Фред сделал вид, что ничего не слышал, продолжая уверенно вести машину. В двадцати милях от города началась зелёная дачная зона. Фред остановил машину среди деревьев. Решили, что он остаётся в автомобиле. Мартин с Крамовым ещё раз посмотрели на план–схему, и вместе с Лераном, прячась за деревьями, направились к месту тайной встречи.
Автомобили мэра и начальника полиции Сент-Себастьяна стояли вплотную одна за другой на поляне, окружённой дубами. Оба устроились на заднем сиденье бергсоновского серого «Линкольна», лицом друг к другу. Говорил Стивенс, Бергсон кивал и вытирал платком мокрую шею.
Мартин на правах экс–комиссара полиции показал пальцами распределение усилий, они подобрались поближе и по его знаку бросились к «Линкольну». Крамов занял место за рулём, Мартин и Леран одновременно открыли задние дверцы и, схватив за руки обоих, сели рядом. Громадный Стивенс попытался дёрнуться, но Леран так сжал его локти, что хрустнули плечевые суставы.
– Остеохондроз пищит, Чарли, – рассмеялся Мартин, – Спортом надо было заниматься, а не чужими денежками.
Бергсон-старший сидел смирно, позволив Эрнесту проверить его и главного полицмейстера на наличие оружия. Не обнаружив ничего, Мартин кивнул Лерану, и тот освободил руки Стивенса.
– Мартин, вы уволены дважды. На этот раз без пенсии, – прохрипел Чарли Стивенс.
– Во-первых, я не уволен. Я уволился, – поправил его Мартин, – А что касается пенсии, тебе надо подумать, как до неё дожить. Мой же рапорт зарегистрирован и уже далеко отсюда. Тебе не достать.
Бергсон-старший уже пришёл в себя и с явным интересом наблюдал за дискуссией начальника с бывшим подчинённым. Похоже, никакого страха он не испытывал. Мартин посмотрел на его почти весёлое лицо и усмехнулся:
– Рано радуетесь, господин градоправитель. Разговор предстоит неприятный для вас обоих. Долгим он будет или коротким, – от вас зависит. Майкл, давай документы.
Крамов передал портфель, Эрнест вытащил из него две папки, раскрыл обе, показал верхние листы.
– Я ничего не перепутал? – спросил он, – Каждый смотрит на своё творение?
По сузившимся глазам мэра Мартин понял, что спокойствие покидает того. Леран наблюдал за поведением обоих задержанных.
– У нас нет сегодня времени заняться всем содержимым, – продолжил Эрнест, – А желание, и труднооборимое, есть. Вам придётся открыть совсем немного. Самое главное: где сейчас моя жена и кто расправился в Нью-Прайсе с семьёй Крониных. Кроме того, – фамилии людей, связанных денежной сетью. Об остальном мы сами догадаемся.
По лицу Бергсона-старшего Леран увидел, – мэр будет держаться сколько сможет. А начальник полиции намерен следовать его примеру во всём.
– Эрнест, дай мне минуту. Я побеседую по-своему с господином мэром, а затем ты повторишь ему свои вопросы.
Мартин в знак согласия наклонил голову, с ироническим интересом рассматривая меняющееся на глазах лицо Арчибальда Бергсона.
Вначале Леран передал мысленное предупреждение:
«Вам придётся ответить, несмотря на желание или сопротивление. Я не желаю насилия. Но, если будете молчать, вскрою всё, что прячется в вашей памяти. Поверьте, это будет крайне неприятно».
Бергсон-старший вздрогнул, услышав слова, прозвучавшие прямо в его голове, но только изумился неожиданным телепатическим способностям едва знакомого ему рядового журналиста городского телевидения. Он не верил, что возможно заглянуть в мысли другого человека. Леран продолжил проникновение в его сознание и произнёс вслух:
– Хотите услышать привет от самого Агасфера?
Мэр побледнел, на лице выступил пот, страх проявился в округлившихся глазах. Эрнест довольно улыбнулся, демонстративно переложил по несколько листов в каждой папке.
– Вижу, мы пришли к согласию. Беседа получится обоюдоприятной.
Допрос Мартин провёл мастерски и с нескрываемым удовольствием. Он с Лераном был готов к любым открытиям. Но Крамова откровения потрясли: и шеф полиции, и мэр города регулярно получали крупные суммы от людей мощной фирмы, расположение офиса которой не знали. Сотрудничество с фирмой началось со встречи с человеком по имени Агасфер. После того они Агасфера не видели. Но знали о нём достаточно, чтобы бояться больше, чем верховного суда. Через посредничество Арчибальда Бергсона и Чарли Стивенса Агасфер практически контролировал город и ближнее побережье.
Как оказалось, оба не всё знали о делах друг друга, многое делалось без взаимной корректировки, по прямым указаниям курьеров Агасфера.
К похищению Ли прямое отношение имел мэр, организацией расстрела Крониных занимался шеф полиции. Он-то и взорвал ту машину с вооружёнными головорезами, когда они оказались в западне, устроенной комиссаром Мартином. Найти исполнителей похищения жены Эрнеста было теперь делом времени и техники. В организованную Агасфером коррумпированную организацию городской власти входили почти все известные люди Сент-Себастьяна. Мартин был нескрываемо доволен.
По мнению же Лерана, самого важного они так и не узнали. Непосредственного выхода на общество Агасфера у руководящих преступников Сент-Себастьяна не было. Ниточка, только было протянувшаяся к организаторам сегодняшних волнений в городе, оборвалась. Видимо, агасферовская фирма имела в городе достаточно своих людей. Но за бездействие мэр и шеф полиции получили изрядную взятку в виде драгоценных камней и жемчуга. Неудачно сложившаяся встреча за городом была вызвана беспокойством о судьбе полученных ценностей. Они должны были определить: обратить камни в долларовые счета или же поместить их в хранилище банка. Банк ещё предстояло выбрать. К неприятностям, ожидающим их завтра в связи с событиями дня, оба были готовы.
Заключение встречи Мартин взял на себя.
– Документы и шифры к ним останутся у нас. Как и запись разговора. В ближайшие сутки вы осторожненько разберётесь с зачинщиками беспорядков в городе. Выполните хоть одно пожелание приличного человека. Я хоть и чёрный, но не вор и не убийца. В противном случае сегодняшний день стал бы для вас последним. Сделайте всё аккуратно, иначе распрощаетесь с доходными должностями. Леран, они могут это моё задание запомнить, а о нашем добром свидании забыть?
– Смогут, Эрнест, смогут, – Леран по очереди коснулся пальцами левой руки лба Бергсона и Стивенса, смотря им в глаза.
Бергсон воспринял прикосновение с испугом, Стивенс с непониманием; все его реакции затормозились, он перестал даже оценивать обстановку, решив, что попал в дурной сон.
Конец ознакомительного фрагмента.