Смит. Ну хорошо. Ладно. Я в смысле, это как — точно я.
Энн Мартин. Вы, вы.
Смит. О'кей. Ладно. Я.
Энн Мартин. Да. Вы.
Смит(побелевшую правую руку вверх, взывая к перемирию. Однако ввиду непримиримости Энн Мартин его ладонь безутешно ложится на край стола, куда уже легло множество всяких эпистолярных огорчений. Левой рукой принимается ощупывать свое тело в местах, где в него могла бы без особого ущерба втиснуться парочка пуль не слишком крупного калибра). А-а-а-а. А-а-а-а. (Спохватывается: ведь надо говорить, потому что пули запросто могут втиснуться как раз в паузы между словами. Губы шевелятся, но звуков не слышно. В конце концов справившись с пересохшим, как пустыня, ртом, снова приводит язык в движение.) Мисс Мартин. Я понимаю ваше состояние.
Энн Мартин. Заткнитесь.
Смит. Не могу.
Энн Мартин. Заткнитесь.
Смит. Я умоляю вас, вы должны позволить мне говорить. Ведь вы можете выстрелить.
Энн Мартин. Еще бы.
Смит. Вы же не будете стрелять, пока я говорю.
Энн Мартин. Уберите руку со стола.
Смит. Конечно-конечно. Дайте, пожалуйста… вон там рыбий жир у меня стоит.
Энн Мартин. Нет.
Смит. А газету можно.
Энн Мартин. Могу и без того сказать вам, что в этой газете. Там ваше фото на первой полосе, и к нему целая статья про ваши подлые ухищрения. После обеда вы каждый день исчезаете. А я должна тут одна сидеть в этой вонючей дыре.
Смит. Мисс Мартин, должно же быть и у меня немножко личной жизни. Но мне вовсе не хочется обижать вас.
Энн Мартин. Можно подумать, тем, сколько я у вас получаю, вы меня не обижаете. Так что насчет этого бросьте.
Смит. Я пересмотрю вашу зарплату. В любой момент. Давайте составим приказ, только ружье отложить придется. В самом деле, не могу же я в таком виде пасть со смертельной раной. Газеты взвоют как оглашенные.
Энн Мартин. Об этом предоставьте беспокоиться мне. Вы-то будете на том свете.
Смит. Ой, ну опять.
Энн Мартин. Винтовка у меня нацелена вам в левое предсердие.
Смит. Какую надбавку вы бы хотели. Может, пенсию. Что угодно. Только скажите.
Энн Мартин. Болтайте, болтайте дальше.
Смит. А можно.
Энн Мартин. Только уж давайте на совесть.
Смит. Вы не должны думать, что я от ассигнаций могу прикуривать, мисс Мартин.
Энн Мартин. Однако покупаете бронированный автомобиль.
Смит. Я ж говорю, сейчас такие времена. Так что даже очень разумно. А теперь слушайте. Мы ведь одни здесь с вами. (Оглядывается чуть влево, чуть вправо, проверяя, и снова смотрит в маленькую черную дырку.) И стоит вам только отложить ружье. Как можно будет выйти из этой вонючей дыры да и забраться куда-нибудь поуютнее, попить кофе с пирожными. Вы какие больше любите — корзиночки или колечки с орехами.
Энн Мартин. Нет, ну вообще. Во дает. (Возвращая Смита к животрепещущей теме.) У меня будет ребенок.