При постоянном жевании одной палочки хватало на час, после чего она превращалась в пучок волокон, но и это радовало до невозможности. Все-таки, есть на свете материалы, о которые можно почесать зубы.
Зубогрызками использование ценного природного ресурса не ограничивалось. Как оказалось, о данное дерево крайне приятно точить когти. Царапнув как-то толстенный ствол, Мортиша поймала себя на мысли, что это… приятно. За первым разом последовал второй, за вторым — третий…
Медленное и неторопливое шкрябание обломка толстой ветви успокаивало и настраивало на крайне позитивный лад. Как-то Мортиша поймала себя на мысли, что сидит, лениво царапая ветку, уже довольно продолжительное время. В голове было пусто, хоть свети в уши фонариком, настроение самое приятное, лень просто зашкаливала за все мыслимые пределы.
Вообще, рядом с деревом было тихо, спокойно, удобно.
— Странно…
Такое воздействие наводило на размышления. Никакой магии Мортиша не ощущала, совершенно, даже самой крошечной искры. Однако, дерево действовало как природный релаксатор. Что это? Аромат? Какие-то феромоны, или как они там называются? Аура? Природный магнетизм?
Загадки множились и ширились, а ответа не было. Впрочем, Мортиша его не сильно и искала: результат ее устраивал полностью, нужно же хоть когда-нибудь расслабляться, у нее и так не жизнь, а сплошной стресс.
Особенно в последнее время.
В одну из прогулок в горы Мортиша нашла пещеру, в которую вела узенькая тропинка. Как любой городской человек, читать следы она не умела, совершенно, и теперь мучилась вопросом: обитаема она, или нет?
С одной стороны, тропинку кто-то протоптал, но когда? Видна она была еле-еле, значит, давно? Кустарника рядом не было, терять пух-перья-чешую неведомый обитатель не собирался, оставлять следы на острых сучьях — тоже, пещера выглядела чистой, никаких костей, черепков, углей и прочего не было. Обычный мусор в виде листьев, веточек и прочего, занесенного ветром.
Однако, Мортиша занервничала.
Вид темного входа будил самые неприятные мысли, за ними тут же подтягивались инстинкты, начиная раздраженно что-то бубнить, настроение портилось, паранойя поднимала голову. А тут еще и зубы…
Исследовав источник раздражения пару раз, Мортиша успокоилась.
— А что делать? — философски размышляла принцесса, карабкаясь по крутому склону. — Надо быть проще, и тролли к тебе потянутся! Дзиннь-буддизьм! Все по-фигу!
Мортише бы вспомнить, что принцип "авось повезет" срабатывает через раз… и нужно шевелить своими засохшими извилинами, а если это не очень получается — прислушиваться к своей чуйке. А еще неплохо было бы вспомнить, что Удача у нее идет в комплекте с Хаосом…
Вот и получилось то, что получилось.
Тот день запомнился Мортише навсегда. С самого утра все пошло наперекосяк. Ночная медитация не принесла ни отдыха, ни результатов, поэтому утренние лучи светила Мортиша встретила угрюмой.
Попытка поохотиться также не принесла результата — попалось только пару обычных грызунов, а все магические животные резко мигрировали в более спокойные места. Промаявшись некоторое время, Мортиша плюнула на все и решила пойти проветриться в горы, раз уж на нее навалилась такая апатия, что и сделала… а зря! Как выяснилось уже под склоном горы закончились жевательные палочки: ощупав мешочек, принцесса с нарастающим раздражением поняла, что там пусто.
Начали зудеть зубы.
Постепенно все сильнее раздражающаяся Мортиша наворачивала круги по горе, и не думая слезать. Уже из принципа.
— Дура! Ну что стоило проверить запас?! Вот и наслаждайся теперь прогулкой!
Когда через пару часов взвинченная до предела принцесса оказалась перед входом в пещеру, ей уже было все равно, живет там кто-то или нет.
Как оказалось — живет.
Она успела только обернуться, краем глаза заметив вылетающее из пещеры крупное тело. Потом резко стало не до удивлений и размышлений: на нее налетел шагающий танк из "Звездных войн", двигающийся со скоростью болида "Формулы 1".
Огромная зверюга клацнула пастью, которой позавидует белая акула — и левая рука Мортиши, которую она чудом успела подставить вместо своей шеи с хрустом переломилась. Боли не было, пальцы шевелились, вот только пользы от этого не было — зажата длинными узкими челюстями, усеянными тонкими, острыми, загнутыми немного назад, как клыки у гадюки, зубами рука была намертво.
Мортише на какую-то долю секунды показалось, что от ужаса, сковавшего тело и разум у нее забилось сердце… а затем зверюга, похожая на громадного варана, правда лапы были длинными и ровными, как у млекопитающего, мотнула головой, словно собака, треплющая добычу.
Плоть затрещала, но выдержала, а Мортиша вцепилась когтями правой руки прямо в глаза, пылающие рубиновыми огнями.
Тварь снова мотнула головой, расцепив пасть, и Мортиша впечаталась в скалу, едва не выбив в ней силуэт, как в мультике. Тварь налетела со скоростью гоночной машины… но было поздно.
Разум Мортиши отключился, а в дело вступили инстинкты.
Тоска… беспросветная тоска, ярость и одиночество. Дикое желание отомстить… кому? Рвать на части, найти и рвать, топтать, чтобы ни кусочка не осталось… кого? И тоска… беспредельная, сжигающая последние крохи разума.