Все в цирке зааплодировали, оркестр заиграл туш, и на арену, улыбаясь и раскланиваясь во все стороны, вышел немолодой уже китаец в расшитом драконами синем халате. Это и был Мей Ланьчжи.
Пока его ассистенты раскладывали на маленьком столике всё, что было необходимо для первого фокуса, он продолжал раскланиваться и улыбаться. При улыбке у него ярко поблёскивал во рту золотой зуб.
- Замечательно! - прошептал завистливо Хоттабыч.
- Что замечательно? - спросил Волька, энергично хлопая в ладоши.
- Замечательно, когда у человека растут золотые зубы.
- Ты думаешь? - рассеянно спросил Волька, внимательно следя за начавшимся номером.
- Я убеждён в этом,- ответил Хоттабыч.- Это очень красиво и богато.
Мей Ланьчжи кончил свой первый номер.
- Ну как, знаменито? - спросил Волька у Серёжи таким тоном, будто это он сам проделал фокус.
- Спрашиваешь! - восторженно ответил Серёжа, и Волька тут же громко вскрикнул от удивления: у Серёжи оказался полный рот золотых зубов.
- Ой, Волька, что я тебе скажу,- прошептал в то же время Серёжа,- ты только не пугайся: у тебя все зубы стали золотые!
- Ребята, помолчите, не мешайте смотреть,- повернулся к ним Женя Богорад, и приятели увидели, что и у него во рту блестели тридцать два золотых зуба.
- Это, наверное, работа Хоттабыча,- сказал с тоской Волька.
И действительно, старик, прислушивавшийся к разговору приятелей, утвердительно кивнул головой и простодушно улыбнулся, открыв при этом, в свою очередь, два ряда крупных, ровных золотых зубов.
- Даже у Сулеймана ибн Дауда - мир с ними обоими! - не было во рту такой роскоши,- хвастливо сказал он.- Только не благодарите меня. Уверяю вас, вы достойны этого небольшого сюрприза с моей стороны.
- Да мы тебя и не благодарим! - сердито возразил ему Женя, но Волька, испугавшись, как бы старик не разгневался, дёрнул Женю за руку.
- Понимаешь ли, Хоттабыч,- начал он дипломатично,- это слишком будет бросаться в глаза, если сразу у всех нас четверых, сидящих рядом, все зубы окажутся золотыми. На нас будут смотреть, и мы будем очень стесняться.
- И не подумаю стесняться,- сказал Хоттабыч.
- Да, но вот нам всё-таки как-то будет не по себе…
- Ну и что же? - спросил нетерпеливо Хоттабыч.
- Так вот, мы все тебя просим, чтобы до тех пор, пока мы не вернёмся домой, у нас были бы во рту обычные, костяные зубы.
- Восхищаюсь вашей скромностью, о юные мои друзья,- сказал немного обиженно старик, и ребята с облегчением почувствовали, что зубы у них во рту потеряли свой металлический привкус и обрели прежний вид.
- А когда вернёмся домой, они снова станут золотыми? - с беспокойством спросил Женя, но Волька раздражённо ответил:
- Ладно, потом увидим! Может, старик про них позабудет.
И он с увлечением принялся смотреть на головокружительные фокусы Мей Ланьчжи и хлопать вместе со всеми зрителями, когда тот из совершенно пустого ящика вытащил сначала голубя, потом курицу и, наконец, мохнатого весёлого белого пуделя.
Только один человек сердито, не выказывая никаких признаков одобрения, смотрел на фокусника. Это был Хоттабыч.
Ему было очень обидно, что фокуснику хлопали по всякому пустяковому поводу, а он, проделавший со времени освобождения из бутылки столько чудес, ни разу не услышал не только аплодисментов, но ни одного искреннего слова одобрения.
Поэтому, когда снова раздались аплодисменты и китаец, перед тем как перейти к следующему номеру, начал раскланиваться во все стороны, Гассан Абдуррахман ибн Хоттаб огорчённо крякнул и, невзирая на протесты зрителей, полез через их головы на арену.
Одобрительный рокот пошёл по всему цирку, а какой-то солидный гражданин громким шёпотом сказал своей соседке:
- Я тебе говорил, милочка, что этот старик - Рыжий. Это, вероятно, очень опытный клоун. Смотри, как он себя потешно держит. Они нарочно сначала сидят среди публики…