- Не будь засранцем. - Я борюсь с улыбкой, потому что еще не знала женщины, которая могла противостоять Тору.
- Детка, ты знаешь, кто это? – его голос звучит почти умоляюще, и в этот раз мне приходится наклонить голову, чтобы спрятать улыбку. Кто мог подумать, что какая-то девушка будет способна крутить самим Тором Джеймсоном? Мне нравится Поппи, и тот факт, что она смогла усмирить этого кобеля, лишь сильнее меня восхищает.
- Эм, послушайте, я просто уйду. Не хотела вмешиваться, - говорю я, вставая и направляясь к двери. Ксавьер резко хватает меня, когда я прохожу рядом, и грубо тянет за собой через гостиную, его пальцы больно впиваются в мое плечо. Он поднимается по лестнице и открывает дверь справа от холла, втолкнув меня внутрь. Я слегка спотыкаюсь, и он меня отпускает. Его запах окутывает меня, будто одеяло, и я понимаю, что это его комната. Я смотрю на королевского размера кровать с темно-вишневым деревянным изголовьем, застеленную темно-серым бельем. Все мужское и пропитанное манящим приглашением, как и он сам.
Дверь с грохотом захлопывается, и я от неожиданности подпрыгиваю, а затем вдруг оказываюсь прижатой к ней; сзади гладкое дерево, а спереди - твердое и жесткое тело Ксавьера. Я могу почувствовать каждый миллиметр его тела, из-за чего мне кажется, будто я горю в лихорадке. Одна рука оборачивается вокруг моего горла, его пальцы дрожат на моей коже в немой угрозе. Его лицо все такое же хмурое, и я могу разглядеть, как в его темных глазах плещется злость. Я еще никогда не видела его таким, и, возможно, это должно было меня испугать, но нет. Мое тело пылает от похоти, которая может свести женщину с ума. Пульс учащается, кровь бежит по венам так быстро, что кружится голова, а перед глазами пляшут черные пятна. Воздух покидает мои легкие, пока я не начинаю задыхаться от нехватки кислорода, не в состоянии сделать вдох под его напряженным взглядом.
- Почему ты здесь? - ему не удается задать вопрос ровным голосом, и меня охватывает дрожь, когда его горячее дыхание касается моего лица. Его взгляд опускается к моим губам, и он лишь сильнее хмурится, прежде чем заставить себя вновь посмотреть мне в глаза. Я не могу ответить, не могу думать. Я обхватываю пальцами его запястье и, честно, не знаю, делаю я это, чтобы оттолкнуть его или подстегнуть его не останавливаться. - Почему. Ты. Здесь? - повторяет он сквозь сжатые зубы.
- Чтобы увидеть тебя, - шепчу я, и все равно слова кажутся слишком громкими, как будто они могут разжечь его злость от обычной угрозы до чего-то гораздо большего. Может быть, я и хочу гораздо большего. Может быть, я хочу его ярости и гнева.
На его губах появляется ухмылка, но она холодная и высокомерная.
- Что? Ты соскучилась по своему пятничному траху? - Я ничего не отвечаю, и его хватка на горле становится сильнее. - Извини, не работаю за бесплатно, сладкая, - он выгибает бровь, и я ненавижу, что он меня так называет. Я с легкостью могу представить, как он обращается этим прозвищем к каждому клиенту, и от этого мне становится тошно. Внезапно я чувствую себя жалкой из-за того, что хочу его. У него, наверняка, всегда так - клиенты становятся прилипчивыми и одержимыми им. Я всего лишь очередная из этих женщин? Ксавьер, которого я однажды знала, никогда бы не заставил чувствовать меня незначительной, не важно, насколько сильную боль я ему причинила. Это не тот парень, которого я когда-то любила. Он холодный и жесткий, испорченный миром.
- Ты изменился, Ксавьер, - шепчу я с грустью.
Он фыркает, его глаза пробегаются по моему лицу с отвращением.
- Все меняются, Лекси. - Не уверена, заметил ли он то, что назвал меня Лекси, но я точно заметила, потому что он - единственный, кто меня так называл. Его выражение лица все еще напряженное и злое, но я все же замечаю каплю грусти в его глазах, прежде чем он закрывает их, и по этой причине мне хочется успокоить его несмотря ни на что.
Прежде чем я могу себя остановить, мои пальцы пробегаются по его челюсти. Его глаза резко открываются, и мне кажется, что я тону в глубинах темной радужки. Пару долгих секунд никто из нас ничего не говорит, пока он, наконец, не хватает меня за запястье и не отстраняет от своего лица. Он делает шаг назад, его рука соскальзывает с моей шеи, когда он отодвигается за пределы моей досягаемости
- Ты должна уйти, - хрипло произносит он.
- Ксавьер, - я вздыхаю, внимательно за ним наблюдая. - Я пришла сюда, потому что... ну, вся эта ситуация очень странная.
Он пристально смотрит на меня.
- Ты, блять, серьезно? Странная? Ты думаешь, что это странно? Черт побери, - он запускает обе руки в свои темные волосы и отходит еще дальше от меня - это то, что он делает, когда волнуется. - Я не видел тебя шесть лет, и когда это, наконец, происходит, то я нахожусь по самые яйца в тебе, пока твой богатый муж наблюдает. "Странно" - не совсем то слово, которое правильно описывает ситуацию, сладкая. - Снова это словечко.
- Мне жаль, - бормочу я, потому что не знаю, что еще сказать. Запрокидываю голову назад, пока не ударяюсь с тихим звуком о деревянную дверь за спиной, и сосредотачиваю взгляд на металлическом светильнике над кроватью.
- Почему ты здесь на самом деле, Лекси? - спрашивает он тихо; кажется, вся злость из его голоса пропала.
- Я не знаю. - Он раздраженно вздыхает. - Я просто... Я... - Проклятье, как просто начать? Я опускаю голову, и его взгляд встречается с моим. - Я не могу перестать думать о тебе, - признаюсь я. Он шипит сквозь зубы и возвращается ко мне, ударив ладонями по обе стороны от моей головы, будто заключая меня в клетку. Склоняется ко мне.
Какое-то время он ничего не говорит, и мой пульс ускоряется, беспокойство становится невыносимым.
- Че-е-е-ерт, - рычит он.
Медленно он приближает свое лицо к моему, пока между ними не остается всего несколько миллиметров. Его взгляд не отрывается от моих глаз, прежде чем опуститься к моим губам и задержаться на них в течение долгого удара сердца. - Ты замужем, - выдыхает он напротив моих губ. - Ты не должна думать обо мне. Тебя не должно быть здесь.
- Я знаю, что у меня есть муж, Ксавьер, но перед этим я была с тобой, и...
- И ты бросила меня, - говорит он с еле сдерживаемым рыком.
Я закрываю глаза, пытаясь вжаться в дверь так сильно, как только могу, и избежать давления этого мужчины.
- Ты знаешь почему, - я замираю, когда чувствую, как его пальцы пробегаются по моему подбородку и горлу. - И причины все еще не изменились, но...
- Но что? - его губы почти невесомо касаются уголка моего рта, и, Боже, я хочу, чтобы он поцеловал меня.
- Но причины уже не кажутся такими важными, когда ты рядом, и я скучаю по тебе.
Он выгибает бровь.
- Так, что, теперь ты хочешь меня, только потому, что я трахнул тебя несколько раз? - наклонившись, я чувствую касание его губ к моему уху и дрожу от этих ощущений. - Это моя работа. Я теперь еще больший неудачник, чем когда ты бросила меня, - его голос пропитан глубиной и низкими нотками, поднимающими во мне бурю эмоций.