Теперь, намного позже, он понял, что подобное решение связано с определенными обязательствами.
— Нужно ее исцелить, — сказал он. — Но как? Никаких симптомов депрессии нет... но это вовсе не значит, что ей не придет мысль прыгнуть в разбитое окно. Как мне исцелиться самому?
Некая часть его разума все еще отчаянно просила таспа, и он знал, что это никогда не кончится.
Пагубное пристрастие было не более чем таившимся в глубинах памяти воспоминанием. Стоит оставить ее где-нибудь с запасом снадобья молодости, и воспоминание угаснет...
— Невмирс! Нам без нее не обойтись.
Она много знала о двигателях «Невероятного», и ее некем было заменить. Требовалось всего лишь заставить Несса перестать использовать тасп и какое-то время за ней понаблюдать. Поначалу ее охватит жуткая депрессия...
Внезапно Луис осознал, на что он смотрит уже несколько минут.
В двадцати футах под платформой, на ревущем ветру, висела изящная красно-коричневая стреловидная машина с узкими щелями окон, захваченная электромагнитной ловушкой, которую никто не подумал отключить.
Луис вгляделся внимательнее и убедился, что за лобовым стеклом виднеется чье-то лицо, а затем бросился наверх, зовя Прилл.
Он не знал слов, а потому взял ее за локоть и потащил вниз, показывая на машину. Кивнув, она вернулась наверх к панели управления полицейской ловушкой.
Красно-коричневая стрела поравнялась с краем платформы, и из нее выбрался первый пассажир, ползя на четвереньках наперекор завывающему ветру.
Это оказалась Тила Браун — что, впрочем, Луиса нисколько не удивило.
Второй пассажир выглядел столь типичным образчиком классического героя, что Луис не удержался от смеха. Тила послала ему полный удивления и обиды взгляд.
Они пролетали мимо глаза бури. В лестничной шахте, ведшей к наблюдательной платформе, завывал ветер, свистя по коридорам первого этажа и врываясь в разбитые окна выше. По полу текла дождевая вода.
Тила, ее спутник и команда «Невероятного» сидели на мостике, в спальне Луиса. Мускулистый спутник Тилы о чем-то серьезно беседовал в углу с Прилл, которая то и дело бдительно поглядывала то на Говорящего-с-Животными, то в окно. Остальные собрались вокруг Тилы, слушая ее рассказ.
Полицейское устройство уничтожило большую часть аппаратуры ее скутера — локатор, интерком, силовое поле и кухонный автомат мгновенно выгорели дотла.
Тила осталась жива благодаря встроенным свойствам силового поля, которое продолжало действовать еще несколько секунд после отключения, и ей не снесло голову на скорости в две звуковые. Еще через несколько секунд скорость ее упала ниже разрешенного в городе максимума, и электромагнитная ловушка, уже готовая сжечь двигатель, прекратила работу. К тому времени, когда сквозь отказавшее силовое поле ворвался ветер, он был уже вполне терпимым.
Но от прежней решительности Тилы не осталось и следа — она еще не успела забыть, как едва избежала смерти в глазу бури. Направив скутер вниз, она начала искать в темноте место для посадки.
Увидев внизу выложенную плиткой аллею с магазинами вокруг, двери которых светились ярко-оранжевым сиянием, она приземлилась. Посадка была жесткой, но Тилу это уже не волновало. Главное, что удалось сесть.
Она уже слезала со скутера, когда машина вновь взмыла вверх, швырнув ее на землю. Тила привстала на четвереньках, тряся головой, а когда подняла взгляд, скутер уже превратился в быстро уменьшающийся гантелеподобный силуэт.
Тила расплакалась.
— Видимо, ты нарушила правила парковки, — сказал Луис.
— Мне было все равно. Я... — она замешкалась, подбирая слова. — Я хотела рассказать кому-нибудь, что заблудилась, но никого не было, и я села на каменную скамейку и заплакала. Я плакала несколько часов, боясь сдвинуться с места, поскольку знала, что ты обязательно за мной прилетишь. Потом... пришел он. — Тила кивнула в сторону своего спутника. — Он удивился, увидев меня, и что-то спросил, а я не поняла. Но он пытался меня утешить. Я была ему рада, хоть он и не мог ничем помочь.
Луис кивнул. Тила поверила бы кому угодно, ища помощи или утешения у первого встречного. И она нисколько при этом не рисковала.
Спутник ее оказался не совсем обычным.
По одной его внешности можно было понять, что он настоящий герой. Вовсе не требовалось видеть его сражающимся с драконами — хватало одних лишь мускулов, роста и меча из черного металла. Чертами лица он походил на проволочную скульптуру в замке под названием Небеса. Он учтиво беседовал с Прилл, ничем не подчеркивая, что она противоположного пола, — может, потому, что она являлась женщиной другого мужчины?
Он был чисто выбрит. Ну нет, слишком уж невероятно. Скорее в его жилах текла кровь Строителей. На лоб падали не очень чистые длинные светлые волосы, бедра прикрывало некое подобие юбочки из шкуры какого-то животного.
— Он кормил меня, — сказала Тила. — Заботился обо мне. Вчера на нас пытались напасть четверо, и он отбился от них одним мечом! И всего за пару дней выучил немало слов на интерлингве.
— Что, правда?
— У него немалый опыт в языках.