Затем Эккинс-старший позвал свою дочь, в тот момент находившуюся в доме. Поспешно одевшись, девочка выбежала в сад, чтобы встретить стоявших там гостей. Она очень обрадовалась приходу Эрика и предложила ему провести вместе с ней время за территорией жилища, где никто из её родственников не помешал бы им вести беседу и не стал бы вставлять в неё какие-то свои комментарии. Мальчик согласился, сразу предупредив, однако, что кое-кто посторонний всё же будет слышать их разговор. И этим человеком станет не кто иной, как Хизер, которой запрещалось оставлять брата одного. Ведь что могла сделать маленькая девочка, не умевшая даже оказывать первую помощь, если бы симптомы болезни внезапно вернулись к Эрику?
Однако Кристина не имела ничего против присутствия Хизер, так как считала, что она относилась к их беседам совершено иначе, чем родители. Девочка, скорее всего, думала, что Хизер воспринимала их разговоры как нормальную беседу, совершавшуюся между маленькими людьми, а не как пустой детский лепет. И, полагая так, она была в какой-то степени права.
Решив немного погулять, Хизер, Эрик и Кристина вышли за территорию Эккинсов и остановились, осматриваясь вокруг.
— Может, пойдём в ту сторону? Мне интересно, что там находится, — предложил Эрик, указывая туда, где жил подозрительный сосед.
— Нет, ни в коем случае! Там живёт ужасный человек. Нам не стоит к нему соваться, — ответила Кристина, с опаской глядя в запретную сторону.
— Ну ладно… А почему он ужасный?
— Он очень страшный и, наверное, дико злой. Также мои родители говорят, что он сумасшедший.
— А куда тогда пойдём?
— Предлагаю погулять около замёрзшего озера. Оно находится неподалёку отсюда.
Хизер и Эрик согласились и последовали за девочкой, ддя которой, как она сказала позже, это чудное местечко являлось самым любимым местом во всей деревушке.
И действительно, это местечко отличалось живописностью. Прозрачная вода застыла, покрывшись ледяной коркой, которая, словно зеркало, ловила солнечные отблески, отражая их на своей недвижимой поверхности. Вокруг лежали пышные сугробы, обрамлявшие замёрзшее озеро. А редкие корявые деревья, склонившись над озерцом, тянули свои узловатые ветви, чтобы испить заветной воды. Но их старания оказывались бесполезными, так как лёд, сковывавший озеро, оставался неприступным.
Кристина, Эрик и Хизер остановились около замёрзшего водоёма и вгляделись в даль, окутанную морозным маревом. И вновь девочка завела необычный разговор, прерванный в прошлый раз по причине позднего времени.
— Снова представь, что ты облако, — начала она.
— Да, я представил. Вчера я это даже изобразил на бумаге. Вот, посмотри, это мой рисунок, — произнёс Эрик, доставая из кармана брюк свёрнутый лист бумаги, на котором были изображены разноцветные облака, и разворачивая его.
— Ты замечательно рисуешь! Но мне не нравится, что небо на твоём рисунке как будто имеет края. Посмотри, оно ведь должно быть не таким. Конечно, это твоё личное небо, но у таких, как ты, оно всегда бесконечное, — прокомментировала девочка.
— И вправду. Но как тебе пришла такая идея?
— У меня много друзей. Они все считают небо бесконечным. Но когда они представляют себя облаком, у некоторых из них личное небо почему-то имеет конец. А у детей, похожих на тебя, оно всегда бескрайнее.
— Да, представляю. И ещё облака не становятся серыми тучами, как ты говорила вчера. На моём личном небе они яркие.
— А у меня они однажды станут тучами, я знаю это. Но потом снова превратятся в пушистые облачка.
Хизер с изумлением слушала детскую беседу, примерно представляя, что ребята имели в виду. Может, конечно, они понимали всё это по-своему, так как, в силу слишком юного возраста, были ещё не способны осознать истин, которые пытались заключить в собственные слова. Но что-то в их разговоре содержалось такое, что присуще лишь детям, живущим фантазиями и занимающимся творчеством.
— А если представить, что лёд сейчас треснет? — внезапно проговорил Эрик, посмотрев на прозрачную поверхность воды, по которой беспрестанно плясали озорные лучики.
— Не надо. Если он треснет, будет плохо. Он ещё успеет стать водой. А пока что льду лучше оставаться льдом, а воде — находиться под ним. Может, целый лёд — это проблема, но, если он треснет или исчезнет раньше времени, это будет новая и ещё большая проблема.
Так Хизер, Эрик и Кристина и провели этот день. Когда небо озарилось розовым пламенем заката, а вязкие сумерки начали сгущаться, Кристина, попрощавшись с Нортенами, поспешила домой. Брат и сестра тоже направились в сторону своего жилища.
Вернувшись домой, Хизер и Эрик обнаружили, что их родители принимали гостью. Ею оказалась та самая приятная женщина, проживавшая по соседству. Она живо рассказывала о поездке, в которую они вместе с мужем отправлялись прошедшим летом. Женщина в красках описывала живописные виды, представшие перед супругами, делилась впечатлениями, которые на них произвело путешествие. Также она упомянула несколько парков развлечений, где ей и её мужу удалось здорово повеселиться и с душой отдохнуть, радуясь жизни.
Нортены с увлечением слушали соседку, периодически задавая ей встречные вопросы, на которые она так же воодушевлённо отвечала. Однако Хизер не стала не стала присоединяться к разговору, решив снова попробовать дозвониться до Анны.
И вновь она взяла телефон и, набрав нужный номер, стала напряжённо ждать. Однако, как и в прошлый раз, услышала лишь досадные гудки, тянувшиеся слишком долго и звучавшие слишком удручающе. Анна не выходила на связь, чем вызывала серьёзное беспокойство у своей подруги. Но сколько Хизер ни пыталась дозвониться — все её новые попытки заканчивались так же печально, как и предыдущие.
=== Глава 15 ===
Очередное утро в деревне ознаменовалось для Хизер внезапным звонком её телефона, от которого девушка мгновенно подскочила. Схватив аппарат связи, Нортен взглянула на экран, чтобы проверить, какому нерадивому человеку понадобилось разбудить её в такую рань. Однако, увидев имя звонящего, девушка ощутила одновременно несколько чувств: и недюжинное удивление, и ликующую радость, и бодрящее облегчение. Человеком, пытавшимся связаться с Хизер, оказалась Анна, связь с которой у Нортен давно пропала.
Девушка незамедлительно ответила на звонок. Услышав знакомый голос, донёсшийся до её слуха, Хизер очень обрадовалась. Теперь Нортен окончательно убедилась, что таинственной персоной, позвонившей ей в половине седьмого утра, была действительно её подруга, а не какой-нибудь грабитель, присвоивший себе телефон девушки.
— Э-э-э, здравствуй, Хизер… — тихо произнесла Анна, голос которой немного дрожал, — извини, что беспокою тебя в такую рань. Просто я только сегодня обнаружила, что ты звонила мне, и не могла это проигнорировать. И да, прошу прощения, что не отвечала на твои попытки связаться со мной. Я просто не брала в руки телефон до сегодняшнего дня. Я не хотела ничего и потому совершенно не нуждалась в разговорах с кем-либо. Но сегодня я ощущаю, что мне очень нужна поддержка со стороны. Я сыта одиночеством по горло.