— Все, — Ларика остановилась, — больше не могу…
— И я… — уныло сообщила Рьяна, — да и какая разница, нас все равно собираются съесть… — подняла взор, рассматривая призраков.
— Съесть? — серьезно озадачилась я, тоже останавливаясь и глядя с тоской на вершину очередного песчаного холма.
— Скелеты, думаю, точно найдут, чем поживиться, — нервно хихикнув, отозвалась Капелька, и я согласно кивнула, не отводя взора от линии горизонта.
— Но не помирать же здесь! — несколько раздраженно озвучила Ларика, оглянулась и умолкла, понимая, что все усилия тщетны.
Мы все устали, а Геда так уже и вовсе не шевелилась, правда грудь ее еще слабо вздымалась и опускалась, показывая, что ведьмочка жива.
Я плюхнулась на песок, надеясь привести в порядок путающиеся мысли, чтобы придумать какой-нибудь выход, не желая умирать, становится частью этого ужасного места. И вдруг краем глаза поймала какое-то движение на вершине холма, насторожилась и…
— Да, мне не показалось! — я вскочила и замахала руками, а следом закричали девчонки.
Одинокая фигурка стремительно направлялась к нам, освещая свой путь привычным нам с детства фонарем, светящимся холодным, голубоватым светом.
Я распрямила сутулые плечи, чувствуя небывалый подъем сил — помощь близко! Девчонки приосанились, а потом мы все недоуменно переглянулись, рассмотрев подходящую к нам растрепанную Марессу.
— Девочки, — выдохнула она, — Хвала богине! Вы живы! — заметила носилки с лежащей на них Гедой, обеспокоилась. — Что с ней?
— Жива пока, — ответила я, и сразу спохватилась, склоняясь в поклоне, только государыня на меня внимания не обратила, подбегая к Геде.
Мгновенно оценив обстановку, Маресса проговорила:
— Мы не смогли вернуться за вами раньше, потому что прошлой ночью столкнулись с призраками, преградившими нам путь…
Мы с девчонками опять обменялись ошарашенными взорами, но Маресса, не замечая нашего удивления, говорила дальше:
— Я не утерпела и, убедившись, что остальные благополучно пересекли границу, ринулась к вам, наказав собрать команду!
Мы с девчонками и вовсе лишились дара речи от такого сообщения, а государыня только слегка улыбнулась, посмотрев на наши оторопелые физиономии.
— Понимаю, трудно вообразить, что такая серьезная, опытная ведьма способна вести себя, как девочка — порывисто и необдуманно! Только у меня все просчитано, не забывайте, я лучше знаю Нейтральную полосу, чем вы! Я воевала здесь… — подарила нам выразительный взгляд, и мы по очереди кивнули. Если у кого-то из нас и оставались сомнения, то только в душе, никто из ведьм не пожелал выказывать их дальше.
Маресса мотнула головой в сторону:
— Помогайте! — и наклонилась, чтобы поднять наши импровизированные носилки. — Ани, пойдешь последней, — добавила она, вручив измученной более всех нас Ларике фонарь.
Рьяна с тяжелым вздохом ухватилась за другой край носилок. Я пребывала в каком-то странном состоянии, одновременно чувствуя и прилив свежих сил, и дикую усталость; радовалась, что мне доверили прикрывать наши тылы, но в то же время боялась до дрожи в коленях, что призраки первой схватят меня, потому что иду последней. Сердце стискивали страх и неуверенность, особенно когда я нечаянно или намеренно поднимала голову, рассматривая призраков, молчаливо наблюдающих за нами.
— Чего они ждут? — вопросила я в темноту, и услышала пояснение Марессы:
— Сложно сказать, чего они хотят. Эта свора прошлой ночью напала на нас, когда мы рискнули вернуться за вами! Вперед, пожалуйста, никаких препятствий они нам не чинили, а вот назад… Не подскажете, что им нужно было?
— Самим хотелось бы знать, — буркнула я, тревожно оглядываясь.
На темном песке за нами тянулась четкая цепочка следов, которую здешний ветер не спешил заметать, точно хотел оставить на память. Меня вновь пробрала нервная дрожь, я помотала головой, чувствуя какую-то неправильность всего происходящего, и тихо позвала:
— Ваше Сиятельство…
Маресса, не обернувшись, тихо промолвила:
— Все в порядке. Просто иди, пока они смотрят, вреда не будет, — и тут я, не удержавшись, ляпнула:
— А когда будет? — язык прикусила, но было уже поздно.
Ветер усилился, с яростью налетев, он растрепал мои волосы, а затем помчался дальше. Ларика и Рьяна взвизгнули, а Маресса хладнокровно приказала: