За год его ученичества, ничего нового — для себя лично — он не узнал. Те же книги, те же эльфы. Новообращенные стали наглей, Младшие — тупей. Высокорожденные предпочитают смертных.
Круг замкнулся.
Человеческие слабости так приятны для бессмертных, привлекательны и упоительны.
Быть может, именно оттого, единственное, что осталось без изменений — шикарные бордели, принимающие клиентов способных расплатиться за услуги тяжелым золотом или ответной услугой.
Саймон брезгливо передернулся, вспомнив "родоночальницу" семейства новообращенных Марго Кан-Мили — жирную смотрительницу пражского публичного дома, вовремя подставившую шею под укус. А еще, худую, как щепка, Синтию Аль-Фиор, телохранительницу Старейшины рода Кан-Прим…
"Неприятная была парочка…" — Признался самому себе мужчина, проходя к письменному столу и усаживаясь на обычный офисный стул.
— Саймон! — Рык Джаулина из-за полуоткрытой двери, заставил парня горестно вздохнуть и оторвать пятую точку от удобного сиденья. — Твой знакомый еще жив?
Ругаясь себе под нос, "Скиллис" поспешил вернуться в зал, плотно закрыв за собой дверь, на всякий случай.
— Да, учитель.
— Замечательно! А твои связи с семействами… — Джаулин пощелкал пальцами, делая вид, что забыл фамилии Старейшин, считающих, что завербовали секретаря Мудрейшего в свои вечные шпионы. — Все еще требуют от тебя информации?
— Нет, учитель…
— Поумнели сволочи… — Джаулин искренне расстроился. — Что у тебя по докладу?
— Переписываю… — Саймон попытался выкрутиться, но Мудрейший ждал совершенно другого ответа и в лоб секретаря полетел томик персидской поэзии, так ни разу и не дочитанный дальше 45 страницы.
— На словах давай! "Переписываю…" — Маг передразнил интонации своего ученика. — Найми пару "переписалок" и пусть они за тебя пальцы марают!
— Пару "переписалок"? Одну на обед, другую на ужин? — Ученик не удержался от иронии, так присущей его учителю. — Быстро закончатся, "переписалки"…
Джаулин уставился на своего ученика, решая, стукнуть или спустить на тормозах?
Победила лень.
— Рассказывай!
— Все очень плохо. — Саймон пожал плечами. — На американском континенте мы уже лишились около 45 % процентов населения. Портальные переходы нового типа не отслеживаются нашими магами. Канада, северная часть США фактически опустели. Младшие не торопятся расселяться в ту сторону, предпочитая пока еще живые города юга. Австралия зачищена, Африка…
Саймон переступил с ноги на ногу.
— Африка годится только на поддержание кормового баланса — эпидемии вспыхивают с периодичностью пять раз в год: не успеет пройти одна беда, как приходит другая. Если так пойдет и дальше, Африку будут населять дикие звери. Наш континент… Младшие плодятся с неимоверной силой и уже сообщили о нескольких случаях нападения на защищенные города.
— Что, не хотят наши младшие бегать за пропитанием? Браконьерничают? — Джаулин расцвел, словно ему сделали совершенно чумовой подарок на день рождения. — А твои собратья?
— Кланы Кан-Прим и Кан-Мили решили объединиться, потеряв до 60 % собственной живой силы. Клан Кан-Аль прекратил свое существование, оказавшись на территории, отданной Младшим для развития. Кланы Кан-Орва, Кан-Исса и Кан-Тари — вырезаны неизвестными.
— Значит, Восток у нас свободен? — Джаулин потер руки.
— Восток, Китай, Монголия — официально свободны. — Секретарь уселся во второй кресло, стоящее напротив его учителя. — Неофициально — особо никто не жаждет связываться с тамошним населением… Старейшины требуют отдать Восток и Китай для Младших.
— Порешат "собачек"… — Джаулин отрицательно покачал головой, не замечая, как в его собственной речи стали появляться словечки, используемые учеником. — Собачек порешат, а мы останемся без резерва… Что сам думаешь?
Саймона так и подмывало сказать, что он на самом деле думает, но с языка сорвалось нечто иное: "На все воля Аллаха!"
Мудрейший, услышав подобное из уст ученика, от смеха едва не лишился чувств.
Ничего не поделаешь, еще три месяца тому назад он сам, лично, познакомил ученика и своего возможного преемника с четверкой бывших управленцев… Тех самых, что еще недавно называли "богами".
Ученик поседел, учитель вволю повеселился, а вот боги, отчего-то, оскорбились. И ангелов, на посылки, наотрез отказались давать, бяки эдакие!