Берегиня: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Ты, дедушка, шибко на тётку мою не серчай, — плачет... — Она ж из-за меня такою сделалась. Слыхал, поди-ко, про Старика-Боровика?

— Слыхал, — гладит её старик по голове, — а то как же...

— Так тётка моя Финета уж больно в того Боровика поверила, обнадеялась... Раньше-то, бывало, она и без того каждому подаст, а теперь всё Боровика ждет. А идут другие да другие... Она и досадует, как малец на палку, которая не стреляет. Она бы хотела, чтобы с его лёгкой руки ко мне добрые сваты приехали, а то приданое такое бы дал, на которое женихи кидаются... Не может никак понять: зачем бы тому Боровику нищенствовать, если бы у него у самого чего за душою было?

— Так ить может статься, что он лохмотьями только прикрывается?

— И ты, дедушка, про то же, — улыбнулась Дашутка. — Скажи лучше, куда ночью пойдёшь-то? Может, к нам воротимся. Поди-ко, отошла теперь тётка моя, сидит, кается...

— Да уж нет, дитятко, — отвечает старик. — Я уж лучше до Белояровки пойду. Там у меня родня никакая с краешку деревни живет. Ты меня, внучка, только на дорогу выведи.

— Какая ж такая Белояровка? — спрашивает Дашутка. — Не слыхала я об такой деревне.

— Успеешь ещё услыхать, — загадкой ответил слепой. — Твоё время впереди.

— Такая ночь поганая, — жалеет старого Дашутка. — Куда ты? День настанет — тогда пойдёшь.

— У меня, внученька, и ясным днём в глазах чёрная звезда полыхает. Я уж и помнить забыл, какой он, день-то, бывает.

— Ой, дедушка. Не то я говорю, — кается Дашутка. — Провожу я тебя, сколько надо.

— Пойдём, — соглашается слепой. — Проводи, когда тётка не заругает.

Вот и пошли они хлипкою дорогой повдоль тёмного лесу. Разговаривают идут, посмеиваются, где смешно, вздыхают, где тошно... Дашутка про своё говорит, старик — про Дашуткино... И про дождь забыли, и про ветер... Да и кончился тот дождь, улеглась погода... Дорогу подморозило. Луна выплыла. Светло Дашутке.

Слепой и говорит:

— Шибко ты, внучка, ноги погоняешь. Запалила меня вконец... Дай-ко передохну. Тут брёвнышко должно у дороги лежать. Сиживал я тут...

Дашутка и правда бревно увидела.

— Какой ты памятливый! — удивляется.

— Нельзя мне, внученька, по-другому... Я памятью вижу...

Сели они на бревно. Сидят, толкуют. А старик всё чего-то ногой пришаривает у бревна.

— Погляди-тко, внучка, что это за камешек у меня под ногою катается.

Подняла Дашутка старикову находку, подивилась:

— Тяжёлый-то какой! Поди-кось, фунтов с пять будет.

— Отри камешек хорошенько, — советует слепой. — Сними грязь-то.

Отерла Дашутка находку об отцов полушубок...

— Дедушка, — шепчет, — кабы ты видел, что ты нашёл. Однако золото! Помереть мне на месте, золото!

— Ну тя, — хитрит старик. — Откуда? Золото! Кто ж нам с тобою его на дороге поклал?

— Истинный Христос! — крестится Дашутка. — На-ко вот, держи. Это хорошо, что золото. По дворам скитаться тебе нужда сразу отпадёт, будешь теперь на своей печи есть калачи...

— Не-е... На печи я скоро помру. Не привык я к баловству. Возьмико ты себе этот камешек. Тут столько, что и тётка Финета об таком не думала, не гадала.

— Не возьму, — дёрнулась Дашутка. — Как же я после того жить на свете стану, слепого обобравши. Мне отец говорил, что золото — оно зоркое. Оно само видит, кому в руки даваться. Ты его нашёл, ты его и бери. Мне чужого не надо.

— От неслух! — смеётся старик. — Я ж от чистого сердца... Кабы тётка Финета его увидела, с руками бы оторвала...