— По всей видимости, приветствие, — еле слышно высказала свое мнение Рьяна, тоже заинтересовавшаяся написанным.
— Ошибаешься, — сухо уронил саламандр, заставляя подругу вздрогнуть, — это предупреждение ведьмам. — И, как будто, случайно. — Задумайтесь…
— Мы рискнем! Правда? — многозначительно взглянула на подругу, и она уверенно объявила:
— Веди нас дальше, чего застыл?
На физиономии огненной змеи растянулась ехидная улыбка, но мы не дрогнули, и дверь отворилась. Капелька искоса взглянула на меня, и я один раз моргнула, давая знать, что и меня заинтриговал этот факт. Неужели саламандры поддерживают силу пламени? Стражи, дворецкие и хранители магии в одном лице? Если это так, то я рада, что, очертя голову, не кинулась в атаку, как собиралась сделать, а послушала совета Рьяны.
Лестница, начинающаяся в просторном холле, уводила нас все выше. Сердце в такт громким шагам отсчитывало удары, где-то внутри зарождалась паника, грозящая позорным бегством. Эхо, гуляющее по притихшим коридорам, запутывало разум, заставляя порой оглядываться и проверять — а не идет ли кто по пятам?
Эферон не обманул — вот он Зал Славы! Сквозь внешнюю, прозрачную стену крытой галереи проникал свет, исходящий от тел саламандров, оставшихся в саду. Вдоль внутренней стены были развешаны портреты, и я, позабыв обо всех тревогах, принялась рассматривать каждый из них. Сопровождающий страж двинулся за мной, пристально следя за каждым моим шагом. Капелька решила не отставать и с не меньшим интересом изучала выставленные портреты.
Я торопилась, пропуская нарисованных блондинов, мне нужен был брюнет.
— Ох! — раздался рядом изумленный вздох подруги, и я перевела на нее недовольный взор.
— Ани, гляди-ка — это же глава Ведического Совета! — возмутилась Рьяна.
— Бывший глава, — ровно отозвалась я, мельком поглядев на портрет Эферона Дарова.
— Это же… это… — подруга начала задыхаться от охватившего ее негодования.
— Это Рон, — строго сказала я, — муж моей сестры и все, хватит об этом!
— Но Маресса и …
— Считаешь государыню или Снеженику глупыми?
— Нет… — замахала руками Капелька, но продолжить не успела, саламандр ядовито рассмеялся:
— Рон! Ишь, пострел! А я и не знал, что он верховодил ведьмами!
Что-то в его словах заставило меня задуматься, вот только дельную мысль поймать никак не могла. Отбросила все ненужные сейчас думы и снова пошла вперед.
Искомое изображение обнаружилось, как водится, почти в самом конце. Ненадолго замерла, воскрешая в памяти все мельчайшие подробности невероятно красивого, но надменного и какого-то хищного лица. Даже на портрете этот человек цинично кривил губы, словно презирал и художника, и тех, кому предстоит лицезреть изображение.
— Осот Огнев, — просветил меня саламандр, — он тот, кого ты ищешь?
— Это четырех стихийник? — подпрыгнула Капелька.
Я не ответила, не могла отвести взор от нарисованного лица врага, Рьяна не унималась:
— Родители явно шутниками были! Это же надо соединить истинное имя ведьмака с настоящей фамилией мага!
— Если бы, — выдохнул саламандр.
— Вы знали? — резко повернулась к нему.
Страж, меряя мою персону внимательным взглядом, что-то мысленно решал, прищурился, покосился на Капельку и сообщил:
— Мы ощущаем магию, потому сразу заметили, чем он отличается от всех поступающих.
— Тогда почему никому не рассказали об этом? — провокационно полюбопытствовала я.
Саламандр глядел на портрет и молчал, а я продолжала допытываться:
— Он чем-то запугал вас? Сумел договориться, что-то пообещав? Или здесь замешана лесть?