Мечты поплыли к Ивану.
- КХА-А-А-АХ! - проревели на ухо.
Пожиратель пронесся мимо. Внутри него вихрилась мечта. ОТКУДА ТЫ ВЗЯЛСЯ?! Лапа сгребла мечты Ивана и втерла их в солнечное сплетение. Пожиратель умчал ввысь.
- Нет!
Из глаз брызнули слезы. КАК ТАК?! Этого не должно было случиться!
Я стоял около американских кленов. Листья подобны лезвиям. Подобны лезвиям... Краем глаза уловил перламутровую вспышку.
Взрыв. Меня впечатало в забор. Листья разломились на куски и осыпались. Мне на лицо. Кожа вспыхнула. Я почувствовал, как по лицу потекла кровь.
Пустяк. Не до того.
Ноги ломило. Оставалось надеяться, что никакого перелома после приземления я не заработал. Встать боялся. Ниже колен все онемело. Я задрал штанину и несколько раз ущипнул себя за икру. Это помогло. Чувствительность возвращалась. Вместе с ней - боль.
Иван подбежал ко мне и с отрешенным видом поставил на ноги. Те еще не слушались. Я схватился за плечи кузнеца и повис на нем.
- Отведи к ограде, Иван.
Он без колебаний подтащил меня к забору. Я встал на колени, вцепившись в ледяной металл. Иван замер рядом.
- Уходи! Уходи отсюда, пожалуйста! Вон, спускайся там, где залез! - истошно вопил я.
- Угу, - промычал Иван и спокойно себе пошел к краю платформы. Меч так и остался валяться.
Когда к ногам пришла чувствительность, я побежал к оружию. Осталось три портала. Мечты почти достигли конца. Но поднять меч я не смог бы, даже если б так не устал.
ЗВЕНЬК! ЗВЕНЬК!
Что за звук? Откуда он взялся?
ЗВЕНЬК!
Рядом с порталом. Один из них пошел трещинами.
ЗВЕНЬК!
В него врезался шар от подшипника. Тин!
ЗВЕНЬК!
Пепельный жгут распался.
Я проследил, откуда летели снаряды, и обнаружил моего друга - он надел камуфляжный костюм и стрелял из чего-то монструозного. Увидев меня, Мишка помахал и улыбнулся.
- Я на подхвате! - крикнул он и принялся расстреливать следующий портал. - Ты весь в крови, Сань!
Спойлер пронесся мимо меня.
- Осторожнее! Хмурь!
Я посмотрел на небо. Хмурь полностью вылезла из разлома. Едоки продолжали сыпать вниз, а мечты по-прежнему летели к огромной туше.
- Мама...
Ничего крупнее я не видел. Она была как несколько небоскребов и напоминала бесформенного паука со множеством лап-щупальцев. Среди потревоженной тьмы зияли два глаза размерами с небольшое озеро каждый. А внутри брюха кипело разноцветным. Настоящее кипящее море, бурлящее, беснующееся. Сколько же там грез и человеческих жизней? Скольких же она лишила мечты? Сколько получила от своих Едоков?