Немедленно раздался пронзительный сигнал.
С нескольких сторон открылись двери.
«Дигойз? - мысли Элайи доносились словно через мутное стекло. - Где ты? Ты меня слышишь?»
«Элай... ты с ней?» - Ревик заморгал от боли, стискивая свой бок. Его разум метнулся в сторону. Это лишило его равновесия, заставило вернуться в переднюю часть его сознания.
Боги, наркотики. Он забыл про дротик.
«Элайя... кто-то пытается уйти с ней, - правда вновь ударила по нему, вызывая прилив почти паники. - Ищите лодки, любые объекты, достаточно крупные для посадки вертолёта. Они захотят убрать её с корабля как можно быстрее...»
«Брат, успокойся! Где ты?»
«Найди её, проклятье! Начни с атриума. Когда я в последний раз её видел, они поймали её там».
«Где ты? Я пошлю кого-нибудь».
«Нет. Я приду к вам, - он уставился на кровь, пропитывавшую его куртку, и осознал правду. - Элай. Пожалуйста... Я не могу к ней добраться. Ты должен это сделать. Пожалуйста. Пожалуйста...»
«Дигойз...»
Он пинком вышвырнул другого видящего из своего разума.
Охотники перегруппировались.
Хромая назад полубегом, Ревик поднял глок, другую ладонь прижимая к боку. Он просканировал пространство за ним, ища открытые двери. Он должен остановить кровотечение, или он окажется ещё более беспомощным. Если для этого понадобится осушить людей из Барьера как бл*дских ridvak, он получит необходимый ему для этого свет.
Он снова подумал об Элли, и это заставило его двигаться, быстрее шевелить ногами.
Он попросил у неё развод.
Он попросил у неё развод, а потом позволил увидеть себя с другой.
Он не допустит, чтобы это стало его последними словами к Элли, даже если ему придётся убить каждую живую душу между ним и наружными палубами.
Я ошеломлена изумлением, затеряна в нем.
Сложность света поражает меня. Она заставляет меня осознать, какую малую часть Барьера я видела прежде, даже когда смотрела глазами Ревика. Я бы никогда не увидела это самостоятельно. Ещё годы не увидела бы. Я также осознаю, насколько абстрактным мне все казалось прежде, насколько похожим на сон выглядел для меня Барьер и все в нем.
Теперь, впервые за все время, я вижу его мощь.
Я никогда не знала, что видения внутри этого пространства могут быть такими резкими, такими совершенно насыщенными, такими наполненными информацией и функциональностью. Даже теперь я вижу лишь проблески через зрение женщины, и все же творения, которые она мне показывает, заставляет щиты конструкций, которые я видела прежде, походить на ребяческую игру. На их фоне они напоминают грубые крепости, выстроенные из детских кубиков.
Одни лишь картины, которые я могла бы создать с этим - боги.
И все же само искусство здесь кажется тривиальным. Меня поражает осознанием, что видя это, я беру на себя ответственность - использовать то, что я знаю, как-то изменить вещи.
Сделать лучше. Каким-то образом.
Я поднимаюсь над людным коридором.
Они такие потерянные. Люди, которых я вижу, они налетают друг на друга, винят друг друга в бесчисленных столкновениях. Нет направления, нет цели, нет осознания, нет понимания, что ими движет. Что угодно может заполнить этот вакуум.
Что угодно.
Рядом со мной мурлычет голос. «Ты начинаешь видеть проблему. Можешь ли ты угадать решение, Высокочтимый Мост?»
Я вновь обнаруживаю себя с женщиной-видящей, хмурюсь, но не в её адрес.