— Итак, повторяю: если на большом поршне мы имеем проигрыш в расстоянии, то зато во столько же раз выигрываем… Пеликанов, в чем мы выигрываем?
Валерка вскочил и покраснел как рак.
— Стало быть, в чем мы выигрываем? — повторил Иван Денисович.
— В воде! — брякнул художник.
Все, конечно, расхохотались.
— Садитесь, Пеликанов!.. В чем же мы выигрываем, Замятин?
— В объеме? — пробормотал Кирка.
— Садитесь, Замятин!.. Выигрываем в силе, — сказал учитель, отметив что-то в журнале.
После уроков Артамонов, Бодров и я постучались в дверь пионерской комнаты. Все мы были в очень веселом настроении, все подталкивали друг друга локтями и перемигивались между собой.
Кирилл открыл нам и переглянулся с художником, который стоял посреди комнаты, держа в одной руке стакан с водой, а в другой — кисточку. Я спросил очень вежливым тоном:
— Извините, мы не помешали?
— Входите, — сказал редактор.
Мы все трое вошли в комнату.
— Тут у нас одна заметочка есть, — снова очень вежливо сказал я и протянул редактору листок.
Тот взял заметку, подошел к Валерию, и они вместе начали читать. Мы стояли тихо-тихо. Только Мишка один раз фыркнул в кулак.
Редактор сложил заметку и спокойно сунул ее в карман.
— Что ж, мы это предвидели, — сказал он.
— Очень приятно, что предвидели, — ответил я. — Теперь позвольте узнать: наша заметка пойдет?
Кирилл посмотрел на меня в упор и отчеканил:
— Не пойдет.
— Ловко! — сказал Артамонов. — Это почему же?
— Неостроумно. У нас на эту тему получше материал. Хотя это и редакционная тайна, но, если желаете, можете посмотреть.
Мы подошли к столу, на котором лежала незаконченная газета.
Там был изображен крокодиленок, держащий за шиворот двух мальчишек: одного — круглого, как шар, другого — длинного, с оранжевыми волосами. Сама же заметка была написана так:
Внизу была приписка:
— Скушали? — спросил Валерка.
Мы промямлили что-то невразумительное и убрались восвояси.
Решил во что бы то ни стало избавиться завтра от двойки по алгебре: формулы сокращенного умножения запишу на гранях карандаша. Представляете себе, что за адская работа мне предстоит? Выцарапывать иголкой буквы и цифры величиной с булавочную головку!
23 февраля.
До сих пор не могу успокоиться, столько было сегодня переживаний.