Гроза: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

- Здравствуйте, Эмма Фридриховна. Я Василий Лавочкин. У меня к вам просьба. Не могли бы вы заниматься со мной индивидуально? Не бесплатно конечно. Это родители мне предложили… Последний год обучения, институт, а у меня по вашему предмету…

- Василий, я не уверена, что вообще продолжу работу в этой школе…

- Пусть даже в другой будете преподавать, но это же не помешает. Такие времена настают, везде коммерция… Лишний рубль всегда найдётся куда потратить!

- Хорошо! Видимо Таисия Петровна меня избегает, завтра с утра я её перехвачу. Где тут свободный класс? Обговорим…

- Если вы не против, то предлагаю ко мне домой. Он через дорогу отсюда. Там мама дома. – КсеСа уже знает, что родители Василия трудятся в коммерческом магазине и скоро начнётся час-пик, вырваться никак невозможно. – Чаем с пирожками угостит нас. Вы ведь с утра здесь…

Доводы парня не смущают молодую, 24-ёхлетнюю девушку, она действительно голодна и ей нужно по маленькой нужде. А школьные туалеты вызывают отвращение зазнайки.

Через несколько минут, парень пропустил Эмму в квартиру, задвинул засов двери.

- Странно, куда это мама ушла? – изображая удивление говорит КсеСа за Васю. – Я поставлю чайник, вы можете помыть руки в ванной.

Она решает начать с совместного поедания пищи – это сближает, снимает условные препоны. Пирожки действительно существуют. Шоколадные конфеты - девушки к ним также неравнодушные, занимают самое видное место.

Парень садится на табурет и, под гипнозом постороннего сознания, замирает.

А КсеСа спешит в туалет – возможно удастся нашептать пошлости молоденькой училке. Эмма сидит на унитазе и радуется неге освобождения мочевого пузыря. Это так восхитительно. С таким ощущением сравнится только посторгазменная нега. Да, уже три месяца, как она вернулась в свой город, а любимый сокурсник получил назначение в другую область.

"Вспоминай, вспоминай, Эммочка. Что тебе нравилось в сексе? Предварительная игра? В строгую учительницу и мямлю-школяра? Ой, ты кажется потекла! Вон ковш, набери водички и омой гениталии. Омой, не стесняйся, это ведь естественная нужда женщин. Что ж поделаешь? Придётся юбочку снять… колготки тоже мешают. Их можно сразу в сумочку. Ну, понюхай, понюхай трусики. Всего лишь капля желания, а какая ароматная. И мыло запашистое готово к контакту с твоей писечкой. Мужчине твоему нравилось вдыхать запах цветочного мыла. Хлюпай, не смущайся, Васька на кухне, не услышит. Хлюпай громче! Ну, подумаешь мальчик услышит! Разве он соображает в женских делах? Даже если соображает, то он парень культурный, пошлятину не выскажет. Пошлость не страшный порок – все люди по-своему развращены. Он, вероятно, встречается с девочкой, говорит ей свои пошлости. Тебе ведь парни также говорили, а ты при них смущалась, а ночами корила себя за зажатость ножек. Ой, да ты вновь течёшь! Вспомни, как ты отказала Андрейке, однокласснику, а сколько он зажимал тебя? Ты насмехалась над ним, довела до попытки суицида. Хочешь искупить вину? Вот он мальчик, ждёт тебя на кухне. Искупи вину перед Андреем, не отказывай Василию, он такого же возраста. Да! Да! Да! Желай! Проси! Парень никому не скажет, прогони эти мысли прочь, сейчас главное загасить желание. Юбочку конечно нужно надеть, согласна, что может вернуться мама…. Трусики потом наденешь, будет ещё момент".

- Эмма! Простите мне мою ложь! Мой ин.яз - английский. Но вчера на линейке вы так понравились мне, что я решился пойти на хитрость. Заманил вас к себе… Нет! Родители только к десяти ночи вернутся.

- За ложь, следовало бы тебя отшлёпать. Но искренность, граничащая с наглостью, нуждается в поощрении. Иди омой гениталии! Ты ведь это хотел от меня получить? А я чуток перекушу.

Девушка откусывает половину пирожка, развернув конфету, закидывает её следом. Она торопится – сейчас нужно загасить голод желудка, а потом, она посмотрит на что способен хитрован. Эмма успевает поглотить два пирожка и пяток шоколадных изделий до того, как на кухне появляется парень. Он гол! Член его, приятных пропорций, возбуждён "и очень опасен".

Учёбы в столичном институте хватило для некоторого "обучения" искусству эротики. И девушка начинает свою игру. Подняв грудь, она совершает круги вокруг парня, осматривает как плантаторша раба. Ноги, икры, ягодицы. Плечи, руки, ладони. По мере нарезания кругов, она расстёгивает пуговицы на своей блузке. Пиджачок и рубашка опадают к ногам раба. Она приказывает ему наклониться к вещам и не распрямляться, пока она не позволит.

Девушке понраву задний ракурс на мошонку, отягощённую яйцами. И чем тяжелее кокушки, тем восхитительней "бычок". Она пропускает ладонь из-под ягодиц к мошонке, взвешивает груз яиц. Восхитительно! Они тяжелее чем у её бывшего. А член? Насколько он твёрже?

Ладошку из-под живота к стволу. Есть контакт! Да! Да! Он несгибаемо деревянный! Она приказала выпрямиться и посмотрела на паутинку, образованную слизью, вытекающей из уретры. Вкусная? Ещё бы ей быть отвратительной! Конечно восхитительно вкусна!

Эмма наконец почувствовала ту волну возбуждения, до которой она доходит при каждом половом акте. Теперь фрикции в разогретой до нужной кондиции вагине. Быстрые, с минимальной амплитудой. После первого оргазма, успокоительные, с максимальной амплитудой фрикции, обязательно в миссионерской позе. Если партнёр достаточно быстро восстановится, то пусть он руководит "полётом".

Девушка выбрала позицию "стоя в дверном проёме", объяснила рабу, как он ОБЯЗАН сношать "госпожу".

КсеСа переместилОсь в тело Эммы – не известно, как скоро Томка вернёт их в своё время, нужно успеть закодировать немку.      

"Эмма, двадцать пятого мая две тысячи девятнадцатого года, ты услышь кодовую фразу: "Лавка знает, что "лавка" по-немецки "Der bank". Тебе нужно сделать всё так, как прикажет Александр Афонин! Сегодняшнее происшествие молодой человек забудет. Но если ты захочешь следующей встречи, то произнеси фразу: " Grobe Eier eines roten Hundes" (Крупные яйца рыжего пса). Парень будет послушным исполнителем твоих причуд."

Покинув тела Эммы и Василия, КсеСа почуствовалО, что их тела кто-то растаскивает….

- Я думала они тут градом поранены, а они ебутся! – кричит запыханная Томка. – Сердцем почувствовала неладное. Бесстыжие вы!

- Спасибо, мам. Замёрзли, грелись таким образом, да забылись. – давно Ксюша не называла Тамару мамой.

- В смысле забылись? Сношались как в последний раз чо ли? Дома могли бы наебаться вдоволь.

- Дома не то! Там вы со Светкой мешаете. А тут оторвались за милую душу. – Санька посмотрел на пенис. Красный, болезненный. – Ксю, писька не сгорела?

- Болит, любимый мой, болит. Но заживёт. Я уверена. Мам, разогрей нам похавать, у нас сил нет.

- Вы, чудики, без гондона сношались! Залететь не боишься? – скидывая из стеклянной банки на сковородку макароны по-флотски, ворчит Тамара.