Одинокие сердца (ЛП): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Позже вечером всё волшебное сообщество Лондона читало о случившемся в «Вечернем Пророке»:

=== Глава 2 ===

Следующую неделю Гермиона находилась словно в забытьи. Всё это время она жила у Гарри и Джинни, потому что вернуться в свой разом опустевший дом не было сил, а двухлетний Джеймс хоть как-то отвлекал от ужасной апатии, в которую она медленно, но верно соскальзывала. Ребёнок был единственным, кому удавалось вызвать улыбку на её лице.

Рона похоронили в четверг утром, рядом с могилой Фреда.

Нарцисса Малфой была похоронена в пятницу в семейном склепе.

Субботним утром Гермиона решила, что готова вернуться домой. Гарри, конечно, пытался настоять, чтобы она осталась чуть дольше, но в конечном итоге сдался, вытребовав, правда, обещание, что она позволит ему или Джинни постоянно навещать себя, а в случае чего пришлёт сову.

Первые выходные в одиноком теперь доме вынести оказалось крайне тяжело. Здесь всё напоминало о Роне, словно насмехаясь над ней и их общими мечтами и планами, которым уже никогда не суждено сбыться. К ночи воскресенья она всё же смогла взять себя в руки. Ведь она Гермиона Грейнджер как-никак — гриффиндорка, храбрая и сильная — прирождённый боец.

В понедельник утром Гермиона, серьёзная и собранная, была готова к работе. А душевная боль и пустота… Они заняли свой тёмный уголок в самой глубине её души.

Спеша по коридорам Министерства в рабочий кабинет, она столкнулась с взволнованным донельзя другом.

— Гермиона, я не могу поверить… Эта подлая сволочь!..

— Что случилось, Гарри?

— Вчера вечером Джагсон совершил самоубийство! Помнишь, раненый Пожиратель, которого мы взяли под стражу? Малфой опознал его. Рон успел здорово задеть этого гадёныша, и тот был слишком слаб для допроса. Он пришёл в сознание всего два дня назад, и сегодня я собирался устроить допрос. Нам так нужна была эта информация! Малфой меня убьет! Хотя нет, прежде я сам себя заживо сгрызу!

Гермиона видела, как тёмная аура вины с каждым днём всё сильнее отравляет друга. Конечно, новость огорчила её, но, почувствовав насколько Гарри нуждается сейчас в поддержке, она сказала:

— Не волнуйся, мы их всё равно поймаем. Всех их. Я по-прежнему верю в тебя.

Они обнялись, и друг, тяжело вздохнув, отправился к себе.

После ланча в том же коридоре она столкнулась с Люциусом Малфоем. Он был безукоризненно одет и аккуратно причёсан. Сейчас уже ничего не напоминало о том, что именно этот человек совсем недавно с взъерошенными волосами и диким взглядом пытался задушить Поттера, ослеплённый яростью после нападения и гибели жены.

Люциус держался со своим обычным высокомерием и приветствовал её привычным холодным тоном:

— Миссис Уизли.

Последовал лёгкий поклон.

Всё было как всегда, и в то же время что-то в нём изменилось. Появилась какая-то странность, которая и привлекла внимание Гермионы. Не сразу, но она поняла, что именно не так. Глаза. Глаза полностью выдавали Малфоя. На этот раз они отражали истинные чувства, а не обычное сверхконтролируемое безразличие. Неистовая, необузданная ярость, что бушевала в его серых глазах, поразила Гермиону. Она словно из полного штиля с головой окунулась в клокочущее, штормящее море.

Уже дома, вспоминая эту встречу и сама себе удивляясь, она почувствовала некую долю сочувствия к этому человеку. Так или иначе, их постигло одинаковое испытание. Судьба жестоко обошлась с ними, не разбирая, кто прав, а кто виноват.

Вечерами в коттедже было холодно и пусто. Но Гермиона предпочитала оставаться в одиночестве, чем гостить у друзей. Находиться в тяжёлой атмосфере скорби, исходящей от Молли и Артура в «Норе», было невыносимо. А Джинни снова была беременна, и подруга шестым чувством ощущала, что помешает им с Гарри.

«Значит, — решила Гермиона. — пришла пора изучить оригинал „Сказок барда Бидля“».

Теперь её вечера и разум были наполнены, обеспечивая необходимую отдушину и на какое-то время отвлекая от тоски.

Следующие несколько дней Гарри навещал Гермиону на работе каждый вечер. Он делился всем, что выяснялось в ходе расследования, но новостей было крайне мало. К концу недели стало понятно, что следствие топчется на месте и без новых улик на раскрытие дела даже надеяться не стоит. Это бесило, и скоро чувство, переполнявшее Гермиону, очень сильно напоминало ту самую ярость, что клокотала в глазах Малфоя.

В четверг утром, войдя в свой кабинет, миссис Уизли крайне удивилась, потому что обнаружила там Люциуса Малфоя, степенно сидящего на стуле для посетителей возле её стола.

— Малфой! Вы что здесь делаете? — ошеломлённая Гермиона даже подумать не успела о соблюдении приличий.

Люциус Малфой лишь молча смотрел на неё. Так взрослый разглядывает невоспитанного ребёнка, ожидая, когда же тот поприветствует его подобающим образом. Было что-то чрезвычайно возмутительное в этом неожиданном вторжении в её кабинет. И особенно в том, как он, не говоря ни слова, нагло пялился.

— Какого чёрта! — пробормотала Гермиона вполголоса.

Неловкое молчание продолжалось, поэтому она поинтересовалась ещё раз: