Вики посмотрела на наручные часы. Глубоко вздохнула, скорбно расширив глаза, потом повернулась, подхватила с пола свою красную сумочку и обратилась к Питу:
— Ладно, поехали в Чикаго.
— О господи, спасибо тебе, спасибо… — Люси уже открывала дверь.
Пит одними губами прошептал на ухо Вики: «Я же там никогда не был». И Вики точно так же прошептала в ответ: «Да, я знаю, но я там бывала». И ткнула пальцем себе в грудь.
Хотя солнце светило вовсю, день выдался нежарким. И воздух был так прозрачен, как это бывает лишь перед наступлением осени. Пит особенно остро это почувствовал, садясь в белый автомобиль, взятый Люси напрокат. Некоторое время ему пришлось подождать, пока Вики на своей машине развернется, объедет его и направится к шоссе. Автомобиль Люси арендовала почти новый, в салоне хорошо пахло и было очень чисто. Пит следом за сестрой вырулил на основное шоссе и все никак не мог поверить, что ему придется вести такую машину до самого Чикаго. У него даже мелькнула мысль: так ведь и умереть недолго. Сперва они ехали по хорошо ему знакомым местным узким дорогам, затем выехали на хайвэй, и он с ровной скоростью поехал следом за Вики. Солнце медленно ползло по небосклону, и ехали они уже больше часа. Впереди Пит неизменно видел широченные плечи Вики, которая то и дело поворачивалась и посматривала на Люси, скорчившуюся на пассажирском сиденье. Они все ехали и ехали — мимо дубов и кленов, мимо больших амбаров с нарисованными на стенах американскими флагами, мимо вывески «Продажа и регистрация огнестрельного оружия», мимо большой площадки, забитой грузовиками и тракторами фирмы «Джон Дир», мимо вывески «Зубные протезы за один день, $144», мимо старого торгового мола, которым так давно не пользовались, что на цементной парковке возле него проросла трава. У Пита, крепко сжимавшего руль, сильно вспотели руки, но он понимал, что ехать им еще очень долго.
Вдруг машина Вики замигала, замедлила ход и через разделительную полосу съехала на обочину. Питу пришлось спешно тормозить, но он все равно проехал чуть дальше и остановился прямо перед автомобилем сестры.
Когда он вылез из машины, его чуть не сбило с ног порывом ветра от грузовика, с невероятной скоростью пронесшегося мимо. Люси, открыв дверцу, выбралась наружу и подбежала к брату.
— Все, Пит, теперь я вполне пришла в себя, — сказала она, но ему показалось, что глаза у сестры отчего-то стали меньше. Она быстро обняла брата за шею, стукнувшись макушкой о его подбородок, и прошептала: — Я так тебе благодарна, от всего сердца! — Потом прибавила: — Вы возвращайтесь, отсюда я и сама доехать сумею.
— Ты уверена? — И сердце Пита вновь исполнилось смятения и ужаса, когда мимо них — да еще так близко! — с чудовищной скоростью пронесся еще один грузовик. — Смотри, Люси, будь осторожна.
— Я люблю тебя, Пит, — сказала Люси и сразу стала устраиваться за рулем своего белого, взятого напрокат автомобиля. Пит стоял рядом и ждал, пока она усядется как следует и переставит сиденье так, чтобы ей было удобно. Потом она высунулась в открытое окно, махнула им рукой и крикнула: — Поезжайте, поезжайте! — и прибавила еще что-то неразборчивое, так что Питу пришлось снова к ней подойти, и она повторила: — Ты передай Вики: пусть она всегда помнит насчет Анны-Марии. Ты обязательно ей это скажи, хорошо, Пит?
Он кивнул, помахал ей на прощание и вернулся к машине Вики. Пассажирское сиденье было еще чуточку теплым, ведь Люси сидела там всего пару минут назад. На полу валялись пустые жестянки из-под содовой, и Пит старался так ставить ноги, чтобы на них не наступать. Они доехали следом за Люси до ближайшего разворота, развернулись и поехали обратно. Но у Пита перед глазами все еще стоял белый автомобиль Люси, мчащийся по хайвэю в сторону большого города. Он чувствовал себя совершенно оглушенным событиями нескольких последних часов.
Вскоре они уже свернули с хайвэя направо и поехали по знакомой дороге к дому.
— Ну, хорошо, — начала Вики. — Теперь мне ясно, в чем дело. — И она, не отрываясь от руля, быстро глянула на Пита. — Люси-то наша совсем ку-ку.
— Ты это серьезно?
— Абсолютно серьезно. Она совсем ку-ку. Всю дорогу плакала и повторяла: «Мне так жаль, мне так жаль, простите меня». Я наконец не выдержала и говорю: «Люси, перестань извиняться, все нормально». А она снова: «Нет, с моей стороны было ошибкой приезжать сюда, как было ошибкой и то, что я отсюда уехала, я вообще ошибок наделала, я все время вела себя неправильно…», и я сказала: «Люси, прекрати это немедленно! Ты сумела выбраться из ада, ты построила свою собственную жизнь, вот в ней и оставайся, а в ад больше не суйся, у тебя же все хорошо». Но она никак не унималась, все плакала, представляешь, Пит, меня это даже немного пугать стало, и я спросила: «Может, тебе мужу позвонить?» Но она сказала, что он то ли на репетиции, то ли где-то еще, и она потом с ним поговорит, а я тогда предложила: «Ладно, попробуй кому-то из дочек позвонить», но она не согласилась: ох, нет, нельзя, чтобы девочки по ее голосу догадались, что она в таком состоянии.
Слушая сестру, Пит неотрывно смотрел на крышку бардачка, на которой виднелись застарелые потеки, словно от пролитого кофе.
— Вот это да, даже не знаю, что и сказать-то.
— Да что тут скажешь. — Вики ловко обогнала машину и свернула на дорогу, ведущую к их дому. — В общем, она приняла какую-то таблетку и стала рассказывать, как часто у нее случаются эти панические приступы… Я, правда, и не помню толком, что она там говорила. Но вскоре она успокоилась и велела мне съехать на обочину, чтобы нам не нужно было везти ее до самого Чикаго. А все-таки, Пит, до чего это было печально. Она такая маленькая и такая… Смотришь на нее в Интернете и… — Вики не договорила. Она села совсем прямо и теперь вела машину одной рукой, а второй — держалась за подбородок, опершись о подлокотник. Так они ехали довольно долго, потом Вики вдруг сказала, глядя прямо перед собой: — Нет, Пит, и вовсе она не ку-ку. Просто ей оказалось не под силу возвращение сюда. Не смогла она с этим справиться.
Во время поездок на работу в бесплатную столовую Пит не раз замечал, с какой любовью супруги Гаптилл относятся друг к другу. Например, когда Томми вел машину, Ширли часто клала руку ему на плечо. А Пит все пытался понять, каково это — чувствовать себя таким свободным, чтобы в любую минуту позволить себе, когда захочется, коснуться близкого человека. Вот ему сейчас очень хотелось бы — пусть хотя бы мысленно — положить руку Вики на плечо. Да-да, вот этой самой Вики, которая ради встречи со своей знаменитой сестрой зачем-то намазала губы жирной помадой. Но ничего такого Пит, конечно, не сделал и продолжал смирно сидеть рядом.
А его сестра вскоре снова заговорила:
— Зря я вообще эти старые истории вспоминать стала.
— Ну что ты, Вики, откуда ты могла знать? Я тоже насчет твоих платьев не слишком удачно высказался.
На обратном пути солнце все время светило в бок машины. Они снова миновали амбары с нарисованными на стенах американскими флагами, только теперь эти амбары оказались на противоположной стороне дороги, а потом ту, уже знакомую Питу, огромную стоянку с желто-зелеными грузовиками и тракторами фирмы «Джон Дир». Сидя рядом с Вики, Пит чувствовал себя в полной безопасности, и ему все хотелось как-нибудь сказать сестре об этом. Наконец, не придумав ничего лучшего, он воскликнул:
— Слушай, Вики, ты просто классная!
Она фыркнула — чуть ли не с отвращением — и недоверчиво на него глянула, а он подтвердил:
— Нет, правда, классная. А Люси, кстати, просила напомнить тебе о той женщине, об Анне- Марии.
— Об Анне-Марии? — удивилась Вики. Потом, помолчав, спросила: — Интересно, что она имела в виду?
— Думаю, то же самое, что и я: ты классная. Так мне кажется. По-моему, она именно это хотела сказать. — Пит осторожно переставил ноги, стараясь на наступать на пустые жестянки, катавшиеся по полу.
Они еще довольно долго ехали в полном молчании, и Пит все время искоса поглядывал на сестру, думая: как же все-таки здорово она водит машину. Ему нравилось, что она такая большая, что она словно заполняет собой все пространство внутри салона, что она так уверенно держит руль. И ему очень хотелось с ней этими мыслями поделиться. Сказать, что она не просто классная, а… В общем, хотя ему много чего хотелось сообщить сестре, он в итоге сказал так:
— А знаешь, Вики, мы вроде бы не такими уж плохими людьми выросли.