Под особенно ярким навесом с золочеными накладками расположилась в плетеных креслицах Ло Лита с «друзьями». Мулилле Ананта, Веньян, Суфьян ад-Фатых и Иизакки наперебой заказывают дорогие закуски, соревнуясь в щедрости. Уже не первый раз наполняются бокалы. Вдовушка отчаянно кокетничает и улыбается – винные пары возносят над горестями земными.
Зеркальным отражением смотрится компания в едальне классом пониже, где пирует алхимик Мунх с поклонницами. Чаши взлетают к небу, страстные декламации стихов не прекращаются ни на миг: старикан не переставая шевелит губами, вдохновенно уставившись в купол тента. Троица плотненьких округлых теток, у которых «есть за что подержаться», одеты весьма прилично, не без щегольства – сразу видно, достойные горожанки. Охают и ахают разомлев, блестят влюбленными глазами, только вот блеск какой-то неестественный. Я попросил у мальчишки-подавальщика кружку воды и устроился в углу за спиной Мунха. Что там говорила Ло Лита про сводящий с ума запах свободного сильного зверя? Вот сейчас и узнаем…
Запах был, и он был мне знаком. Очень похоже пахло от лезвий тешаня, подаренного Текудером–де Нороной. Я постоянно вертел его в в руках на вечерних привалах по дороге в Ранган и хорошо запомнил тревожащий аромат. В Рангане умельцы-оружейники перебрали и наточили его, запах изменился: масло и металл… Память услужливо вернула в зал храма Смерти, в тот момент, когда я вцепился в Де Норону, захватившего власть над Текудером… на Мунха будто пала тень запаха демона. Но такого просто не может быть!
Оставив пустую кружку на прилавке, я растерянно двинулся к выходу. Дома меня ждала моя Сарисса и наш собственный праздник на крыше. Мисочки с креветками в кляре, выжаренными до хруста ломтиками картофеля и сладостями расставлены на низком резном столике, терпкое вино и ароматный чай дышат светлой грустью. Наблюдать отсюда за праздником оказалось намного интересней, чем участвовать в нем. А когда на небе зажглись звезды и фейерверки, мы долго сидели, обнявшись, наслаждаясь теплом летней ночи и согласным стуком сердец в волнующей близости друг от друга. Казалось, что даже сердце у нас одно на двоих.
Встреча с Мунхом на празднике Дух лун не только не дала ответа ни на один вопрос, но еще больше все запутала. Единственное, что радовало – нищие больше не пропадали. Зато пропал Сию.
Наша связь формировалась естественно и незаметно, а сейчас была крепка как никогда: потянусь мыслью – и на другом конце связывающей нас энергетической нити отвечает вспышками фонтанчик из алых и синих искр, веет бодрящим холодком. Куда бы ни убегал свободолюбивый хранитель, отклик следовал незамедлительно… но, к своему стыду, нечасто я о нем вспоминал в последнее время: увлекся расследованием и новыми сердечными переживаниями и просто не обращал внимания на то, чем занят толстяк.
В спальне в кои-то веки ночевал один. Заснул с трудом: никто не пыхтел, не возился в ногах, сворачиваясь тяжелым теплым клубком. Утром миска с едой оказалась нетронутой. Как бы ни пытался получить ответный сигнал другой конец связующей нас нити был пугающе пуст. Снова таинственное исчезновение? Но у нас на руках дело о пропаже людей, Сию же не человек. Он даже не кот, хотя и похож. Но кто-то два года назад уничтожал животных, чтобы сделать амулет невидимости: может быть, наш легкомысленный толстяк попал в руки этих живодеров?
Сарисса с Барлу тщательно обыскивали дом. Учитель Доо и Аянга мелким гребнем прочесывали округу, безрезультатно заглядывая под каждый куст, каждый камешек. Синие следы-кляксы хранителя, которыми были испещрены дворики «Дома» обрывались сразу за воротами: наш увалень никогда в одиночку не покидал территории поместья. Наконец, исследование высокого забора со стороны улицы дало хоть какой-то результат.
– Здесь странный запах… – Аянга подняла руку, привлекая внимание. – Незнакомая трава. У вас такая не растет.
Ей стоило верить: с Дэйю они изучили почти все богатство растительного царства Бахара.
– А мне этот запах где-то встречался… – Учитель Доо, старательно принюхиваясь, ощупывал булыжники дороги, изгибом притершейся к ограждению дома.
– Есть! – Учитель Доо подцепил на сломанный прут пожухлые волокна растения, втоптанные в обочину дороги.
– Что это? – мы с Аянгой в мгновение ока оказались рядом.
– Виталиана, – наставник ткнул пальцем в раздавленный венчик соцветия. – В Запределье ее полно. Отвар используют как успокоительное, также помогает вернуть силу сердца после тяжелых испытаний.
– Как она попала сюда? Следов демонов я не вижу, да и не ссорились мы с ними, скорее наоборот. Вспомните, наставник, мы не ощущали присутствия соглядатаев изнанки уже больше года, они явно потеряли к нам интерес. Зачем им понадобился мой хранитель? Нет, не так: зачем им понадобился мой кот?
Учитель Доо словно не слышал моих вопросов, напряженно морщил лоб, вспоминая.
– Некоторые животные необычно и сильно реагируют на запах виталианы. Буквально хмелеют и теряют разум, как люди после бочонка крепкого вина. Начинают скакать, кататься по земле в восторге. Скорее всего, и Сию оказался подвержен воздействию: спрыгнул, очарованный ароматом, и попал в руки похитителей.
Аянга принюхивалась к виталиане, смешно подергивая кончиком носа. Только вот смеяться совсем не хотелось. Я настроил органы чувств на самое тонкое восприятие реальности: всмотрелся в забор и дорогу, и в воздух над ними, вслушался в квартал, растекся энергией по его улицам. Тянуло к площади, к тому самому дому господина Дзиннагона, что был заключен в кокон черной вязкой мути. Начальник управы ворует котов? Сомнительно, но это было единственное место, что хоть как-то откликалось на импульс поиска.
– Похоже, что так, – реконструкция событий выглядела логично, – его заманили в ловушку, сразу же изолировали и унесли. Смотрите, следов хранителя на дороге не видно, а у забора земля притоптана, будто какое-то время во-о-он там стояла пара человек с большой корзиной или горшком.
Я указал на характерный круглый отпечаток. Аянга тщательно обнюхала указанное место и утвердительно кивнула.
– Ну и что дальше? Где искать? Дорога перемешала следы, по ней за это время прошли многие, – наставник расстроился.
– Меня тянет к управе, – решительно заявил я, аккуратно запаковывая в лист промасленной бумаги пожухлый пучок странной травы. – Там давно что-то странное творится, и это единственное место, куда могут заходить посторонние, нуждающиеся в услугах администрации.
– Подвал дома начальника имеешь в виду? – Учитель Доо задумчиво потер лоб. – Да, тебе он давно не дает покоя, я помню. Выхода у нас нет, надо идти на разведку.
– Всем троим? – удивился я. – Привлекать лишнее внимание?
– Мы просто осмотрим все снаружи и прикинем, имеет ли вообще смысл туда соваться, – это уточнение не вызывало отторжения, я согласно кивнул.
Дом, включенный в общий комплекс построек управы, выглядел неприступным. Стены строений образовывали глухой периметр с полным отсутствием окон. Я помнил, что к массивным воротам примыкает караулка, а округу обходит патруль. Но если там творились неблаговидные дела, то обязательно должны быть ходы, которые не контролируют стражи, стоящие на посту, и наша задача – найти их.
Мы не крались, спокойно прогуливались по площади, внимательно осматривая комплекс зданий, и смогли кое-что заметить. На уровне земли в строении с подозрительным подвалом были пробиты небольшие вентиляционные отверстия, а в заборе, выходящем на боковую улицу, заманчиво маячила неохраняемая калитка, прикрытая ветвями плакучей ивы, свесившей плети поверх ограждения. Слишком уж заманчиво, похоже на приманку для глупцов. Проникнуть внутрь через этот ход? А дальше куда? Внутреннее расположение зданий комплекса представлялось плохо. Стоп. Я ведь могу явиться в управу официально. Например, для того, чтобы отправить весточку семье. А там, чем демон не шутит, может быть удастся обнаружить двери в подвал?
Секретарь господина Дзиннагона встретил приветливо. Мне нравился этот Иса: во время странствий насмотрелся на самых разных чиновников самых разных управ – местный же производил самое благоприятное впечатление. Он принял послание, обещал в скорейшем времени переправить его в родовое поместье и из вежливости стал выспрашивать о путешествии, восхитившись количеством печатей в подорожной. Ого! Наши путевые листы, оказывается, здесь старательно изучили. И даже доложили по инстанции… наверное. Тем не менее, его осведомленность оказалась очень кстати. Я разливался иволгой в цветах азалии, описывая организацию работы в управах, где довелось побывать, и посетовал на то, что как раз родные бахарские мне менее всего известны. Увлеченно внимающий рассказу секретарь немедленно предложил восполнить этот пробел в знаниях и совершить экскурсию по здешнему комплексу. Это-то мне и было нужно. Во время прогулки я заодно выяснил, что начальник управы квартала Ворон – не самая лакомая должность для столичного жителя. Да, господин Дзиннагон, безусловно, сделал неплохую карьеру благодаря своим природным качествам, и даже, возможно, выйдет в отставку увенчанным почетным знаком семьи Иса, но нужно учитывать, что поднимался он из низов. Крестьянская хватка и цепкий ум помогают ему справляться с управлением, но квартал Ворон – это столичное захолустье, куда никто из администраторов семьи не готов пойти на постоянную работу.
– Меня переводят на должность секретаря суда округа Феникса, а там – еще пара лет и… – секретарь предвкушающе улыбнулся.
– О! Поздравляю, уважаемый, – я цепким взглядом обшаривал внутренний двор управы. – Вы вполне достойны высокого назначения.