Дело случая: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

ДЕЛО

СЛУЧАЯ

Пролог

Таких людей, как этот человек – миллионы. Это может быть твой сосед, родственник, друг. Или даже ты сам.

Утро. Человек с портфелем идет по улице. Пятнадцать лет он изо дня в день проделывает этот путь – от дома до автобусной остановки, одиннадцать остановок на автобусе, потом пять минут пешком до работы. Девять часов на работе и обратный путь домой. И так каждый день…

Это утро ничем не отличалось от других. За исключением того, что киоск «Союзпечать», в котором человек каждый раз покупал газету и прочитывал ее в автобусе, не работал. Он в растерянности остановился перед киоском. «Киоскер болен» – табличка с ровными буквами нарушала многолетний ритуал, совершаемый по утрам этим человеком.

Кто-то привык по утрам пить кофе. Много лет подряд утро начинается с чашки кофе. И вот однажды этой самой чашки нет. Не важно, по какой причине, но ее нет. Ритуал нарушен. Возникает стресс, человек теряется. Сила привычки может свести человека с ума.

Так же и здесь: одиннадцать остановок на автобусе без газеты могут превратиться в пытку. Человек с портфелем меняет привычный маршрут. В квартале от этого места есть другой киоск. Газету можно купить там. Только надо делать все быстро – скоро подойдет автобус.

Человек с портфелем полубегом преодолел расстояние до другого киоска, купил газету и почти вернулся обратно, когда увидел свой автобус, стоящий на остановке. Какие-то пятьдесят метров – и все, дальше как обычно: одиннадцать остановок, работа, путь домой. Цель, какая бы она ни была, ослепляет. Не было исключения и в этом случае. Человек с портфелем побежал, видя перед собой только автобус. Перебегая улицу, он не обратил внимания на маленькую иномарку, движущуюся в левом ряду… Двадцать метров до автобуса, сигнал клаксона, скрип тормозов, удар, тишина, темнота…

Через два дня в больнице человека, не успевшего на автобус, навещали жена и дочери. Стандартные апельсины и минеральная вода, стандартные вопросы: «Как ты себя чувствуешь? Болит?» и стандартные ответы: «Нет, все нормально, не волнуйся, скоро поправлюсь…» О чем еще говорить людям, прожившим вместе двадцать лет? Мужчина, лежа на больничной койке, подумал, что не может вспомнить, когда они с женой последний раз занимались любовью. Судя по возрасту младшей дочери, то лет семь назад. Рядом с лежащим в постели человеком сидела женщина, формально близкая, а фактически чужая. И оба они ждали, когда пройдет положенное время, после которого можно будет чмокнуть друг друга в щеку и попрощаться на сегодня.

Через месяц человек, не успевший на автобус, вернулся домой. Возможно, он и дальше продолжал бы жить так же, как месяц назад, по инерции. Но за этот месяц все изменилось. Огонь, который с рождения горит в любом человеке, подпитываемый радостью знаний, чувств, ожидания будущего, огонь, который горит, когда человек влюблен, когда видит в жизни цель, и который уже давно потух внутри этого человека, вдруг заново разгорелся в нем. Разгорелся с такой силой, что ни чувство привычки, чувство долга или даже чувство страха неизвестности будущего не могли потушить его. Он собрал кое-какие свои вещи и, оставив ключи от квартиры на тумбочке у входной двери, ушел. Он шел к той остановке, до которой не добежал месяц назад, шел и улыбался.

На остановке его ждала женщина, заведующая травматологическим отделением, где лечился человек, опоздавший на автобус…

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

Глава 1

У каждого из нас есть хобби. Кто-то коллекционирует марки или монеты, кто-то режет по дереву или рисует пейзажи. Некоторые проводят время, собирая модели самолетов или автомобилей. У меня тоже есть хобби, может, не такое интеллектуальное, как филателия или живопись, но оно мне по душе, и я получаю огромное удовольствие, занимаясь своим любимым делом: я коллекционирую музыкальные записи. Естественно, что до профессионального музыканта мне очень и очень далеко, но больше всего на свете я люблю музыку и качественную аппаратуру, воспроизводящую ее. Все это я говорю не для того, чтобы рассказать про себя, а для того, чтобы рассказать про своего друга Юрку. У него тоже есть любимое занятие: он увлекается электроникой. С самого детства, когда все мальчишки играют в войну или пробуют себя в роли Пеле, Юрка сидел дома с паяльником, собирая разные схемы, одному ему понятные. Лет в десять он собрал схему управления процессом открывания – закрывания крышки мусорного ведра, основанную на фотоэлементах. Принцип работы заключался в следующем: подносишь руку с мусором к ведру – крышка автоматически открывается, убираешь руку – крышка закрывается. Мой друг не учел пару моментов: то, что его схема с блоком питания увеличила вес ведра раз в десять, и то, что в темное время суток крышка открывалась сама по себе. Пару недель домочадцы хвалили его, но потом не выдержала бабушка, которая каждый раз пугалась, проходя мимо ведра, потому что чувствительный фотоэлемент давал команду на открывание крышки. В результате от изобретения отказались.

С Юркой нас связывала давняя дружба, зародившаяся еще в детстве. Жили мы по соседству, учились в одном классе и частенько обращались друг к другу за помощью. Я, как более сильный, заступался за друга, когда его пытались поддеть какой-нибудь шуткой наши одноклассники, он мне постоянно усовершенствовал мою звуковоспроизводящую аппаратуру – простите за такое серьезное слово! Лет в тринадцать Юрка собрал мне огромные мощные колонки и спаял стереофонический усилитель, чему я был несказанно рад и из-за чего испытывал чувство благодарности к своему неспортивному высокоинтеллектуальному другу.

Вот так мы и жили: Юрка пропадал на всяких там кружках по радиоэлектронике, я занимался в секции самбо и гонял на мопеде с местными мальчишками.

Закончив школу, наша дворовая компания распалась. Кто-то пошел в армию, кто-то пошел работать. Юрка поступил в Московский институт радиоэлектроники и автоматики, я с трудом пролез в Мясомолочный на факультет, где конкурс был меньше одного человека на место. Начался новый период жизни. Новая компания, интересы, девочки. Мой дед отдал мне свои «Жигули» конца семидесятых, и, быстренько выучившись и получив права, я стал осваивать географию родного города. Времени на общение с Юркой практически не было: днем я учился, вечером занимался спортом или гулял, а пару ночей в неделю подрабатывал грузчиком на Микояновском мясокомбинате.

Мой друг еще больше углубился в свои микросхемы, разгульная студенческая жизнь его не интересовала. Общались мы с ним на две темы – он оборудовал мне машину противоугонной сигнализацией и собирал всякие шумоподавители с усилителями, я же иногда по выходным дням возил его на Царицынский или Митинский радиорынки, где он закупался в неимоверных количествах всякими электронными штуками.

Так прошло три года. У меня в жизни произошли некоторые изменения. Бурные романы и застолья в студенческих общежитиях перестали меня интересовать. Я поменял машину и купил дорогущую высококлассную аудиоаппаратуру. Учеба стала не то чтобы тяготить меня – нет, мало интересовать. Все больше мои увлечения стали углубляться в область дизайна и архитектуры, а образование в институте сулило по окончании скучную должность какого-нибудь технолога в колбасном цехе.

К двадцати годам я по-юношески разочаровался в любви и завел собаку.

Юрка учился и до ночи засиживался в институте. Их научный кружок изобрел и собрал какой-то электронный прибор, с которым они ездили в Германию на выставку. В узких кругах мой друг стал известным человеком, ему пророчили великое будущее. Я был рад за него и иногда подшучивал, потому что его интересы ограничивались исключительно электроникой.

– Юр, смотри, какие девчонки! Давай остановимся и познакомимся! – подначивал я друга по дороге на очередной радиорынок.

– Хорошие, да, но останавливаться не стоит, – полурассеянно, полусерьезно отвечал он.

– Юрик, а тебе какие больше нравятся: блондинки или брюнетки?

– Блондинки, Сань, блондинки, – думаю, что когда он отвечал мне, то перед глазами у него не вырисовывался образ красивой светловолосой девушки, как у любого нормального парня. Вряд ли слово «блондинка» вызывало у моего друга какие-либо ассоциации.

– «Блондинка, Сань, блондинка!» – Я намеренно пискляво передразнивал Юрку. Скажи мне, ты что чувствуешь, когда видишь симпатичную девушку?

– Сань, я вот слушаю тебя, и сам себе удивляюсь: как это я вообще могу общаться с тобой? Ты же сексуальный маньяк! Ты хоть думаешь о чем-нибудь другом, кроме секса? – Юрка стащил с носа очки и стал их энергично протирать, что говорило о том, что он волнуется.

– Да, Юрок, думаю. Но, честно тебе скажу, очень редко. Практически никогда! – Я с трудом сдерживал себя, чтобы не рассмеяться.

– Я так и знал! Отстань от меня! Если хочешь, давай поговорим, но о чем-нибудь другом!