— Ловко у вас этополучается, — похвалила Дженнет. — Это волшебство?
— А как же? Оно самое и есть! У нас в волшебной стране все колдовать умеют. И зовут друг друга по именам… А как вас зовут?
Дженнет назвалась.
— Ты хорошая, Дженнет Холл из Фейритона, — сказала Пока. — И мне нравишься. Только давай я буду звать тебя просто Дженнет? У нас в волшебной стране все так друг к другу обращаются. Привыкай!
— Но то в волшебной стране, а то у нас в Фейритоне. В Англии так не принято.
— В Англии? А ты до сих пор уверена, что у себя дома? — Пока звонко расхохоталась и шлепнулась на траву, хватаясь за живот и болтая ножками в воздухе.
— А разве нет?
— Оглянись!
Девушка так и сделала.
Она оказалась на опушке настоящего леса. Ничего подобного Дженнет раньше не доводилось видеть — она бывала в Лондоне в Гайд-парке, гуляла по парку и аллеям Хемптон-холла, даже как-то раз побывала в роще на пикнике, но чтобы очутиться в лесу — это с нею случилось в первый раз. Толстое дерево стояло на самом краю леса. В двух шагах от окружавших его кустарников расстилался луг, покрытый высокой травой. Ни церкви, ни кладбища, ни огоньков Фейритона — ничего этого больше не было. Только луг, лес и вдалеке, за лугом, в холмах поблескивала река. Но самое главное — здесь был ранний вечер, солнце еще не коснулось горизонта, до заката оставалось часа два или три, а, судя по листве и цветам, шел июнь.
— Я глазам своим не верю, — всплеснула она руками. — Здесь так…
— Красиво? — подсказали из травы.
— Обыкновенно! Я думала, в волшебной стране все не так…
— Это ты просто еще не привыкла смотреть правильно! Ты видишь только глазами, а надо смотреть и сердцем! Мало оказаться в волшебной стране — надо еще уметь ее рассмотреть. Это не всем дано.
Дженнет покачала головой, внимательно глядя по сторонам.
— Я попробую. Но, раз уж я здесь оказалась, мне надо отыскать королеву фей. Это можно?
Пока часто-часто закивала головой, так что даже шляпа слетела с ее пушистых волос, и пришлось поднимать и водружать ее на место:
— Конечно-конечно! А зачем тебе королева?
— Она украла моего жениха.
— Что? — спасенная фея завизжала так пронзительно, что девушка невольно зажала уши руками и с тоской подумала, что, наверное, теперь оглохнет. — У Мэбилон жених? Жених-жених-жених! Ура! — фея закружила рядом, прыгая, кувыркаясь, размахивая ручками и ножками и выражая такую бурную радость, что сердиться на нее было невозможно. — Это же чудо! Это же праздник! Это же такое… такое… Уй!
— Да уж, праздник, — проворчала Дженнет себе под нос. Воспитание не позволяло ей высказываться резко об особе королевской крови, даже если это королева фей и она украла Роланда.
Пока мигом перестала прыгать и кувыркаться и подобралась поближе:
— А что это ты не радуешься?
— Нечему мне радоваться, — призналась девушка. — Дело в том, что эта ваша Мэбилон украла моего жениха. Понимаешь? Роланд был моим женихом! Он мне сделал предложение! Я его люблю! И все бы отдала, чтобы его вернуть…
Обхватив колени руками, она села на траву, уткнулась лицом в подол своей юбки, борясь с подступающими слезами. Через несколько минут прохладная ручка робко погладила ее по запястью:
— Не плачь! Чего ты плачешь?
— Я не плачу. Но мне так плохо без Роланда…
— А ты найди себе кого-нибудь. У вас что, мужчины закончились?
— Мужчины? Нет, не закончились. Но… они все не такие. Я не знаю, как это объяснить, но они мне все не нужны. Мне нужен только Роланд и больше никто в целом свете!
— Понимаю. Он не такой, как все… Не зря же его Мэбилон выбрала! Она всегда получает самое лучшее.