— Клади в кроватку.
Я послушно переложила ребенка в его кроватку. Младенец утонул в зеленых рюшах, и я поправила балдахин. Он сразу перевернулся на живот и зарылся лицом в тоненькую подушку. Сашка делал так же.
Черт!
Ком встал где — то в трахее, и я усердно пыталась пропихнуть его дальше, но получилось неважно. Маша добавила масла в огонь всего лишь одной фразой:
— Ты так быстро управилась. У тебя есть дети?
— Был, — осипшим голосом сказала я и направилась к двери.
Потом, я остановилась и выпалила, давясь слезами:
— Не слушай его. Спи вместе со своими детьми. Поверь, это самое ценное в жизни. И очень быстро проходит. Игорь — дурак, если этого не понимает.
С этими словами я вылетела из детской, и забежала в первую комнату, попавшуюся на моем пути. Это оказалась ванная. От нахлынувших воспоминаний мою грудь сдавило, словно по ней проехался асфальтоукладчик, и я принялась хватать ртом воздух. Я вцепилась с раковину так, что костяшки пальцев побелели, и отчаянно затрясла головой, прикусив нижнюю губу до боли.
В висках застучало, в ушах появился долгий, пронзительный писк и поле зрения вокруг меня стало сжиматься.
— Март, ты выпил. Я поведу, — резко сказала я, усаживая Сашку в автокресле.
Он послушно сложил ручки, когда я пристегнула его пятиточечным ремнем. Поцеловав сына в макушку, я поймала его довольную улыбку и подошла к багажнику, куда Март укладывал коляску.
— Я выпил полбанки пива. Два часа назад, — пожимает плечами он.
— Ну и что? Ты знаешь мое отношение к этому. Давай ключи! — говорю я, и он смеется.
— А ты знаешь, как я не люблю, когда ты за рулем.
Я вздыхаю, когда он тянется ко мне и обнимает меня за талию.
— Я поведу. Март, пожалуйста, давай не будем ругаться.
Чмокнув меня в лоб, мой муж отстранился и покачал головой. Потом закрыл багажник, протянул ключи от машины и зашагал к пассажирскому сиденью.
Я устроилась за рулем, пристегнулась и поморщилась от солнечного света, бьющего в глаза. Как назло, я снова забыла очки дома. Опустив козырек, я завела машину и тронулась с места.
— Баба за рулем — все равно, что обезьяна с гранатой, — проворковал мой муж и рассмеялся.
— Заткнись, — буркнула я, пытаясь сосредоточиться на дороге.
— Дана! — я услышала взволнованный голос Эрика в коридоре.
— Я здесь, — прохрипела я, и не знаю, то ли он услышал этот жалобный звук, то ли просто нашел меня по запаху, но он в ту же секунду открыл дверь в ванную, и оказался рядом.
Он подхватил меня, обвив руками мою талию, и прижал к себе. Я судорожно хватала воздух и цеплялась за него, чтобы не рухнуть в обморок.
— Все хорошо. Я с тобой. Я рядом, — говорил он мне на ухо, и я возвращалась в реальность маленькими шажками на звук его голоса.
Когда приступ прошел, он усадил меня на унитаз, а сам сел на корточки рядом. Заглянув в мое лицо, он нахмурился еще больше.
— Ты как?
— Уже лучше.
— Я говорил, что это была плохая идея? — он покачал головой, и я вжала шею в плечи.
— Нет, но намекал.