Слева от него внезапно встала и выстрелила Харкабипаролин. Где Тила? Ее лазер не отвечал. Харкабипаролин немного постояла, словно мишень в черных одеждах, затем пригнулась и побежала вниз по склону, после чего распласталась на земле и поползла влево и вверх.
Слева от нее прилетел камень — как могла Тила столь быстро там оказаться? Камень с силой ударил в руку Харкабипаролин, сломав кость и разорвав рукав. Взвыв, женщина вскочила с земли, и Луис подумал, что сейчас ее срежет лазер.
«Невмирс! Следи за лучом...»
Но луч так и не появился, и Луис понял, что нужно не смотреть, а действовать. Он видел, откуда бросили камень. Между двумя холмами была расселина, и он как можно быстрее пополз туда, чтобы склон холма оказался между ним и Тилой. Потом вокруг... Невмирс, где сейчас Хмии? Луис рискнул бросить взгляд над вершиной.
Харкабипаролин перестала кричать, почувствовав запах. Сбросив летательный пояс, она одной рукой сорвала с себя черную ткань. Другая ее рука безвольно свисала. Она начала пытаться снять скафандр.
Тила точно там побывала. Куда она могла переместиться? На Харкабипаролин она не обращала никакого внимания.
Харкабипаролин никак не удавалось снять шлем. Шатаясь, она двинулась вниз по склону, пытаясь одной рукой разорвать ткань, а затем попробовала разбить стекло шлема камнем.
Прошло слишком много времени. Тила теперь могла быть где угодно. Луис перебрался в оставшуюся от высохшего ручья впадину. Если он попытается подняться на вершину, она его увидит.
Неужели Тила в самом деле могла предугадать каждый его шаг? Защитница! Где она сейчас?
«Позади меня?»
Почувствовав, как по спине бегут мурашки, Луис, сам не зная почему, развернулся кругом и выстрелил в Тилу в то самое мгновение, когда вдоль его ребер скользнул маленький кусок металла. Снаряд разорвал скафандр и плоть, сбив прицел. Луис зажал левой рукой разорванную ткань, шаря рубиновым лучом по тому месту, где только что была Тила. Внезапно она появилась снова и исчезла, прежде чем луч успел ее настичь, и металлический шарик отбил несколько осколков от его шлема.
Луис скатился по склону, крепко зажимая скафандр левой рукой. Сквозь растрескавшееся стекло он увидел, как Тила приближается к нему подобно огромной черной летучей мыши, и выстрелил в нее рубиновым лучом быстрее, чем она смогла бы увернуться.
Невмирс, она даже не пыталась уворачиваться! Да и зачем? Одеяние Харкабипаролин из черной сверхпроводящей ткани теперь было на Тиле Браун. Луис крепко сжал лазер обеими руками, не сводя с нее луча, — пусть ей станет как можно жарче, прежде чем она его убьет. Закованный в панцирь демон прыжками мчался в его сторону, окруженный рвущейся в клочья черной тканью.
Рвущейся? Почему? И что это за запах?
Свернув в сторону, Тила швырнула лазер, словно снаряд, в Хмии. Дезинтегратор и лазерный фонарь вылетели из лапы Хмии, и Тила с ходу врезалась в кзина.
Запах древа жизни забивал нос Луиса и его мозг. Это было вовсе не похоже на ток. Тока вполне хватало, чтобы достичь наслаждения, и ничего больше для этого не требовалось. Запах древа жизни вводил в экстаз, но вызывал зверский голод. Теперь Луис знал, что такое древо жизни. У него были блестящие темно-зеленые листья, похожие на сладкий картофель корни, оно росло повсюду вокруг Луиса, а его вкус... казалось, будто некая частица мозга помнила вкус рая.
Оно росло повсюду вокруг, но есть он не мог. Он не мог есть из-за шлема. Луис с трудом оторвал руки от удерживающих шлем зажимов, поскольку он не мог есть, пока человеческая разновидность пака-защитника убивала Хмии.
Он удерживал лазер обеими руками, словно от того могла быть отдача. Кзин и защитница сплелись воедино и катились вниз по склону, оставляя за собой обрывки черной ткани. Луис навел в их сторону рубиновый луч.
«Сначала стреляй, потом целься. Ты вовсе не голоден. Это тебя убьет, ты слишком стар, чтобы превратиться в защитника. Это тебя убьет».
Невмирс, этот запах! У Луиса кружилась голова. Приходилось прилагать невероятные усилия, чтобы ему сопротивляться, — столь же невероятные, как для того, чтобы не поставить заново дроуд каждый вечер в последние восемнадцать лет его жизни. Невыносимо! Луис крепко сжал в руках лазер, продолжая ждать.
Тила пропустила пинок, способный ее выпотрошить. На мгновение она выбросила ногу, которой коснулся рубиновый луч, и голень Тилы ослепительно вспыхнула красным.
Луис выстрелил еще раз, но промахнулся. Часть голого розового хвоста Хмии вспыхнула и отвалилась, извиваясь, словно раненый червяк. Кзин, похоже, даже этого не заметил, но Тила поняла, откуда исходит луч и попыталась швырнуть под него Хмии. Луис увел красный луч в сторону и продолжал ждать.
Хмии был ранен, у него текла кровь, но он навалился на защитницу сверху, используя собственную массу. Заметив неподалеку камень с острым краем, похожий на тщательно обтесанное ручное рубило, которое могло бы расколоть Хмии череп, Луис нажал на спуск и прицелился в камень, к которому метнулась рука Тилы, но тут же вспыхнула пламенем.
«Сюрприз, Тила! Невмирс, этот запах! Я убью тебя за запах древа жизни!»
Тила лишилась руки и голени, что явно уменьшило ее шансы, но насколько сильно она успела покалечить Хмии? Вероятно, они начали уставать — Луис отчетливо увидел, как жесткий клюв Тилы сомкнулся на толстой шее кзина. Хмии извернулся, и на мгновение за изуродованным черепом Тилы не стало видно ничего, кроме голубого неба. Луис вонзил луч лазера в ее мозг.
Луис и Хмии пришлось приложить совместные усилия, чтобы разжать сомкнувшиеся на горле кзина челюсти Тилы.
— Ею двигали инстинкты, а не разум, — тяжело дыша, проговорил Хмии. — Ты был прав — она сражалась ради того, чтобы проиграть. Одному Кдапту ведомо, что бы со мной стало, если бы она дралась ради победы.
А потом все закончилось, если не считать пропитавшей шкуру Хмии крови, ушибленных и, вероятно, сломанных ребер Луиса, причинявших ему невыносимую боль, а также запаха древа жизни, который продолжал висеть в воздухе. И еще — если не считать Харкабипаролин, которая стояла по колено в пруду, с пеной у рта пытаясь расколотить стекло шлема.
Взяв женщину за руки, они повели ее прочь. Она сопротивлялась. Луис тоже сопротивлялся желанию остаться здесь, среди росших рядами зарослей древа жизни.
Остановившись в коридоре, Хмии снял с головы Луиса шлем.