— Много. Один от Келена, — добавил он, едва скрыв раздражение.
— Прочтешь вслух?
Нокс открыл сообщение.
— В нем говорится «Поздравляю. Я знаю, что ты станешь мамой лучше, чем наша». — Слегка расслабившись, Нокс обхватил ее лицо ладонями и провел большим пальцем по нижней губе. — Он прав. Так и будет.
— Ты не допустишь иного.
Нокс нежно погладил ребенка по головке.
— От Люциана не приходило сообщений, поэтому считаю, что он еще не знает о рождении Ашера.
— Я расскажу ему позже.
— Только знай, если он вновь назовет нашего сына порождением зла, получит.
Это было идеальным предлогом, чтобы добраться, наконец, до сукиного сына.
— Думаю, тебя удивит его реакция.
— Чем же?
— Он не обрадовался моей беременности, но теперь, когда Ашер родился — его можно увидеть и потрогать — Люциан не станет так себя вести. Он любит детей. Просто не заботится о них, потому что у него это плохо получается.
— Я прекрасно это знаю, — пробормотал Нокс, думая о ее воспитании.
— Я не понимал его поведения раньше, а теперь, когда появился Ашер, тем более. Знаю, что никогда не смогу его бросить. Никогда не смогу ему навредить.
— Ты действительно хочешь поговорить о Люциане?
— Нет. — Он коснулся маленького кулачка Ашера. — Меня больше интересует, дашь ли ты мне то, о чем я просил.
— Нокс…
— Я хочу, чтобы ты взяла мою фамилию, детка. Хочу, чтобы мы все делили.
Ее губы медленно изогнулись в улыбке.
— Как и я. Тебе больше не нужно меня убеждать.
Удовлетворение разлилось в нем теплой волной, и Нокс снова поцеловал ладонь Харпер.
— Спасибо, Харпер Торн.
— К этому придется привыкнуть. — Она посмотрела на малыша. — Как и быть родителем. Я все еще не могу поверить, что мы создали этого маленького человечка.
Нокс улыбнулся.
— Он совершенен. Чудесен. Как и его мама.
— Как и его отец, — поправила Харпер. Увидев, что малыш выпил половину бутылки, Харпер мягко вытащила ее изо рта и передала Ноксу. Затем взяла Ашера «столбиком», удерживая локтем головку и мягко поглаживая спинку.
— Не могу поверить, что он такой маленький, — сказал Нокс. Ребенок открыл глаза, и голубой оттенок заволокло черным.
Демон уставился на него, и на мгновение демон Нокса поднялся на поверхность, прежде чем обе сущности отступили. Они уже делали так, вскоре после рождения Ашера. Оба раза демон Нокса усмехался так, словно что-то держал в секрете.
— Я все еще думаю, что мой демон чего-то нам не договаривает.