– Еще чего не хватало! Я тебе что, младенец или дама – на руках меня таскать? Сам дойду. Передохну чуть-чуть и пойдем.
– Как знаешь. Если честно, мне было бы проще тебя дотащить, чем сидеть и ждать.
– А ты что, торопишься? Лучше тоже посиди и подумай, что ты им скажешь, когда увидишь…
– Выпить предложу, – выпалил Элмар, присаживаясь рядом. – А что? Очень даже интересно.
– А у тебя что, есть?
– Есть.
– И думаешь, дракону этого хватит?
– Да, об этом я не подумал… Ладно, сбегаю на выход и прикажу доставить. Ты не в курсе, драконы вообще пьют?
– Понятия не имею. У них и спросишь. А что у тебя есть?
– Жаков самогон. Но тебе я не дам, тогда тебя точно придется нести. А ты будешь варить воду, протестовать, скандалить и получится пьяное безобразие, не подобающее достойным кавалерам.
– Зато будет весело.
– А если придется все-таки бегать зигзагами?
– Извините, – раздался неподалеку знакомый простуженный голос. – Зачем бегать зигзагами?
– Кто здесь? – удивленно завертел головой Элмар.
– Хозяева, – пояснил Кантор, тоже оглядываясь. – Добрый вечер, несравненная Аррау. Может, вы все-таки покажетесь?
Из-за поворота, хромая на обе ноги и шатаясь, выбрался все тот же ущербный фантом и, запинаясь на каждом слове, пояснил:
– Я далеко. За камни… за стена. Не хотеть пугать людей.
– Ничего страшного, мы не боимся. Вы можете показаться и, если желаете, познакомимся поближе, утром нам помешали. Если, конечно, вы не возражаете против нашего визита.
– Я нет. Мне интересно люди, – жизнерадостно прохрипел фантом, и из-за того же поворота высунулась голова дракона на длинной гибкой шее. – Может быть, Хрисс не рад видеть… всякие гости, а я очень. Ты тот больной человек с палкой и ты говорил непонятные слова утром? А это кто?
– Это мой друг. Его зовут Элмар. А меня – Диего.
Элмар поднялся, и как-то неловко раскланялся.
– Очень рад знакомству.
– А слабо поцеловать даме лапку? – поддел его Кантор.
– Что есть поцеловать лапку? – заинтересовалась дама.
– Вот засранец! – возмутился Элмар. – Сам теперь и объясняй, шутник недоделанный!
– Что есть засранец? – еще сильнее заинтересовалась Аррау, видимо желая расширить свои познания в области человековедения.
– А вот это объясняй ты, – злорадно отозвался Кантор. – Только так, чтобы тебя правильно поняли. Не стыдно так выражаться при даме? Тоже мне, первый паладин!
– А сам? Догадываюсь, какие такие «непонятные слова» ты говорил утром… наверное, у всей стражи уши повяли.
– Люди такие странные… – с некоторым оттенком умиления выговорил фантом, а его хозяйка просунула свою сверкающую лазурью голову дальше по проходу, почти коснувшись носом Элмара, и высунула язык. – Такие забавные! Я тоже рад знакомству…
Кантор с некоторым удивлением полюбовался, как она ощупывает его высочество языком, и поинтересовался: