– План или барон? – рискнул поинтересоваться секретарь.
– Ни тот, ни другой, – отрезал граф. – Ладно, зови этого путника. Надеюсь, он тот, за кого себя выдает, а не мошенник и прощелыга.
Осмотрев новоприбывшего, Эгон остался доволен. Ни хитрецы во взгляде, ни плутовства в улыбке, ни самоуверенной заносчивости замечено не было. Держался драконоборец вольно, но без дерзости. Похоже было, что ни угодливость, ни подобострастие ему не свойственны. "Явно знатного происхождения. Из обедневшей семьи, что ли?" – подумал граф. Он даже попробовал догадаться, чьим именно отпрыском может являться рыцарь, но не преуспел.
– Мой секретарь не сообщил мне вашего имени, господин…
– Стефан, ваше сиятельство.
– А дальше?
– Просто Стефан.
Граф удивленно приподнял брови, но промолчал, хотя ему очень хотелось узнать, к какой же семье все-таки принадлежит его гость.
– Вам нужен драконоборец, – Стефан не спрашивал, а утверждал.
– Пожалуй, что не помешает, – осторожно согласился граф. – У нас, видите ли, завелся дракон. Не могу сказать, что испытываю восторг от подобного соседства. Так что да, драконоборец будет весьма кстати.
– Но я должен сразу сказать, что мне не нравятся ваши способы решить данную проблему. Если вы будете настаивать, то мы не сработаемся.
– О чем это вы? – изумился Эгон.
– О двух знатных девицах, которых вы намерены принести в жертву чудищу, – ответил Стефан.
Граф поморщился.
– Понятно, сплетен наслушались. Я все жду, когда же горожане мне петицию напишут в защиту невинных дев. Если бы я знал, кто пустил этот нелепый слух – лично бы скормил дракону.
– Значит, нет никаких девиц? – недоверчиво спросил Стефан.
– Отчего же нет? Девицы как раз имеются, племянницы барона Левренского. Между нами, вовсе не такие сказочные красавицы, каковыми их представляет молва, но хороши, этого не отнять. Вот только кормить монстра родственницами барона выйдет накладно, вы не находите? Даже быками подешевле будет.
– Так слухи лгут? – на всякий случай уточнил драконоборец.
Эгон потер переносицу.
– Не стану скрывать, что барон предложил свою племянницу в качестве приманки…
– Что? – возмущенно перебил Стефан графа. – Вы ведь сами только что настаивали на том, что девушкам ничего не угрожает. Мол, даже быков вам не жалко.
– Жалко. Я вообще не понимаю, с какой стати должен обеспечивать прокорм какого-то дракона. И уж точно не намерен скармливать ему благородных девиц. Но эта Леона сама настаивает на роли приманки. Небось начиталась сентиментальных романов и желает стать героиней, воспетой в легендах. Хотя, между нами, девица впечатления глупой не производит. Возможно, барон сумел повлиять каким-то образом на племянницу. Но я намерен обеспечить безопасность своим гостья, пусть даже вопреки их желаниям. А сейчас давайте поговорим об оплате…
Час спустя Стефан, обустроившись в отведенных ему покоях (вещей при себе у него было немного, так что времени это почти не отняло), решил прогуляться перед ужином. Задумавшись, он обогнул небольшой пруд, прошел мимо беседки, в которой устроилась какая-то парочка, и углубился в парк. Остановился лишь, услышав из-за кустов негромкие голоса и приглушенные всхлипывания.
– Мне страшно, Леона, мне так страшно! Еще не поздно отказаться, прошу тебя!
– Перестань трусить, Эрна. Вспомни лучше Родерика. Согласись, даже дракон предпочтительнее.
Второй голос звучал задорно, но Стефан все равно расслышал в нем неуверенные нотки. Интересно, уж не племянницы ли это того самого барона, о котором с такой досадой отзывался граф Эгон? Но тогда получается, что девицы вовсе не романтические глупышки. Кто-то – и Стефан догадывался, кто именно – неплохо их запугал.
Решив проверить свою догадку, драконоборец прошел чуть дальше по делающей поворот дорожке и вскоре вышел к низенькой скамейке, на которой сидели две девушки. У одной из них, невысокой хрупкой блондинки, на миловидном личике были следы слез, а вторая, рыжая, пыталась улыбаться, но улыбка ее выглядела натянутой. Тем не менее, руку своей подруги рыжая поглаживала ободряюще.
– Прошу простить меня за то, что нарушил ваше уединение, прекрасные дамы. Мне показалось, будто вы очутились в затруднительном положении, и лишь это является слабым извинением моей назойливости. Могу ли предложить вам свою помощь? – галантно обратился к ним Стефан.
Он ожидал любого ответа, только не того, который получил.
Рыжая девица вскочила, воинственно подбоченилась и ехидно осведомилась: