— Возможно.
— И все же ты на нее работаешь.
— Работаю с ней. Я ей нужна.
Харпер не могла представить, чтобы Норе нужна Линда. Ей нужна акушерка, которая рискнула бы пойти против Харпер и Нокса, станет расходным материалом, и которой можно было бы манипулировать. Но Харпер не понимала, почему ею так легко управлять.
— Почему ты помогаешь Норе?
— Тебе не стоило забирать МакКоли, Харпер. И, определенно, не следовало убивать Джину. Она была моей лучшей подругой.
Ладно, этот факт шокировал.
— А ещё она была наемником, который пытался убить меня и привел Нокса в ловушку.
— Знаю. Но я делаю это не из-за них. А потому что Нора предложила мне хорошую сделку. Если я ей помогу, то смогу оставить ребенка. — Линда зловеще улыбнулась. — Нора может шантажировать Нокса, но она не в силах позаботиться о ребенке самостоятельно. Вот для чего я нужна.
Демон Харпер зарычал.
— А как же Уайетт?
Линда хихикнула.
— Ох, не волнуйся о нем. У него было множество романов за эти годы.
— Талия, — догадалась Харпер, вспомнив, что МакКоли упоминал о ненависти Линды к демонице.
Линда озадачено моргнула.
— Да, она одна из них. Как ты узнала?
— Ткнула пальцем в небо. — Харпер стиснула зубы, когда началась очередная схватка. После которой спросила: — Если ты ненавидела Талию, то зачем взяла её сына?
Линда оскорбленно посмотрела.
— Я никогда не накажу ребенка за чужие ошибки. Будь я таким человеком, то вряд ли захотела бы растить этого ребенка, верно? Я выращу его как своего, — поддела она. — Он поверит, что я его настоящая мать. И я воспитаю в нем ненависть к тебе и Ноксу. Я постоянно буду рассказывать ему историю о том, какие вы ужасные, безжалостные люди. И он будет презирать вас обоих. — Только мысль об этом резала ножом сердце Харпер. — Возможно, он когда-нибудь убьёт Нокса, — продолжила Линда. — Не имеет значения, насколько силен Нокс, он никогда не навредит собственному ребенку, особенно, если в нем частичка тебя. И это даст ребенку власть над ним.
Эта сучка была права. Но…
— Ты не можешь считать, что Нора действительно отдаст тебе ребенка, Линда. Подумай, как сильно ты хочешь ребенка. Для Норы он станет оружием против Нокса. Она спрячет дитя, но не спустит с него глаз и будет хорошо защищать. Не захочет, чтобы ребенок был лоялен к кому-то кроме нее. Она не отдаст тебе ребенка и пошлет куда подальше. Нора вряд ли позволит тебе жить, чтобы ты не смогла рассказать о ее поступке.
Улыбка Линды померкла, но потом она фыркнула.
— Ты не разделишь и не победишь нас, Харпер. А теперь почему бы тебе не сконцентрироваться на родах моего ребенка?
— Моего ребенка.
— Нет, моего.
Харпер зашипела, желая вновь ударить сучку. Но шипение перешло в стон, когда пришла еще одна схватка. Затем еще одна. И еще. И еще. И снова минуты показались часами. Харпер стонала. Кричала. Скулила. Затем выдала такой поток ругательств, что Линда в ужасе отшатнулась в какой-то момент. И теперь она потела, стонала и дрожала сильнее прежнего. Она уронила голову на грудь, когда схватка ослабла. Боже, так заманчиво было рухнуть на землю и дать больной спине отдохнуть.
Никогда в жизни Харпер не была так истощена. Ее конечности и веки были такими тяжелыми, и она удивлялась, как не заснула между схватками. Она чувствовала себя опустошенной, как будто в ней ничего не осталось.
Харпер хотела, чтобы боль ушла, но не желала окончания родов. Мысль о ее ребенке в руках этих нервных гадов… она этого не вынесет.
Она действительно думала, что Нокс уже должен быть здесь, но нет. Если ее демон мог вызвать пламя, он бы сделал это и покончил со всем, но он бессилен.
«Я что-нибудь придумаю», — проговорила себе Харпер.