— Да.
Ну и чушь, мелькнуло у д’Арси, но она, похоже, верит.
— А мебель, пещеру? — допытывался он.
Снова вялый кивок.
— Ясно. А что если я коснусь лука? В кузнечика не превращусь?
— Конечно нет, — засмеялась Жанна-Мари. — Вот если пустить в тебя стрелу, тогда возможно. — И торопливо добавила: — Само собой, я так не поступлю!
Как-то раз во время прогулки д’Арси вдруг потерял спутницу из виду. Наверное, решила вернуться, подумал он и бросился следом, но никого не нагнал.
Терзаемый мрачными предчувствиями, ворвался в пещеру и громко позвал девушку по имени. Тишина. Может, спряталась? Прятки она любила, часто предлагала поиграть. Д’Арси заглянул под диван. Поискал в кухне, за плитой. Обшарил кладовую. В спальне залез под кровать — пусто, не считая сиротливой пары туфель, которые Жанны-Мари наотрез отказывалась носить.
Выпрямившись, д’Арси уперся взглядом в шкаф. Точно! Жанна-Мари там, затаилась среди пестрых нарядов. Ликуя, он взялся за ручку, повернул, предвкушая, как распахнет створку… Однако та не поддалась, надежно запертая на сенсорный замок.
Озадаченный, д’Арси поспешил прочь, гадая, что скрывается за единственной закрытой дверью. Может, доспехи? По странной иронии, Жанна-Мари ни разу не обмолвилась про битву при Флёр-дю-Сюд, словно стыдилась своего геройства.
Из нее слова не вытянешь, придется выяснять окольными путями, решил д’Арси. Когда он заметил выходящую из леса Жанну-Мари, у него отлегло от сердца, и подозрительный инцидент сразу забылся.
Через несколько дней, бродя в одиночестве по лесу, он наткнулся на глубокую мрачную долину, где покоились два скелета, мужской и женский. Они лежали бок о бок под гранитным сводом, едва прикрытые истлевшим одеянием. Рядом с мужчиной валялась медная бляха. Соскоблив ржавчину, д’Арси увидел именной жетон сторонника психофеноменальной церкви, судя по гравировке принадлежавший Александру Кейну. Имя знакомое, но, хоть убей, откуда оно не вспомнить.
Как странно! По традиции жители планет-конгломератов выбирали имена в честь предков, однако в «Александр Кейн» не было ничего французского.
Прихватив жетон, д’Арси вернулся в пещеру и рассказал Жанне-Мари о жуткой находке.
— Скелеты там давно, но я стараюсь в те края не заходить.
— Боишься?
Она помотала головой.
— Нет. Мне Рашель с Иосифом запретили.
С чего бы это, подумал д’Арси, но промолчал. Вряд ли Жанна-Мари знает ответ, да и сама история с голосами не внушала доверия. Пусть Смит-Кольгоз или О’Риордан с этим разбираются, их проблема. Смущало только, почему неведомые голоса — если они действительно существуют — испугались каких-то останков?
Той ночью его разбудил голос О’Риордана, идущий из миниатюрного радиопередатчика, спрятанного в наручных часах.
— Напоминаю, до завершения операции осталось двое суток.
Д’Арси обомлел: во-первых главнокомандующий связался с ним лично, а во-вторых, он совсем потерял счет времени. Казалось бы, прошло всего несколько дней, а с другой стороны — вечность.
— Вы меня слышите? — повторил О’Риордан.
— Так точно, сэр.
— Это радует, — отозвался лунный механик. — От плана не отклонились?
— Никак нет.
— Отлично. Жду через сорок восемь часов, а не то дождетесь у меня. Самое главное, перед вылетом заройте этот чертов лук вместе со стрелами поглубже, чтобы никто не нашел. Конец связи.
До рассвета д’Арси не сомкнул глаз, боролся с муками совести, пока не одолел. В конце концов, предательство пойдет Жанне-Мари на пользу. Лес и пещера — не место для девушки. В судьи О’Риордан выбрал шестерых прихвостней, которые дрессированными медведями плясали под его дудку. Однако по правилам Марсианской конвенции Жанну-Мари нельзя судить как военную преступницу, какое бы обвинение О’Риордан ни выдвинул, наказание наверняка будет условным. Через месяц Поднебесье падет, и галактическое государство возьмет девушку под свое крыло, даст образование, кров.
В полдень д’Арси передал «Посланнице» координаты пещеры — корабль обещали прислать на заре, — а сам с Жанной-Мари отправился в лес. Они гуляли, катались по очереди на Германе О’Шонесси; спешившись, бродили, ведя скакуна за собой под уздцы. А вечером в живописной зеленой роще устроили пикник, благо девушка не забыла корзинку с припасами. Д’Арси с самого начала ломал голову, откуда берется такое изобилие, и однажды спросил напрямую, заранее предвкушая виноватую улыбку и стандартное «Секрет». Так и случилось.
Напрашивался единственный вариант — психотеллуризм, однако д’Арси отверг его по двум причинам. Подобно О’Риордану, он считал психотеллуризм выдумкой психофеноменальной церкви, рассчитанной на устрашение врагов. Но даже существуй дар на самом деле, Жанна-Мари никак не могла им владеть, поскольку не имела ни выдающегося интеллекта, ни товарища по разуму для эффективного симбиоза.