— Не понимаю о чем вы…
— Зря! — она развернулась, эффектно взмахнув полами черного одеяния, и направилась на поиски Иллиад.
Оранжерея пансиона заслуживала отдельного описания. Уникальное сооружение напоминало дворец из восточной сказки, только золото, мрамор и разноцветную смальту заменяло стекло. Порой даже не склонной к романтическим измышлениям Марфе казалось, что могучий джинн перенес жилище идоорайского раджи, в самый последний момент сделав его прозрачным. Внутри оранжерея была разделена на несколько помещений, в каждом из которых поддерживался особый микроклимат.
Светлейшая обнаружилась в альпийской зоне. Скинув белую хламиду, она увлеченно занималась тем, что умело делила обильно разросшийся куст эдельвейсов.
— Ты же знаешь, Марфа, что их нужно омолаживать каждые пять-шесть лет? — Иллиад вместо приветствия сунула Карге под нос серебристые бархатные розетки эдельвейса. — Как все прошло?
— Сейчас все в относительном порядке. Помочь?
— Я сама управлюсь, рассказывай.
— Нет уж, сначала доделай, что ты там затеяла, а то потом времени не будет.
— Все так серьезно? — Светлейшая посадила последний кустик и пошла мыть руки. — Рассказывай.
— Аола жива и здорова, она замужем не только за ри Кавиньи, но и за моим племянником. Оба брака заключены по обряду Великой. Мужья осуществили свои права, — отрапортовала Просветленная.
— Ох, — Иллиад простонародно всплеснула руками и обессиленно уселась на лавку рядом с Каргой. — Подробно рассказывай, злыдня.
— Вот так все и было, — Марфа устало откинулась на резную спинку скамьи.
— И что ты сама об этом думаешь? — сейчас никто не назвал бы Светлейшую Иллиад моложавой энергичной дамой. Она словно постарела на несколько лет.
— Мне кажется, что хотят добраться до наследницы рю Моро.
— Уверена? — Иллиад сосредоточенно что-то подсчитывала. — Когда их род утратил магию?
— Ты думаешь я помню? Я знать ничего не хочу о них.
— А Аоле помогаешь…
— Она никакого отношения не имеет к этим вырожденцам! — Марфа вскочила на ноги и заметалась по дорожке, вымощенной цветными камушками. — Неужели ты считаешь, что я не вижу кто сейчас носит имя Аолы Александры рю Моро, не замечаю живого ума в ее глазах, радости в душе и любви в сердце, которые пришли на смену апатии и лени.
— Наша девочка прислана Далекими. Мы должны защитить ее, Марфа.
— Она приняла Миранду как родную, даже со мной поругалась, защищая малышку. К тому же Аола не только прекрасно переносит длительный контакт с некромагами, но и легко гасит спонтанные магические выбросы девочки.
— Насчет контактов с некромантами я все поняла, — Иллиад вдруг хихикнула совершенно по-девчоночьи и покраснела, — а вот насчет выбросов… Ты уверена, Марфа?
— Не сомневайся, у меня была возможность убедиться в этом, — Просветленная замерла, глядя на задумчивую подругу. — Складывается впечатление, что она не обладая и толикой магии пользуется семейным даром.
— То есть, по-твоему, Аола может быть…
— Да, она гармонизирует магические потоки одним своим присутствием. Несмотря на то, что этот дар род рю Моро утратил более трехсот лет назад.
— Сядь, пожалуйста, мне тяжело, знаешь ли, все время задирать голову, — Светлейшая помассировала шею. — Что там у них с дарами было?
— Мужчины были целителями душ, женщины улучшали магическую атмосферу, их даже кошками дразнили завистники, — сестра Марфа уселась на самый краешек лавки. — Мол ничего счастливицам и делать не надо, учиться не требуется, живи да радуйся.
— А дар они утратили из-за чего?
— Квиринус рассказывал, что один из его предков Амандо рю Моро, кажется, нарушил какую-то клятву.
— Какую?
— Да не знаю я! Не о том тогда думалось.