С женой Михаила мы пожали друг другу руки, и я уехал. Я попросил ее писать мне, как только появятся новости. Она мне все время сообщала, что он в коме, а врачи, с которыми мы тоже общались, говорили, что он идет на поправку. Я не знаю, с какой стороны доносилась правда, да это было и неважно.
Через какое-то время у меня зазвонил телефон, я взял трубку, и услышал с той стороны: «Дима, привет, это Миша». Не передать, как я был счастлив в тот момент. Я поприветствовал его, спросил, как самочувствие.
– Да я нормально, меня вот несколько недель назад выписали, только сейчас смог тебе позвонить.
– Можно к тебе приехать?
– Конечно, приезжай, – обрадовался он.
– Окей, я завтра буду, ты мне скажи адрес.
– Хорошо. Я хотел сказать тебе спасибо за помощь.
– Да зачем? Давай приеду, все обсудим, – предложил ему я.
Я приехал к ним домой. Одна комната в квартире Миши была полностью оборудована под спортзал. Чтобы восстановить мозговые и все опорно-двигательные рефлексы, ему приходилось каждый день заниматься, делать упражнения. Он долго лежал без движения. Мы сидели, пили чай, обсуждали случившееся. Миша рассказал в подробностях, что произошло в тот день. Я был удивлен, что он все это помнит.
Я спросил, что он собирается делать.
– Я пока не могу работать. В общем, мне надо восстанавливаться.
– Давай, я помогу тебе, – предложил ему я. – Сколько времени тебе нужно?
– Полгода мне хватит.
Каждый месяц я давал ему по двести тысяч рублей, чтобы он спокойно восстанавливался. Ребята ездили к нему, общались, Миша до сих пор в чате нашей группы.
В тот момент на меня все навалилось разом: перелом пальца, падение Миши, проваленная цель сделать половину Ironman. Я вернулся домой и не мог ничего делать. Просто сидел на диване, тупо переключая каналы телевизора, и смотрел в одну точку. В этот момент мне позвонил Владимир Волошин, пятикратный Ironman.
– Дима, привет! Я слышал о твоей ситуации с пальцем, мне очень жаль, что так получилось. Но я хочу сказать тебе, что ты очень много на себя берешь.
– Что вы имеете в виду? – не совсем понял я.
– Ты знаешь, я уже взрослый дядечка. В жизни много разных целей ставил. Какие-то достигал, какие-то – нет. И сейчас я твердо уверен, что в году должна быть одна глобальная цель, которую ты стремишься достичь, а не сразу несколько, тем более таких больших: миллион подписчиков на канале, прохождение Ironman, покорение вершин и многое другое, что ты делаешь, – подытожил он.
Горы – это опасность, большой риск. В горах всегда присутствует элемент неожиданности и неопределенности. Здесь нужно быть внимательным каждую секунду, оперативно реагировать на любые изменения. Здесь каждый должен быть способен преодолеть преграду, с одной стороны, с другой – проявить максимум внимания к ближнему.
Горы невозможно победить, их невозможно изменить. Победить и изменить в горах можно только себя. Всегда и во всем начинать следует только с себя. Не надо прогибать изменчивый мир, надо меняться самому, меняя таким образом реальность.
Глава 2
Мой медиапродукт
Идея на миллион
Самые интересные и большие проекты я начинал спонтанно. Когда ты в чем-то мало понимаешь, то идешь нестандартным путем, что дает преимущество в будущем. Я понял такую штуку: мне не стоит ходить по моему рынку горизонтально и создавать проекты в рамках того, что я уже умею и знаю.
Конечно, играть на знакомом поле куда безопаснее: ты делаешь меньше ошибок, знаешь, как работать с командой, понимаешь своего клиента, чувствуешь рынок и знаком с конкурентами. Поэтому тебе не так сложно масштабироваться, создавая что-то подобное. Например, работая на рынке логистики с Китаем, я расширил свою деятельность, добавив услуги по организации закупок товаров там: поиск производителей, заключение контрактов, согласование образцов, доставку пробных партий. Мы проделываем качественно бо́льшую работу, с расчетом, что клиент в дальнейшем будет каждый раз закупать товар через нас, и берем за это абсолютно адекватную комиссию в размере 15 процентов. Но я смотрю шире и думаю: «Надо заняться сопровождением деловых поездок наших клиентов в Китай».
Мы открываем это новое направление и начинаем его развивать. Благодаря основной деятельности, база клиентов уже сформирована. Осталось предложить этим же клиентам новую услугу или продукт: переводчиков, которые будут помогать на месте, организацию участия в выставках или их посещения, сопровождение на деловых встречах с целью обеспечить лучшие условия. Я купил автобус бизнес-класса «Мерседес» за 150 тысяч долларов: на нем мы встречали клиентов, возили их по фабрикам, в город электроники. Бизнес-туристы также охотно арендовали у нас автомобили с почасовой оплатой. Деньги потекли, направление задалось.
Потом я стал помогать клиентам закупать товар на китайских аукционах типа Taobao. До появления AliExpress российским потребителям подобное было почти недоступно. Судите сами, для подобных сделок нужно было иметь карту китайского банка и номер телефона в Китае, привязанный к специальной платежной системе. Также необходимо было знать китайский язык, потому что далеко не каждый поставщик разговаривал на английском. Поэтому многим для заключения сделок требовался посредник, владеющий китайским на хорошем уровне. Я создал компанию, которая стала таким посредником, и в итоге получился очень востребованный сервис: мы оптом скупали товар на аукционных площадках по заявкам от своих клиентов. Наш заработок состоял не только из комиссии 15 процентов, мы требовали от поставщиков скидки за большие заказы в размере 20 процентов от суммы закупки, и эта маржа также оставалась нам. Случалось, что только на подобных аукционных закупках мы зарабатывали до ста тысяч долларов в месяц. Достаточно большие деньги: «курил бамбук» и понимал, что новое направление классно работает.
Позже мы с партнерами запустили бизнес по продаже медицинского оборудования и электроники, а также я создал подкаст «Правда в чае». Но не все удавалось одинаково хорошо. На старте этих проектов я попал в кризис – все начало разваливаться. А появление AliExpress еще и полностью задушило посредничество. Китайские магазины переезжали на эту новую платформу, нанимали на работу русскоязычных менеджеров, те летали в Россию, налаживали продажи. AliExpress стал принимать оплату изо всех стран и разобрался с логистикой, выдавив нас с рынка полностью. Теперь китайские производители напрямую контактировали с российскими клиентами, и мы, как компания, контролирующая закупки, стали не нужны. Все еще недавно перспективные направления начали валиться одно за другим.
В тот момент я понял: иметь на одном рынке пусть даже самые разнообразные бизнесы – это большой риск. Всегда нужно помнить про диверсификацию и разделять прибыль, инвестируя в новые направления. Когда мы получаем деньги, то думаем, что так будет всегда. Но последний кризис 2014 года научил меня многому. Это был уже второй кризис, который я пережил. Первый – в 2008 году – случился, когда я только стартовал. На тот момент у меня было мало сотрудников, поэтому все прошло терпимо. В 2014 году экономический кризис гораздо болезненнее ударил по мне, так как я имел большой штат сотрудников в Китае и соответствующий фонд оплаты труда в долларах. Моим русскоязычным специалистам в Китае, помимо зарплаты, нужно было оплачивать еще визы и жилье. В итоге один рядовой русскоговорящий сотрудник обходился в 2500 долларов в месяц. Это было очень жестко.
Тогда я понял, что нужно работать на разных рынках. Мой туристический проект, будущий Transformator Travel, дал мне понять, что это правильное решение. Когда начали обваливаться другие направления, включая логистику, то турагентство продолжало зарабатывать – даже когда доллар вырос в цене.
Один из самых опасных бизнесов в России – тот, на который влияет курс доллара или политическая ситуация. Мой рабочий день начинался с изучения валютных котировок в интернете. И если я видел, что доллар идет вверх, то понимал, что в ближайшие две недели работы практически не будет: клиенты будут ждать, когда он упадет.