В прошлый раз эта девушка назвалась союзницей Метатрон.
И только что сама Метатрон тоже употребила это слово. Она сказала, что приведёт их к своей союзнице. А с учётом того, что Метатрон упрямо называла Харуюки своим слугой, она никакого “воина”, даже Короля, не удостоила бы звания “союзника”.
Отсюда следовало, что девушка перед глазами Харуюки — не бёрст линкер, а…
Руки, застывшие в миллиметрах от рукояти веера, медленно разошлись в стороны. Харуюки попятился назад.
— А-а, вы, как и Метатрон, случайно не…
— Ежели бы ты не одумался и тронул меня, снискал бы намного больше, чем щелчок веером, — девушка резко сложила веер, которым скрывала рот, и ровным голосом представилась: — Моя персона — одна из четырёх Святых, хранительница Аманоивато, известного вам более как “Подземелье Токийского Вокзала”… существо Аматерасу.
“Я зна-а-ал!” — захотелось ему заорать вслух, одновременно убегая спиной вперёд, но он сдержался.
Когда Харуюки пытался спасти Метатрон, оказавшуюся под угрозой исчезновения, ему помог таинственный голос, представившийся как “…Терасу”. В тот раз Харуюки не расслышал полное имя, но теперь стало очевидно, что то была именно Аматерасу — сильнейший Энеми Легендарного Класса, похожий на богиню солнца из японских легенд. Неудивительно, что Метатрон называла её не иначе как “союзницей”.
Запоздалый страх сковал тело, но Харуюки нашёл в себе силы поблагодарить богиню за помощь:
— А-а… это ведь вы обратились ко мне в тот раз, Аматерасу… сан. Я должен искренне поблагодарить вас. Именно благодаря вам Метатрон выжила…
— Слуга?.. — вдруг вмешалась молчавшая до сих пор Метатрон.
Харуюки вздрогнул и посмотрел через правое плечо.
— Ч-что?
Архангел слегка насупила тонкие брови и неожиданно проворчала:
— Почему ко мне ты обращаешься без “сан”, а Аматерасу выказываешь такое почтение?
— Уй… ну, я ведь впервые вижу Аматерасу-сан… — промямлил Харуюки.
Богиня солнца вновь раскрыла веер и продолжила неизменно спокойным тоном:
— Моя персона отдала бы предпочтение обращению на “сама”, одначе ежели Метатрон не воспрещает опускать почести, то и моя персона не соизволит.
Харуюки вежливо кивнул, и вдруг в голове что-то щёлкнуло.
— Э-э, но погодите… когда Аматерасу обратилась ко мне в прошлый раз, её речь звучала совсем по-другому…
Харуюки точно помнил, что в тот раз голос говорил просто и по делу, и уж тем более не называл себя “моей персоной”. Аматерасу, кажется, немного обиделась и подняла веер до носа:
— В тот раз связь с Метатрон была на грани разрыва… Моя персона стремилась донести сведения в сжатом виде, только и всего. Но сейчас моя персона может быть сама собой.
— А-а…
“Похоже, она не зря считается подругой Метатрон. Заморочек у неё не меньше”.
Аматерасу закрыла веер таким резким движением, будто прочитала мысль Харуюки:
— Внемли, Сильвер Кроу. Моя персона позволила тебе опустить почести, но не моги́ забывать о почтении. Коль вознамерился благодарить, не надейся, что слов на высшем уровне хватит. Утрудись посетить мой храм, да не забудь подношение.
— Х-хорошо… когда-нибудь обязательно… — не подумав, пообещал он и только потом сообразил, что в глубинах лабиринта под Токийским Вокзалом ему наверняка придётся сначала победить первую форму Аматерасу.
“…Когда наберу седьмой, а лучше восьмой уровень”, — мысленно добавил Харуюки и повернулся к Метатрон.
— Это самое, Метатрон, неужели ты призвала меня, только чтобы познакомить с Аматерасу? Я, конечно, очень рад, но почему именно сейчас?..