Очередной дождь закончился, и я облегченно выдохнула, складывая зонт, а дверь, у которой остановилась тень, распахнулась, выпуская на улицу высокого мужчину. Я и ахнуть не успела, когда поняла, что вижу перед собой перевозчика. Впрочем, меня он пока не заметил, потому что я пряталась от света фонаря, а все свое внимание обратил на призрака.
— Выпитая! — рявкнул перевозчик. — Ты чего стоишь на моем пути? Отправляйся-ка восвояси!
Испуганный призрак сиганул ко мне, очевидно, надеясь получить защиту, и я пожалела несчастную душу, подошла к перевозчику, заслоняя ее собой. С любопытством бороться не стала, а смело поинтересовалась:
— Почему вы назвали ее выпитой?
Мужчина приподнял алую бровь, рассматривая меня бездонными пугающими очами, зрачок в которых дрожал, будто кошачий, то становясь шире, то вытягиваясь во всю длину.
— Меченая! — вынес свой вердикт перевозчик, прекратив сверлить меня пристальным взглядом.
— Ну меченая и что с того?! — отрицать не стала, а решила сыграть. — Вот и ищу своего перевозчика! Вы случайно с ним не знакомы? Ра'Айли его имя.
Мужчина продолжил прожигать меня напряженным взором, не отвечая так долго, что мне показалось, будто я не дождусь его ответной речи. Настроилась войти в таверну «Золотой череп», уповая, что там мне повезет намного больше, и даже приготовилась сделать шаг, но меня остановили слова перевозчика:
— С Ра'Айли я, случайно, знаком! Но ты отмечена не им, а Герт'Зеаром!
— А если я скажу, что Райли был моим другом при жизни, и в этом мире я хотела бы свидеться с ним вновь, — я опять рисковала, но верила, что удача благоволит смелым, потому не боялась, да и терять мне все равно уже было нечего.
— При жизни? — алые брови перевозчика снова иронично взметнулись вверх. — Меченая, Огненный Ли никогда не дружил с ведьмами, — уверенно оповестил он, а едва я собралась возразить, добавил, — по крайней мере при жизни не дружил! А вот после смерти?! — выразительно посмотрел на меня.
— Если знаете, зачем пытаете меня? — настала пора говорить прямо, без промедлений, лжи и оговорок.
— Ждал, когда сами признаетесь, ведунья!
— Мое имя Аниика!
— Ваше имя было таким при жизни, теперь вас следует называть по-иному! — и не смог удержаться от напоминания. — Меченая!
— В таком случае, как следует называть вас? — я проглотила обиду, ни к чему она сейчас — важнее узнать, где находится Райли.
— Ви'Аррен, — поклонился собеседник, и я это оценила, склонившись в ответ, а после услышала его предложение. — Идемте, провожу вас к дому Ра'Айли, — подал мне свою руку перевозчик, и я без колебаний приняла ее, поблагодарив и отпустив свою провожатую.
Глядя ей вслед, невольно покачала головой, и спутник это приметил:
— Жалеете ее?
— А как иначе? Когда-то она была живой, а теперь стала жалким существом, зависшим между жизнью и смертью!
— Таковы реалии Индегарда — наш город не предназначен для того, чтобы в нем жили умершие. Это мир перевозчиков, место, где мы отдыхаем, единственное, способное дать нам то, о чем мечтаем больше всего! — в коротком рассказе слышалось неумолимое страдание, и я поняла, что хотел донести до меня перевозчик, вспомнила речи Да'Айрэна и тихо проронила:
— Лишь здесь вы чувствуете себя живыми… Так?
— Настоящими, теми, кем были когда-то! И у нас текла по жилам кровь, а сердце билось неистово, жарко. Мы любили и ненавидели, заботились о близких и убивали врагов, боялись и дерзко бросались в схватку. Я не говорю о прочем, потому что сейчас все это нам чуждо — чувства померкли с течением времени, и теперь мы ощущаем только голод, холод и тьму!
— И поэтому пьете души? — я должна была узнать об этом, хотя до дрожи опасалась услышать положительный ответ.
— Эта наша суть, — сказал вполне себе буднично и ничего не прибавил, но я не сумела сдержать порыв и, почти надрывно, без всякой надежды на хорошее, прошептала:
— И Райли тоже?
— И Райли тоже! — громко, пафосно, с мстительной радостью повторил мои слова перевозчик.
Я сникла, безнадежно воззрившись вперед, туда, где трусливо прятались от света фонарей несчастные, позабывшие себя души.
— Странная вы, ведунья Аниика, — через некоторые время произнес мой попутчик. — Я не увидел на вашем лице и следа переживаний о том, скольких ведьм убил Огненный Ли за свою жизнь! Однако, вы сильно огорчились, узнав, что он использует души, чтобы выжить!
— Чему вы удивляетесь? Огненный Ли сражался за свои идеалы, защищая свою землю, убивая тех, кто был равен по силе ему самому! Здесь по-другому — перевозчик Ра'Айли вполне способен выжить без той толики тепла, что может дать ему одна загубленная душа!