— Самая прекрасная. — едва слышно шепчет мне в губы — Моя.
И я таю. Таю, сгорая в его обжигающем взгляде. Простые, но такие желанные слова, чувствую себя целым миром, в котором мы только вдвоем, миром, который он создал сам, своими словами, улыбками, действиями, чувствами.
Ноги гудят, не спасают даже мягкие балетки.
— Устала? — массирует мне плечи.
— Не могу поверить, что это все закончилось. — шепчу закрывая глаза, наслаждаясь его прикосновениями.
— Хочешь спать? — скользит руками по ключицам, плечам, затылку. Вынимает шпильки из моей высокой прически, распуская локон за локоном. Зарывается руками в распущенный волос, массируя руками голову.
Тихий стон блаженства срывается с губ.
— Ты волшебник. — поворачиваю к нему голову натыкаясь на обжигающий взгляд. Такая милаха, пытается сдержать свои желания, помня о моей усталости. Приятно, до боли в груди, до нехватки воздуха.
Улыбаясь, тянусь к его губам. Безрассудство. За тонкой перегородкой сидит шофер, страшно неудобно, но тело живет своей жизнью.
— Малышка, — прикрывает глаза Кирилл — Я ведь не железный, а вы устали. — скользит рукой по груди, замирая на едва заметном животе.
— Мы не против внимания нашего папочки. — знаю как действует на него это слово, срывая барьеры, снося запреты и сопротивление собственной совести.
Горячие, жадные губы, руки скользящие по тонкому шелку чулков, сминающие пышные волны белого платья.
— Давай немного покатаемся, — спрашивает, стоя возле меня на коленях, поднимая свой взгляд — Не хочу торопиться, не могу тебя сейчас отпустить.
— Давай, — зарываюсь пальцами в его волосы. Мальчишечья счастливая улыбка появляется на его губах, глаза сияют счастьем и я уверенна, что в моих глазах, Кирилл видит то же самое.
Короткий диалог, погасший свет и миллионы огней, маленьких, мерцающих на обнаженной коже.
Сладкие поцелуи, медленные, тягучие, мы говорили без слов. Неспешностью губ, трепетностью прикосновений. Каждое прекосновение безмолвно кричало «Люблю!» «Моя» говорили его глаза, «Твоя» соглашались мои. Слияние тел, он во мне, я растворяюсь в его движениях. Острых, пронзительных, но таких же неспешных, задевающих душу, оседающих в сердце.
— Люблю. — шепчет опаляя тяжелым дыханием шею.
— Люблю. — переплетаю наши пальцы.
— Мои. — больше стон нежели слово.
— Навсегда! — обещаю, срываясь на крик.
Засыпаю мгновенно, в до боли крепких объятиях. Не помня, что мы в машине, не придавая значения своей наготе. Он рядом, он сильный, а значит можно ни о чем не беспокоиться.
Мерные покачивания, кажется, что меня качает на волнах, теплых, родных и таких любимых. Прохлада остужает разгоряченную кожу, шелк, сообщает мое полу спящее сознания. Холод простыней, жар горячего, большого тела. Надежные руки обвивают тело, «не отпущу» говорят его объятия. Улыбаюсь, на большее нет сил, но уверена, он знает, чувствует. Я счастлива, только с ним, только из-за него.
Смотрю на него, и сердце разрывается от воспоминаний. Не знаю, не понимаю, как такое возможно. Рука скользит по животу, накрывает, защищая маленькую жизнь. Не я, НИКОГДА, не брошу, не обижу. Представляю своего малыша, маленькую крошку. А перед глазами он, маленький, брошенный, никому не нужный.
«— Ты уверена, что тебе это действительно надо?
— Я не настаиваю, если тебе трудно, можешь не говорить. Я не обижусь.
Прижимаюсь к его груди, вывожу на коже узоры. Я вру и он об этом знает. Хочется, что бы он мне доверился, рассказал. Уверена, ему станет лучше, когда он разделит свою боль со мной.
— Врушка. — шепчет, касаясь губами волос.
— Просто не настаиваю. Я подожду.
Прижимаюсь к нему сильнее, обнимаю, так сильно, как только могу. Замираю в его объятиях, наслаждаясь спокойствием и теплом. В свете луны, угадываются черты его напряженного лица.
— Я сам, мало что помню. — раздается в тишине его голос, а я перестаю дышать, боюсь его спугнуть