Рождественское благословение (сборник): читать начало книги онлайн

– Вызовите доктора Вашти!

Я беспомощно смотрел, как Питер увозит Хелен в операционную. Мне велели оставаться на месте и зайти к остальным пациентам по списку.

Осмотрев всех, я бегом бросился на два этажа выше – в операционную. Возле лифта стоял Питер.

– Как все прошло? Где Хелен Уэйман? – воскликнул я.

– Умерла несколько минут назад, – ответил Питер.

Не может быть. Несколько минут назад Хелен вязала детское одеяльце.

– Что произошло?

– Она умерла. Расслаивающаяся аневризма аорты, – сказал Питер.

Перед нами раскрылись двери лифта, но я не мог сдвинуться с места, ноги не слушались. Питер шагнул в лифт и придержал для меня дверь.

– Натан, ты идешь?

Я молча смотрел на него. В голове крутились разные мысли. Если Хелен умерла от расслаивающейся аневризмы аорты, значит, спина у нее болела от разрыва в аорте, а воспаление межпозвоночных дисков совершенно ни при чем.

– Она пожаловалась на боли в спине. Я решил, что это межпозвоночные диски. Я как раз шел на сестринский пост…

Питер кивнул, прерывая мой поток слов.

– Понимаю. Зная ее историю болезни, я предположил бы то же самое, – произнес он.

Я молча шагнул в лифт.

Когда доехали до нужного этажа, мы вышли и вместе направились к отделению кардиологии.

– Хелен давно страдала от болей в спине, Натан. И ее состояние было гораздо хуже, чем мы предполагали. Иногда ничего нельзя сделать. Сегодня выдался как раз такой случай.

Проходя мимо палаты, в которой недавно лежала Хелен, я увидел, как медсестра собирает ее вещи. Я прислонился к стене в коридоре и уперся ладонями в колени, пытаясь восстановить дыхание. Мне вдруг вспомнилось, как в первые недели практики в хирургическом отделении к нам доставили молодого человека, который попал в аварию. Ему было двадцать семь лет. Правая рука у него едва держалась, изрезанная автомобильными стеклами. Чтобы спасти руку и восстановить поврежденные нервы, пострадавшего сразу отвезли в операционную.

Все шло хорошо, пока на двадцать второй минуте у него не остановилось сердце. Это была первая смерть, которую я увидел, и она потрясла меня сильнее, чем я ожидал. Умом я понимал, что в больнице люди иногда умирают, а вот сердцем принять этого не мог. Я представлял, каково пришлось родным, когда они получили известие о смерти близкого человека. Был мысленно с ними, когда они звонили в похоронное бюро.

В тот день я долго стоял в операционной, глядя в мертвое лицо молодого человека, на его руки. Проснувшись в тот день утром, он и не подозревал, что джинсы и майка, которые он натягивает, станут его последней одеждой. Он не знал, что в последний раз берется за руль. Я пытался представить, что он сказал в тот день жене, матери, детям. Были ли у него дети? Я думал о нем даже после того, как тело увезли в специальный бокс. Несколько дней я не мог уснуть. Казалось, из всей группы студентов я один так тяжело переживал его смерть. И от этого становилось еще хуже.

После смерти Хелен я решил поделиться мыслями с Уильямом, когда мы вышли во двор сыграть один на один в баскетбол.

– Все из-за того, что мы работаем по две смены кряду, – заключил Уильям. – Нас бросили в омут и ждут, утонем мы или выплывем. Если бы ты не выматывался на дежурствах, смотрел бы на все другими глазами. – Уильям послал мяч в сетку, я поймал его и удержал одной рукой. – Ты принимаешь слова Гёрца слишком близко к сердцу. Он на всех кидается.

Я обежал Уильяма и подпрыгнул, целясь в корзину. Мяч попал в сетку, и Уильям подхватил его внизу.

– Гёрц ни при чем, – возразил я, пытаясь выбить мяч. – Сегодня у меня умерла пациентка.

– Пациентка не твоя. Ты всего лишь студент в группе, которая отвечала за ее лечение, – справедливо заметил Уильям. Он прижал мяч к бедру и вытер со лба пот. – Ты ничего не мог сделать. Равно как и никто другой. Хватит себя винить.

Уильям снова застучал мячом о землю. Я обманным движением отобрал у него мяч и отправил его в корзину чистым ударом на два очка. Уильям поймал мяч и бросился к центру поля.

– Хелен мне поверила. – Я пытался объяснить, почему ее смерть так меня поразила, но не мог подобрать слов.

– Только не говори, что решил стать врачом, чтобы спасать всех и каждого. Выдохнешься – и глазом моргнуть не успеешь. Пациенты тебе верят, это самое главное. Ты их понимаешь, знаешь, как найти к ним подход. Хелен Уэйман ни на минуту в тебе не усомнилась.

Мне хотелось воскликнуть: «Вот именно! Она мне верила! Надеялась, что я ее вылечу, а я не смог!»

– Знаешь, мне порой кажется, что я пациентам не нравлюсь, – пожаловался Уильям, снова обходя меня слева.