Чудовищные злодеяния финско-фашистских захватчиков на территории Карело-Финской ССР. Сборник документов и материалов: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Комиссия на основе показаний свидетелей, осмотра лагеря и материалов вскрытия и исследования трупов установила:

Финско-фашистское командование в сентябре 1941 г. организовало в гор. Олонце пересыльный лагерь № 17, в котором содержались бойцы и младшие командиры Красной Армии, попавшие в плен на Свирском участке фронта.

Лагерь расположен в полукилометре от гор. Олонца, на территории военного городка в деревянных казармах. Территория лагеря обнесена двумя рядами колючей проволоки, высотой до 2 м. Все здания лагеря изолированы друг от друга колючей проволокой.

Лагерь охранялся финскими солдатами. Администрация лагеря состояла из финских военнослужащих.

Количество содержащихся в лагере военнопленных колебалось от 600 до 1000 человек единовременно.

После полуторамесячного содержания в лагере № 17 - эти пленные направлялись в тыл и на лесозаготовки в лесные лагери, расположенные на оккупированной территории Карело-Финской ССР.

Каждый русский военнопленный на спине на верхней одежде должен был носить нашитую или написанную букву «V», что означало «Ванки» - пленный.

Карелов, вепсов и ингерманландцев из числа военнопленных финско-фашистская администрация лагеря разместила в отдельные помещения, выдала им бумажные матрацы и увеличила их суточную норму питания.

На тяжёлых работах финны эту группу военнопленных не использовали и создавали им привилегированное положение, тем самым сеяли национальную рознь между русскими и карелами. Они носили на левом рукаве белую нашивку с надписью «Хеймокансалайнен», что значит «соплеменник».

Администрация лагеря морила советских военнопленных голодом.

Суточная норма питания состояла из 200-250 граммов хлеба и поллитра горячей воды с жидко разболтанной в ней мукой или неочищенным картофелем. Зимой в суп добавлялась мороженая брюква.

Иногда военнопленным выдавалось мясо павших лошадей.

С 7 до 22 часов военнопленные были заняты на тяжёлых физических работах.

Голодных, истощённых советских людей администрация лагеря заставляла производить изнурительные работы по ремонту дорог и на лесозаготовках, и тех, кто не мог производительно работать, охрана избивала до полусмерти.

С занятием гор. Олонец частями Красной Армии из лагеря освобождено до 450 человек советских военнопленных.

Администрация лагеря и его охрана зверски относились к содержавшимся в лагере советским военнопленным.

Подошедших на близкое расстояние к забору советских военнопленных финско-фашистская охрана расстреливала без всякого предупреждения.

Комендант лагеря лейтенант Сойнинен, его заместители лейтенанты Ингман и Салмела, следователи лагеря - лейтенант Шепалис и военный чиновник Шмидт беспричинно жестоко избивали советских военнопленных палками, плётками.

Лейтенант Ингман постоянно ходил по лагерю с палкой, которой избивал пленных.

Следователи во время допросов зверски расправлялись с пленными, которые не давали им нужных показании.

Свидетель, - тов. Агафонов, - бывший военнопленный, рассказывает, как комендант лагеря Сойнинен избил рукояткой револьвера военнопленного Подручина - 50 лет, из добровольческой дивизии Ленинградского Народного ополчения, - и Подручин вскоре скончался от нанесённых ему побоев.

Тот же Агафонов рассказал, как помощник начальника лагеря Ингман избил до потери сознания военнопленного Котенкова, который после этого в течение 3-х суток не мог ходить.

У финского шофёра Виртанен по дороге в Мегрегу в августе 1942 г. застряла автомашина. Он позвал одного военнопленного, работавшего вблизи по ремонту дороги, помочь вытащить машину. По мнению Виртанен, советский военнопленный плохо ему помогал вытягивать автомашину, и он начал избивать пленного. Пленный упал, а Виртанен продолжал его бить. Вечером военнопленного увезли в госпиталь и дальнейшая судьба его неизвестна.

Советских военнопленных, которые, по мнению финских палачей, плохо работали, ставили на высокий пень с вытянутыми руками и заставляли стоять в таком положении от 30 минут до полутора часов. В зимнее время такие пытки приводили к обмораживанию конечностей, обмороку и простудным заболеваниям.

Финская администрация и охрана лагеря не только пытали, истязали и морили голодом советских военнопленных, но и расстреливали за малейшую «провинность».

Так, бывший военнопленный Беланти рассказал, как в сентябре 1941 г. финский часовой, охранявший лагерь, из автомата застрелил советского военнопленного за то, что тот подошёл к проволочным заграждениям. За это убийство бывший в то время комендантом лагеря лейтенант Алапиес присвоил палачу звание капрала.

Летом 1943 г. один из военнопленных заболел на работе и был оставлен в беспомощном состоянии у дороги. Проезжавшие на автомашине финны расстреляли больного тут же у дороги.

В результате. истязаний, плохого питания, антисанитарного состояния лагерей и отсутствия медицинской помощи среди советских военнопленных царила большая смертность.

Комиссия 18 и 19 июля 1944 г. произвела эксгумацию и исследование трупов, обнаруженных на кладбище возле лагеря № 17. Кладбище находится на расстоянии 50-60 метров на юго-восток от лагеря и обнесено колючей проволокой. Кресты из досок расположены правильными рядами вплотную друг к другу. На крестах указаны фамилия, имя, отчество и номер военнопленных. На части крестов, а также на длинных досках, заменяющих кресты, имеются лишь только номера.

При раскопке могил установлено, что в некоторых из них трупы отсутствуют. Так например, в могилах, обозначенных тремя рядом расположенными крестами с фамилиями Холманский А. П. № 4943, Малышев С. М. № 5113, Петунин С. А. № 4273 - трупы вовсе не обнаружены.