— Для того, кто попал в волшебную страну — нет. Увы, тут я не в силах ничего изменить! Могу лишь молиться вместе с тобой, прося у Господа и Пречистой Девы милосердия, ибо не по своей воле Роланд Бартон оказался в ином мире!
— Я, — Дженнет вытерла слезы, — буду молиться.
— Молись, дочь моя, и Господь явит чудо…
— Чудо? — она встрепенулась, снова приникая заплаканным лицом к окошечку. — Вы хотите сказать, что Он может вернуть мне моего Роланда?
Священник понял, что сказал что-то не то и попытался все исправить.
— Увы, но как не воскреснут мертвые до дня, покуда Ангел Господень не провозгласит день Страшного Суда, — торжественным тоном изрек он, — так и из волшебной страны никому нет возврата. Чудо же здесь будет явлено в том, что спасет Ангел душу Роланда Бартона из Адского пламени и вознесет ее в Райские кущи твоими благочестивыми молитвами.
— Значит, я его никогда не увижу.
— Никогда. Увы, но все равно, что мертв… Я читал старые хроники, повествующие о том, как в прошлые века королева Мэбилон выбирала себе супругов, — добавил он чуть мягче. — Меня интересовало, возвращались ли ее, так сказать супруги, с того света. Скажем, перед смертью, глубокими стариками…
Дженнет глухо вскрикнула, представив себе Роланда седым.
— Нет! Ни разу не было такого! Ни у кого нет власти вернуть из небытия то, что забрала себе королева фей!
В исповедальне повисла тишина. Преподобный отец Томас перебирал четки и гадал, когда же ему можно будет отправиться домой. Вроде он уже исчерпал свое красноречие и почти убедил девушку в том, что…
— А если, — он невольно вздрогнул, услышав в ее голосе решимость, — отправиться туда…
— Что ты говоришь, дочь моя?
— Святой отец, — голос девушки креп с каждым словом, — а если мне отправиться туда?
— В волшебную страну?
— Да! К королеве фей! Она же приходила в наш мир! И феи приходят. И в сказках к ним иногда попадают люди… Так почему бы и мне…
— Что ты такое говоришь, дочь моя? Попасть в волшебную страну по собственной воле? Но такое возможно только в сказках…
— Полгода назад мы оба убедились в том, что это не только сказки! Умоляю вас! Ради Роланда! Я так этого хочу! Помогите мне!
— Дочь моя, разве я похож на человека, который знает дорогу в страну фей? Я — священник! Моя вера по-другому относится к этим языческим суевериям.
— Но вы же читали хроники!
— Читал, и ни нашел там ничего, что указывало бы на то, как люди попадают к феям. Кроме того, не стоит забывать, что еще недавно и ты сама считала все это сказкой. Мне жаль, Дженнет, что тебе выпала горькая участь пережить разлуку с женихом. Но вспомни о десятках, сотнях, тысячах невест, подруг, жен, сестер и дочерей, которые точно также расставались с родными и близкими и не дожидались их. Мужчины вечно уходят — кто на войну, кто в море на ловлю рыбы, кто куда. И не всем суждено вернуться. Мистер Роланд Бартон был военным моряком. Он мог бы погибнуть в сражении, пойти на дно вместе со своим кораблем. Мог на далеких берегах заразиться неизвестной болезнью и скончаться в лазарете. И лишь короткое письмо оповестило бы тебя о той участи, которая ему уготована судьбой. Считай, что он — погиб, выполняя свой долг…
— Он не погиб! — прошептала Дженнет. — Им пожертвовали! И ради чего? Ради богатого урожая. Ради приплода у скота и птицы. Ради хорошей погоды.
— Иногда хорошая погода значит немало…
— Мало — если речь идет о человеческой жизни! — воскликнула Дженнет, вскакивая на ноги со скамеечки для молений. — Слишком мало!
— Такова судьба…
— Это плохая судьба. И я хочу ее изменить! Я верну Роланда!
С этими словами она выскочила из исповедальни.
Преподобный отец Томас, забыв про возраст, сан и чувство собственного достоинства, сломя голову устремился следом. Он успел догнать девушку в проходе между скамьями уже у самого выхода и придержал за локоть.
— Одумайтесь, мисс Холл, — воскликнул он. — Как ваш духовный наставник, я считаю своим долгом предупредить вас от этого шага! Да, бывали времена, что храбрые рыцари отправлялись в путь на поиски своих возлюбленных. Но это же сказки! Их возлюбленных похищали тролли и драконы…
— Моего возлюбленного похитила королева фей, — отрезала Дженнет. — Это тоже сказка.