А между тем Чистые начали беспокоиться, кое-кто даже «отрастил» гипертрофированные багровые руки и потихоньку направился в сторону Куросаки с подругой. И… это было странно, они же должны проявлять «инициативу» только по направлению к Розарию. Или он где-то рядом… или Ичиго действительно попал. Хотя это вряд ли, «почётная жертва» выбирается из душ, что уже находятся в Долине Криков, а не случайным образом со всего света.
В первый миг подростки растерялись, так и не заметив за спинами белых духов новых гостей. А дальше, вторя моим мыслям, на сцене появилось очередное действующее лицо. Тот самый странный источник духовной силы, который я до сих пор не смог визуально обнаружить, резко изменился. «Никакая» реацу буквально расцвела спектром синигами, словно раскрывшийся бутон, если подобное сравнение допустимо для ощущений поведения духовного фона. Вот она почти терялась на фоне Чистых, проходит какое-то неуловимое мгновение – и безвкусная нейтральная белизна наливается красками настолько, что даже я едва могу уловить в её духовном фоне крошечный привкус «никакой» реацу Чистых.
Не прошло и секунды, как на площадь выскочила миниатюрная девушка в традиционной чёрной форме синигами, дополненной только алым поясом. Выскочила уже с обнажённой катаной и сходу начала рубить возбуждённых недодухов. И двигалась она, надо заметить, очень даже хорошо. Бесконечно отставая в скорости от Сой-тян, но естественно и грациозно, без суеты, ошибок или излишне сильных, заставляющих сбиться с ритма и терять силы ударов. Ах да, ещё у неё были янтарного цвета глаза, фиолетовые, собранные в хвост волосы и очень… очень симпатичная мордашка.
– Она хочет высвободить занпакто! – пока я придавался эстетическому наслаждению, попутно наблюдая за зелёной шестёркой, Рукия заметила, как, завершив очередную связку ударов и прыжком поднявшись в воздух, неизвестная девушка начала выполнять что-то вроде комплекса необходимых жестов для высвобождения меча. Не все занпакто высвобождаются одной командой, многим требуется ещё и правильная поза, очерёдность движений, а то и вовсе целый стих – всё зависит от личных качеств меча и его владельца. Похоже, здесь было так же.
– Чего? – почему-то насторожился Куросаки, метнув шальной взгляд на девушку.
– Призови сумрак… – катана в руках незнакомки налилась жёлтым светом, начав удлиняться, но в тот самый миг, когда должно было последовать заветное имя клинка, а хозяйка янтарных глаз уже завершала необходимый поворот, её занпакто был остановлен встречным ударом Зангецу.
– Остановись! – игнорируя встревоженный окрик Рукии, Ичиго жёстким блоком зафиксировал оружие незнакомки. – Какого чёрта ты делаешь?! Это же совсем не Пустые!
На лице девочки с фиолетовыми волосами на секунду проступило замешательство, но уже в следующий миг она взяла себя в руки.
– Заткнись, дубина! – не знаю почему, но то, как разозлившиеся девушки произносят японское слово «бака» (первый звук «а» обязательно растянуть), вызывает во мне просто море умиления. Или это работает только с красивыми девушками?..
– Дуби?.. – не успел я додумать мысль, а Куросаки – с возмущением переспросить свою характеристику, как новенькая использовала его меч в качестве опоры, оттолкнулась и прошлась одной ногой по роже рыжего, взбираясь по воздуху ещё выше, а его самого отправляя к земле. – Сучка! Ты мне на лицо наступила! – возопил оскорблённый до глубины души подросток, в последний момент избежав позорного падения на спину. Но девочка его уже не слушала.
– Призови сумрак, Мирокумару! – клинок изменился, обратившись в копьё, на конце которого была связка колец, как на монашеском посохе, и тут же с его навершия в сторону толпы Чистых опустился торнадо, внутри которого искрили жёлтые молнии.
Сила занпакто буквально аннигилировала белых духов, да и ветер вокруг нас словно начал подчиняться воле неизвестной, вплетаясь в развернувшееся буйство силы. Я же, всё ещё оставаясь незамеченным, отчаянно пытался вспомнить сию юную леди. И попытки эти были безуспешны. Нет, само собой, я не мог знать всех жителей Блича, в том же Лас Ночес нумеросов на два порядка больше, чем вообще упоминалось в тех «первоисточниках», что хранились в моей памяти. Но такая симпатяжка, да ещё «засветившаяся» рядом с Куросаки… и этот «душок» Чистых в её реацу… Что же, методом дедукции можно смело заявить, что Розарий я нашёл.
– Что скажешь, Мурамаса? – обратился я к клинку.
Это невероятно, господин, – обычно спокойный и даже несколько меланхоличный голос клинка сейчас едва ли можно было узнать – не припомню, чтобы мой меч вообще когда-либо так сильно удивлялся.
– Что ты имеешь в виду?
– У неё… больше сотни занпакто. Но все они… Нет, не спят… Пробуждены. Но в то же время и нет. Это трудно описать для не-занпакто.
– Серьёзно? – я думал, Розарий получает только память и навыки, но клинок… это же кусок души.
– Это не совсем так, – ответил на мои мысли Мурамаса. – Занпакто рождается из души синигами, но мы всё же отделены от них. Иначе Кога не смог бы уничтожить того меня, а повреждение клинка в бою приводило бы к очень серьёзным повреждениям души синигами. Мы – часть внутреннего мира, где хранится всё то, что представляет собой душа. В том числе и память. И если Розарий получает эту память путём присоединения Внутреннего Мира погибшего, то он может получить и его занпакто.
– Интересная теория. И похожа на правду. Но давай пока оставим теоретизирования для более подходящего времени. Что по поводу этого Мирокумару?
– Раньше она принадлежала совершенно иному синигами, а не Сенне, именно так сейчас зовут Розарий… Фамилии нет, – Мурамаса явно общался с клинком прямо сейчас. – Да, Сенна смогла пробудить её из-за схожести характеров. Упрямство и ветреность, лёгкость в жизни и достаточная решимость, чтобы идти вопреки шторму… Прошу прощения, господин, Мирокумару довольно витиевато изъясняется.
– Ничего страшного. И, как всегда, спасибо за работу, – я мысленно кивнул своему клинку.
– Как всегда, рад быть вам полезным, господин.
На этом разговор завершился, а события в мире живых тем временем набирали оборот. Группа странных типов в зелёном молча исчезла на изнанке мира, так и не проронив ни слова и никак не проявив себя для Ичиго и компании. И вовремя, так как девушка при помощи «электроторнадо» благополучно зачистила всех Чистых (гм…) за какие-то двадцать секунд, тем самым лишая их очевидного укрытия. А вот после… «исчезла», точнее… Я зажмурился и подавил в себе желание протереть глаза. Она… Она ушла сюмпо за ближайший уголок, после чего сотворила себе гигай. Буквально из подручного материала – опавших листьев. Просто взяла и сделала материальное тело. За пару десятых долей секунды. Без лаборатории, без видимых усилий, вообще чисто рефлекторно. Это что же за мёртвый гений у неё в голове живёт? Хочу с ним познакомиться!
– Что это было? – первой нарушила молчание Рукия, глядя туда, где только что в воздухе танцевала со своим копьём девушка.
– Она исчезла, – констатировал очевидное Куросаки, пялясь в ту же точку. И, кстати, да… Источник реацу Сенны опять скрылся, почти исчезнув из восприятия. Я бы сказал, что она маскируется схожим со мной способом, но…
– Да! У меня получилось! – глядя на то, как девочка радостно выскакивает из-за поворота прямо за спины подростков и начинает триумфально пританцовывать, у меня как-то невольно начинали закрадываться сомнения насчёт её стремлений маскироваться. – Уо! Е-е-е! – прыжок на месте и ручки-ножки туда-сюда, туда-сюда. Среди её воспоминаний определённо есть что-то о болельщицах из американского футбола. – Как круто! – присесть восторженной пружинкой и последний раз подпрыгнуть, завершая выплеск эмоций.
Даже не знаю, что сказать…
Кавай!
Между тем два Суровых Синигами медленно обернулись. Блин, эти серьёзные лица и вселенская тяжесть во взглядах… Нет, я этого не выдержу. Ладно, тут я увидел достаточно, пора бы и вмешаться, пока не случилась какая-нибудь фигня. А то, что она точно случится – тут гадать не приходилось. Это же Ичиго, в конце концов.
– Так, а вы кто? – заметив интерес к своей персоне, Сенна упёрла правую руку в бок и прожгла парочку взглядом строгого следователя. Я говорил «пока не случится»? Я опоздал. Но чёрт подери… Леди знает, как переводить стрелки! Она мне всё больше нравится.