ИЗБРАННЫЕ ПРОИЗВЕДЕНИЯ. I том: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

«Кажется, он с этим справится, — думал Хават, — но старая ведьма его напугала. Зачем она это сделала?»

— Суфир, — спросил Пауль, — на Арракисе в самом деле будет так плохо, как она сказала?

— Так плохо не будет, пожалуй, — ответил Хават, вымучивая улыбку. — Взять, к примеру, этих фрименов, непокорный народ Пустыни; поверь, их куда больше, чем могут предположить в Империи, это я тебе могу сказать на основе даже самого грубого, в первом приближении, анализа. Там живут люди, мальчик, великое множество людей! И… — Хават приложил жилистый палец к уголку глаза, — и они ненавидят Харконненов лютой ненавистью. Но учти, ни слова об этом, мой мальчик. Я рассказал тебе это лишь потому, что, считаю тебя помощником и опорой твоего отца…

— Отец мне рассказывал о Салусе Секундус, — проговорил Пауль. — Знаешь, Суфир… она, по-моему, похожа на Арракис… может, Салуса не так ужасна, но в целом — в целом звучит похоже.

— Положим, о Салусе Секундус в наши дни никто и ничего толком не знает, — возразил Хават. — Только то, что было давным-давно… больше почти ничего. Но в отношении того, что все-таки известно, ты попал прямо в точку.

— Как ты думаешь, фримены нам помогут?

— Возможно. — Хават поднялся. — Сегодня я отбываю на Арракис. А ты, пожалуйста, будь осторожнее… ради старика, который тебя любит, а? Для начала будь умницей — сядь по другую сторону стола, лицом к двери. Не то чтобы я подозревал, что в замке небезопасно: я просто хочу, чтобы у тебя формировались правильные привычки.

Пауль тоже встал, обошел стол.

— Ты летишь сегодня?

— Я — сегодня, ты — завтра. В следующий раз мы встретимся уже на земле твоего нового мира. — Он сжал правую руку Пауля выше локтя. — Держи правую руку свободной — чтобы успеть выхватить нож, и не забывай подзаряжать щит. — Он отпустил руку, потрепал Пауля по плечу, повернулся и быстрыми шагами пошел к двери.

— Суфир! — окликнул его Пауль. Хават оглянулся.

— Не садись спиной к дверям, — сказал Пауль. Изрезанное морщинами лицо расплылось в улыбке.

— Не сяду, мальчик. Можешь на меня положиться. И он вышел, мягко закрыв за собой дверь.

Пауль сел туда, где только что сидел его наставник, и поправил свои бумаги.

«Еще только один день здесь, — подумал он, обводя взглядом зал. — Уезжаем. Мы уезжаем». Мысль об отъезде вдруг встала перед ним так реально, как никогда раньше.

Он вспомнил еще одну вещь, которую сказала старуха: мир — это сумма многих вещей: людей, почвы, растений и животных, лун, приливов, солнц; и эта неизвестная сумма называлась природой — неопределенная, лишенная чувства «теперь», чувства настоящего момента совокупность. А что такое — «теперь»? — спросил он себя.

Дверь напротив Пауля с шумом распахнулась, и в комнату ввалился уродливый, глыбоподобный человек с целой охапкой оружия в руках.

— А, Гурни Халлек! Ты что, новый учитель фехтования? — спросил Пауль.

Халлек пинком захлопнул дверь.

— Ты бы, конечно, предпочел, чтобы я пришел с тобой в игры играть, ясное дело, — сказал он, окидывая зал взглядом и убеждаясь, что люди Хавата уже осмотрели его и убедились, что тут нет ничего представляющего опасность для наследника герцога: всюду остались едва заметные кодовые знаки «проверено».

Пауль смотрел, как уродливый человек прокатился к тренировочному столу со своей грудой оружия, увидел на плече Гурни девятиструнный балисет с мультиплектром, вставленным между струн у головки грифа.

Халлек сбросил оружие на стол и разложил его по порядку — рапиры, стилеты, кинжалы, станнеры с низкой начальной скоростью выстрела, поясные щиты. Шрам от чернильной лозы, пересекавший подбородок Халлека, знакомо искривился, когда, обернувшись, тот улыбнулся мальчику.

— Итак, чертенок, у тебя не нашлось для меня даже «доброго утра»! — воскликнул он. — Кстати, а каким шилом ты Хавата ткнул? Он промчался мимо меня так, словно спешил на похороны любимого врага!

Пауль ухмыльнулся. Из всех людей своего отца он больше всех любил Гурни Халлека, ему нравились его выходки, причуды и остроты, и он считал воина-трубадура скорее другом, чем слугой-наемником.

Халлек сдернул с плеча балисет и принялся настраивать его.

— Не хочешь говорить со мной — и не надо, — заявил он.

Пауль встал, пересек зал и, подходя к Халлеку, указал на его инструмент:

— Что, Гурни, решил вместо боевых искусств побренчать немного?

— Это, кажется, теперь называется уважением к старшим, — скорбно отозвался тот. Потом взял для пробы аккорд на своем инструменте и удовлетворенно кивнул.

— А где Дункан Айдахо? — спросил Пауль. — Он разве больше не будет учить меня боевым искусствам?