— Нет, — мотнул головой Кайрон. — Колдун наградил меня девятью жизнями.
— Ты как кот! — хохотнул Фират.
— Ага. Только каждая из девяти жизней равна человеческой, а не кошачьей — по сто лет.
— Ты прожил почти тысячу лет? — спросили в один голос друзья.
— Не-е-е-е, — махнул рукой Кай, — из всех жизней я только две прожил полностью.
— А, что было в остальных случаях? — удивлённо проговорил Фират.
— Умудрялся иногда героически, а иногда глупо и бестолково погибать. Эта жизнь — последняя, девятая. Поэтому я уже не выгляжу, как семнадцатилетний паренёк.
— Ты получил силу в семнадцать лет? — уточнил Фират.
— Попал к колдуну в пятнадцать, два года прожил у него и потом получил силу. Так и жил после, не старея. — Кай помолчал и продолжил: — Я даже имел несчастье потратить две жизни за один год, представляете? Неудачный год вышел.
— Да уж, — вымолвила Сэнди. До этого она просто молча слушала.
— Значит, теперь ты от нас ничем не отличаешься. Также постареешь и умрёшь своей смертью… ну или не своей, — добавил каплю чёрного юмора Фират.
Кайрон криво улыбнулся и кивнул.
— Подождите! А к чему эти вопросы? Вы думаете, что это я — Зло? — Кай даже привстал.
— Будь у тебя девять жизней, то это сильно отличало бы тебя от нас, но теперь… — Фират замолчал.
— Хотя, да. Нужно рассмотреть каждую версию. Да и я из всей компании — самый странный и позже всех присоединился. Понимаю, — Кай согласился с подозрениями.
Сандра, кивнула, как обычно загадочно улыбнувшись, а Фират развёл руками, давая понять, что это не они такие, а их теперешняя жизнь.
— Знаете, я прекрасно понимаю, что не идеален, — проговорил Кай, посмотрев в чашку, а потом на друзей. — Могу злиться, обижаться, иногда бываю даже коварным и вредным. Я использую по максимуму свои внешние данные, не зря же меня ими природа наградила, — он виновато глянул на Сэнди, в её лице извиняясь перед всем женским полом. — Но я настоящий. Такой, какой есть. С недостатками, с проблемами и это не скрываю. Зато среди нашей компании есть тот, кто строит из себя белого и пушистого, хотя на самом деле не является таковым. Зло умеет маскироваться.
— Не переживай, Кай. Мы принимаем тебя таким, какой ты есть, — сказал Фират, порадовавшись, что этот закрытый парень начал откровенничать.
Сандра тепло улыбнулась, но ничего не сказала.
— Матвей, думай! На что тебе такая светлая голова! — постучала парня по макушке Инесса.
— Уши носить, — буркнул Матвей.
— И очки, — хихикнула Амалия.
— И очки, — согласился тот.
— Давно бы придумал себе прибор какой-нибудь, чтобы очки не таскать. Вон поля создаёшь, мысли на расстоянии передаёшь… а со зрением ничего придумать не можешь, — как учительница отчитывала его Инка.
— Это — другое! Я же не медик, — понуро ответил Матвей.
— А линзы? — простодушно спросила Амалия.
— Неудобно, — насупился парень.
— Так! Ладно. Развели тут разговорчики! Нам нужно выяснить, кто из трёх сильнейших — злыдень! — нетерпеливо высказала Инна.
Матвей почесал макушку, снял очки, а потом снова нацепил их и начал говорить:
— Если исходить из того, что каждый обладает своей силой, то… — он многозначительно помолчал, — ты, Инна, отвечаешь за эмоциональную сферу. Психология — это тоже в какой-то степени магия. Вот страх, например, можно бояться того, чего нет. А ещё можно притянуть в свою жизнь то, чего боишься.