было основано на принципе постоянной борьбы за свои интересы. Отсюда у меня такое отношение к вам.
Питер был поражен. Ему очень польстило, что этот человек по достоинству оценил его вклад в развитие кино. Он расслабился в кресле, лицо его расплылось в улыбке.
— Довольно любезно с вашей стороны, мистер Денвер, — скромно сказал он.
Денвер поднял руку.
— Ничего подобного, мистер Кесслер. Независимо от вашего решения, я все равно уважаю вас.
Питер, довольный, кивнул.
— Я со всей серьезностью отнесусь к изучению вашего предложения, мистер Денвер. Но мне бы хотелось уточнить.
— Что именно, мистер Кесслер?
— Может, вам неизвестно, что последние несколько лет были нелегкими для «Магнума», с двадцать девятого года компания потеряла более десяти миллионов долларов.
Денвер задумчиво кивнул.
— Я в курсе, мистер Кесслер. Ценю вашу честность. Но я полагаю, что эти потери были неизбежными из-за неустойчивого состояния кинорынка. Мне кажется, у меня есть план, который поправил бы финансовые дела «Магнума».
Питер поднял брови. Ему уже стало ясно, что к мнению этого человека стоит относиться со всей серьезностью. Денвер был настоящим бизнесменом.