Некоторое время, я внимательно следил за действиями эльфов музыкантов, чтобы понять, как они играют на своих виолах, но поняв, что никакой разницы с нашими гитарами нет, и даже аккорды встречаются похожие, я стал просто наслаждаться музыкой и песнями. Жаль, у меня гитары нет, я бы тоже что-нибудь сбацал. Как-то раз, гуляя во дворе, я заметил, какими глазами девчонки смотрели на моего соседа, который вынес из дома гитару и пытался что-то бренчать. Мне тоже захотелось, чтоб на меня так смотрели, и я упросил родителей отдать меня в музыкальную школу в класс гитары. Проходил, правда, я туда не долго, начал не успевать и в секцию тхэквондо ходить и в музыкалку, но кое-чему научиться успел. Позже, учитель из музыкальной школы, приходил к нам домой и уговаривал родителей вернуть меня в музыкалку. Оказывается у меня идеальный слух, как выразился учитель, но мне тогда было интересней кулаками помахать, чем сидеть и корпеть на сольфеджио, а родители не настаивали. Но музыку, я всегда любил и дома у меня на стене висит не только гитара, но и балалайка с банджо. Когда у меня плохое настроение, я беру какой-нибудь инструмент, и играю, что в голову взбредёт. Настроение всегда повышается, ну или выравнивается.
— Вы играете? — услышал я женский голос.
Подняв удивлённо голову, я увидел над собой Силиналь, дочь графа. Похоже, я так задумался, что даже не заметил, как закончилась песня и ко мне подошла эльфийка.
— Вы очень пристально наблюдали за игрой на виоле, — сказала Силиналь, — будто пытались вспомнить, как играть.
— Дома я играл на похожем инструменте, — пришлось ответить мне, — но у него форма немного другая и струн поменьше.
— Попробуйте, — протянула она мне виолу, — может не такая и большая разница.
Ну что делать, взял. Хотя, что я теряюсь, сам ведь хотел попробовать. Ну, даже если ничего не выйдет, не прибьют же меня, в конце концов. Я провёл правой рукой по струнам, прислушиваясь к их звучанию. Потом попробовал поставить несколько аккордов, перебирая струны. Очень похоже на гитару, если не обращать внимание на лишние две струны. Ну что ж, рванём по бездорожью. Я решил для начала сыграть песню, очень подходящую к нашей ситуации. Единственно, пришлось в срочном порядке переводить её на общий язык. Слова песни простые и это не вызвало больших проблем, просто пришлось потратить некоторое время. Возможно, получилось не идеально, но все замолчали и прислушались, когда я запел:
Некоторое время, после окончания песни, стояла гробовая тишина. Я даже начал беспокоится, не затронул ли какое табу. Может в пути о дороге петь нельзя или ещё что, кто этих инопланетян поймёт. Но вдруг поднялся гвалт и аплодисменты, здесь хлопают не в ладоши, а одной ладонью по колену.
— Хорошая песня, Владис, — подошёл и по привычке хлопнул меня по плечу Трок. — Прям, как о нас написали.
Глаза у Трока были влажными, но слёз было не видно, мужик, сдержался. А вот глянув на Силиналь, я подумал, что одного платка будет мало. Я протянул ей виолу и она, взяв её, убежала в сторону своего шатра. Надо будет что-нибудь повеселее перевести в следующий раз, подумал я.
— Я рад, что тебе понравилось, — ответил я Троку.
— Всем понравилось, — сказал он. — Ты не только мастер меча, но и отличный менестрель, Владис.
— Ты не прав, Трок, я вообще не умею обращаться с мечом.
— Ну да, конечно, мы все видели, как ты не умеешь, ха-ха, — рассмеялся Трок, на что я только покачал головой.
— Ты не понимаешь, дружище, у меня дома уже давно никто не использует такое оружие.
— Что ты имеешь ввиду? — раздался голос графа Маринтэля за спиной.
Я чуть не вздрогнул, вот как он умудряется подкрадываться так неожиданно. Что самое интересное, всегда оказывается в нужном месте, в нужное ему время.
— В моём мире уже давно изобрели более массовое и смертоносное оружие, чем лук и меч. Поэтому примерно лет триста назад от них отказались, как от потерявших актуальность, — объяснил я графу.
— И чем же вы тогда воюете? — удивился Трок.
— Огнестрельным оружием, — ответил я, — ну это если говорить по-простому.
— А если поточнее? — встрял опять граф.
— Точнее? Ну, вот вы рассказывали про боевых магов огня, что могут за минуту выпустить два, три небольших фаербола. А теперь представьте, что маг может выпускать несколько сотен маленьких фаерболов в минуту, вот это и будет самый простейший автомат, то есть ручное оружие.
— Да-а, меч тут действительно не поможет, — почесал затылок Трок.
— Ты забываешь про архимагов, — махнул рукой граф, — они вполне могут повторить это, имея в запасе накопители конечно. Но это им и не нужно. Любой архимаг может так вдарить, что весь наш караван накроет.
— Мне кажется, мы сейчас похожи на детей, — сказал я, и Трок с графом удивлённо на меня посмотрели, — которые хвастаются друг перед другом у кого старший брат сильнее. Вот сейчас как позову брата, у него меч здоровенный и он вам всем наваляет.
Мы втроём переглянулись, и грянул общий смех. К нам стали подходить остальные и требовать, чтобы смешные истории рассказывали всем, а не только в узком кругу.
— Хотите историю? — спросил я. — Их есть у меня. Ну, вот например:
«Когда Трок был маленьким мальчиком, он очень хотел стать самым сильным воином. Однажды забравшись на самый высокий холм, недалеко от дома, он поднял вверх кулаки и закричал:
— Я очень сильный, — тут подул ветер, и он покачнулся, но устоял.
Тогда улыбнувшись, он закричал ещё громче: