- Но… зачем мне это делать? - Я чувствовала растерянность, чуждую моей собственной коже.
- Пост-травматический стресс, я полагаю. Дело в том, что ты опасна для всех вокруг.
- Но... не сейчас. - Я сказала это, словно верила в это. Льюис не согласился со мной, но и не возражал. Он просто сидел, мягко заверяя через контакт наших рук. - Льюис, я не хочу никому навредить. Действительно. Ты должен в это верить.
- Я верю, - сказал он. - Но самое лучшее сейчас, чтобы ты отдохнула и вернула свои силы. Мне пришлось вырубить тебя довольно жестко. Сильнее, чем я бы предпочел. Ты должна исцелиться.
- Ли сказал, что меня перевезут куда-то еще, - сказала я. - Это прозвучало как тюрьма.
Палец Льюиса остановил поглаживания моих пальцев. Я не была уверена, что мне это нравилось.
- Это не тюрьма, - сказал он. - Но это медицинское учреждение, и им руководят люди из группы Мэрион. Если они не смогут найти способ остановить тебя от злоупотребления своими силами Земли, тогда они заблокируют каналы, чтобы предотвратить повторение. Я не хочу увидеть, как это случиться, поэтому тебе нужно сосредоточиться на удержании себя в спокойном и уравновешенном состоянии, хорошо? Никаких неадекватных реакций. Никаких нападений на людей. И перестань пытаться съесть человеческие мозги.
Я рассмеялась, но вышло неуверенно, как и его улыбка. - Клянусь, что постараюсь, - сказала я. - Дэвид был здесь?
Льюис отвернулся. - Еще нет, - сказал он.
- А это нормально, что его нет так долго?
- Ты знаешь, что нет. Но мы никак не можем проверить его, так что мы просто должны подождать.
В дверь сдержано постучали, и это было подобно гулу. Льюис откинулся, когда к нему наклонился охранник. - Вас просят к телефону, сэр, - сказал охранник. - Конференц-звонок.
Льюис кивнул, потом рассеянно мне улыбнулся. - Политика, - сказал он. - Мэрион была права. Всегда есть время для политики. Отдыхай, хорошо? Я вернусь.
Я не доверяла своему голосу, поэтому промолчала. Он ушел, не оглядываясь, и я попыталась закрыть глаза и заглушить внутреннюю панику.
Я в ловушке. Они везут меня в тюрьму. Нет, хуже - они ходили вокруг да около с моей головой, стараясь удержать меня от причинения вреда людям.
Я была, в понимании Хранителей, психически больной. Сумасшедшей. За исключением того, что, каким-то образом, я знала, что это не так… и, что если я позволю им копаться в моей голове, это будет плохо. Очень, очень плохо.
Монитор просигналил где-то возле моей головы. Мой пульс подскочил и становился все быстрее. Остальные электронные сигналы присоединились к общему хору - кровяное давление? Мне неожиданно стало плохо, почти закружилась голова. В моей голове возник шипящий звук, как помехи, и это ужасное давление в груди....
В углу комнаты зашевелилась тень. Мгновение, я не могла разглядеть, кто это был, а когда мои замутненные глаза сфокусировались, я ощутила, как толчок ужаса прогнал остатки моего одурманенного сна.
У меня был посетитель, и посетителем была я.
Нет... посетитель был похож на меня, вплоть до неприятного больничного халата и растрепанных волос. Но было что-то холодное и бесчеловечное в глубине ее голубых глаз, что-то, что совсем не было мной.
Посетитель просто стоял там, глядя на меня, и я могла ощутить разделяющее нас пространство, увидеть, как воздух мерцает и становится темным и толстым.
Мы притягивали друг друга ближе, но в то же время, я ощущала тошнотворную утечку в своей жизни.
- Помогите! - попыталась я прокричать - Льюис не ушел далеко, он не мог - но мой голос был слабым, сдавленным писком в горле. О, Боже. Он сделал шаг ко мне, и я почувствовала, как меня окутывает соответствующий всплеск головокружительной слабости.
- Тихо, - прошептал Демон и переместился еще ближе. Я задыхалась, но я словно дышала на дне океана. Я тонула в темноте. - Мы почти на месте. Почти там. Нужно просто отпустить, отпустить и дать мне то, что мне нужно.
Внезапно, я поняла, вот почему Джонатан приходил предупредить меня. Прямо сейчас, Демон кое-что упускал, кое-что жизненно важное. Кое-что, что было у меня.
И вопреки всему, мне нужно было держаться.
Мне нужно было бороться за свою жизнь, потому что я была единственной, кто мог.
Конечно, я была также накачена лекарствами и привязана к кровати, но никто не обещал, что будет легко.
Дэвид. Боже, Дэвид, пожалуйста.
Если он и мог меня слышать, то не мог ответить. Может быть, он был ранен, или заключен в тюрьму, или просто отрезан и не мог добраться до меня. Я почти могла его чувствовать, ощутить его разочарование и страх, но...