- И я хочу с тобой… - прошептал я, склонившись над ним.
Я провел ладонями по его широкой груди, по таким же широким плечам… устанавливая связь. Я чувствовал приток горячей крови и влагу под своими пальцами. Мне нравился язык его обнаженного тела, деликатная пунктуация веснушек и крошечная, бархатная родинка под ребрами. Мне нравился контраст жесткости щетины на подбородке и мягкости губ и дрожащих ресниц. Я прижался к нему еще теснее, наслаждаясь трением наших членов друг об друга.
- Ты любишь быть внутри или снаружи? – хрипло спросил он, положив ладонь мне на поясницу, прижимая меня еще ближе.
Я посмотрел на свой плоский живот, затем хихикнул, встретив его взгляд. Никогда раньше не слышал, чтобы это так называли.
- Я хочу, чтобы ты трахнул меня, - сказал я в ответ. – Мне нужно, чтобы ты трахнул меня.
- Слушаю и повинуюсь.
Он был в прекрасной форме, и это мне тоже нравилось. Твердые кубики пресса, шары бицепсов… интересно, каково это – быть в такой форме? У него столько силы, столько мощи. Он сжал мои бедра сильными руками, помогая опуститься на свой твердый, прямой член.
Я вскрикнул и заметил, что Люку это понравилось. Он любит голосистых. Настоящий ирландец, ведь они все обожают лесть.
- Ох, черт, как хорошо. Он такой большой, - хрипло проговорил я.
- А ты – такой красивый, - прошептал парень.
Не каждый день такое услышишь. Я снова хихикнул и уселся на него полностью, привыкая к размеру и длине. Прошло довольно много времени с тех пор, как у меня был настоящий, живой партнер, а не силиконовый заменитель.
Люк поднял голову, поцеловал мою ключицу, и я, склонившись к нему, завладел его губами. О, эти его поцелуи… Я целовал его, пока не почувствовал, что скоро вырублюсь от нехватки воздуха, и даже тогда его губы нехотя оторвались от моих. Мне нравилась эта неохота, влажный звук его губ, отпускающих мои, вкус алкоголя у него во рту.
- Боже, как хорошо, - пробормотал он.
Я начал двигаться, вверх и вниз… размеренно… поднимаясь и опускаясь. Мягкое, захватывающее скольжение карусели – вот что это напоминало мне, и шест этой карусели двигался в моем разгоряченном, тесном отверстии. Пока мы просто играли, но я уже начинал чувствовать ту настойчивую, болезненную потребность.
Я положил ладони на внушительные кубики пресса и начал неистово двигать бедрами. Люк легко подстроился под мой ритм, приподнимая бедра навстречу моим, входя в меня все глубже. Его стоны заводят меня еще сильнее. Я выгибаю спину, схожу с ума, умоляя его трахать меня сильнее, сильнее, еще сильнее… Мне нужно так много. Во мне такая огромная пустота. Мне нужно, чтобы он заполнил ее жаром и требовательными стонами; я хочу, чтобы его желание подавило мое собственное. Я почти всхлипываю, когда он берет в ладонь мой возбужденный до предела член. Меня прошибает по́том, я весь в огне. Я смотрю вверх, и вижу, что небо вращается, звезды катятся по нему, пытаясь выпасть за край. Головокружительный коловорот звезд, древесных крон и вращающейся луны, все быстрее и быстрее…
Люк вскрикнул, и я почувствовал то странное хлюпанье внутри презерватива, признак сладкого облегчения. Мое отверстие начало пульсировать в ответ на его оргазм, словно рот, пытающийся найти слова. Для этого найти слова было невозможно. Я потянулся к звездам, висящим так низко, и закричал в полный голос, когда наслаждение волной разорвало меня на части.
Словно вырвавшись из бутылки шампанского, белая пена забрызгала все вокруг. Опустошенный, я повалился на влажную от пота грудь Люка и закрыл глаза. Он крепко обвил руками мою талию. Волоски на груди приятно щекотали мне нос. Стук его сердца был слышен словно на расстоянии миллионов миль, эхом разносясь по Вселенной…
- Боже всемогущий… - простонал он. – Пожалуйста, скажи мне, что ты такой же, когда трезвый.
Карусель все замедлялась… замедлялась… пока постепенно не остановила свое вращение. Было так хорошо лежать здесь, тело к телу, слушая отдаленный треск цикад.
Наконец, я осознал его слова, улыбнулся и поднял голову.
- Это спорный вопрос. Я никогда не бываю трезвый.
Его губы были так близко… Он криво усмехнулся и сказал:
- Тебе кажется, что ты шутишь.
Это меня напугало.
- Я на самом деле шучу, - произнес я и убрал волосы с лица. – Послушай, мне нравится пить, но у меня нет проблем с алкоголем.
- Ладно, ладно, - сказал он тоном человека, который не хочет спорить.
На меня будто вылили ведро ледяной воды. Его слова сбили меня с толку, причинили боль. Я высвободился из его объятий и сел.
- Тебе, наверное, следует поработать над техникой ведения разговоров после секса.
- Извини. - Люк снова притянул меня к себе. – Это и вправду было невероятно.
У меня не было для него ответа. Он все испортил. Я лежал, положив голову ему на грудь, скорее обижен, чем зол – но всего по чуть-чуть. Он погладил меня по волосам. Его прикосновение было легким, почти нежным. Я не смог вспомнить, когда в последний раз кто-то был нежен со мной.