— Нас не собираются возвращать. Та зеленая образина, с которым вы имели счастье общаться, когда мы очнулись, сообщил, что они нас похитили и собираются продать тому, кто даст больше денег. Этот разговор произошел сутки назад.
— Двое суток? Я была без сознания двое суток? Это розыгрыш такой да?
Оглядела всех присутствующих, но никто не решился встретить мой взгляд.
— Они сказали, что ты не приходишь в себя из-за реакции на вакцину и вживление языкового чипа. Нам всем её сделали, — Лиза приподняла волосы, показывая пожелтевший уже синяк вокруг ряда маленьких ранок под левым ухом.
Мне вспомнилась резкая боль в этом же месте. Рука тут же потянулась к шее, к тому самому месту за ухом. Больно! Пальцы нащупали уплотнение и корочку засохшей крови.
— Ккакрик, так представилась та лягушка, называет себя свободным пиратом. Он сказал, что мы хороший генофонд, подойдем для большинства… клиентов, — последнее слово безопасник сцедил сквозь зубы.
— Два дня назад, когда большинство из нас успели прийти в себя, он сказал, что нас поделят на группы в соответствии с определенными критериями, по принадлежности к которым и определится наша дальнейшая судьба. Всего нас оказалось восемьдесят семь человек. Большинство, почти пятьдесят человек — это те, кто оказался на момент похищения в Аристократе. Ещё десять человек — местные жители, которые просто проезжали в тот момент мимо. Оставшиеся двадцать девять — люди, которых выдернули из разных мест, но приблизительно в одно и то же время.
Андрей Александрович на секунду замолчал, слово тут же перехватила Лиза.
— Нас поделили на пять групп. Самую малочисленную, человек девять, среди которых оказался и Сергей, тут же увели подчиненные Ккакрика. Причем далеко не все из них оказались лягушками. Но, поверь мне, выглядели они не менее странно, чем он. А потом пришёл какой-то совсем черный мужик и начал нас просвечивать непонятным приборчиком. Некоторых куда-то уводили, потом возвращали спустя какое-то время. Эти люди потом рассказывали, что видели других, таких же похищенных. И, судя по всему, иностранцев. Но из нас никого не уводили, поэтому утверждать, что всё это правда, я не решусь.
— А потом что было?
— Ничего, — снова взял слово Андрей Александрович. — Нас привели сюда и мы уже почти двое суток сидим тут.
Безопасник неожиданно поднялся с пола и вплотную подошел к нам.
— Мы не знакомы официально, — Андрей.
— Вика.
Крепкое сильное рукопожатие и на лице этого сурового мужчины я замечаю подбадривающую, теплую и дружественную улыбку. Неожиданно понимаю, что этот сорокалетний, вечно хмурый, холодный мужчина оказывается непозволительно обаятельным.
Стоит только безопаснику вернуться на свое место, как его примеру следуют все те, с кем мы ещё не были знакомы лично. Таких оказалось восемь человек.
— Виталий.
Смирнов Виталий Дмитриевич. Он же глава юридического отдела. Жуткий, желчный человек, что вполне нашло отражение в его внешности. Худой, высокий брюнет с водянисто-белесыми глазами, вечно недовольно поджатые губы и хмурый вид. Он чем-то похож на католического монаха, а его любовь к совершенно черной одежде лишь усугубляет это сходство. Но, увидев его сегодня в робе, я вдруг поняла, что он довольно молод, мой ровесник наверно, и сейчас выглядит, как мальчишка.
— Очень приятно.
Протягивая Виталию руку, меня так и подмывало сказать ему, что инопланетная роба идет нашему суровому деятелю Фемиды, много больше, чем черный похоронный костюм. Но он кинул на меня такой взгляд, что я резко передумала.
— Дмитрий. Р-рад с вами познакомиться.
Щепетов Дмитрий Григорьевич. Отдел инноваций. Там вообще обитают странные люди, но их начальник это нечто. Рыжий, вечно какой-то всклокоченный. Когда я ненароком встречала его в коридорах офиса, то старалась обойти по кривой дуге, либо вообще, пройти другой дорогой. Этот человек вечно думает о насущных проблемах его отдела, о чем-то бубня себе под нос. Худшим наказанием было отправиться к нему в отдел с очередным архи важным и срочным поручением от начальника.
Сейчас он все такой же всклокоченный и взгляд немного блуждающий. Но это ничего. Я в данный момент, наверное, не сильно от него отличаюсь. Зато, с этой немного смущенной, приветливой улыбкой, он больше не похож на человека не от мира сего.
— Взаимно.
— Роман.
Котов Роман Мирославович. Аналитический отдел. С этим железным мужчиной у меня были самые плохие отношения. Раз в месяц этот индивидуум считал своим долгом закатить мне скандал лично, с молчаливого одобрения начальника. Под прошлый новый год я не выдержала и пообещала выдергать все волосенки с его неровно выбритой черепушки, если тот не отстанет от меня. Месяц молчания и его визит снова повторился, правда, в компании с коробкой конфет. Извращенец.
— Да мы же вроде знакомы?
— Не удержался, — хитро сверкнув глазами в мою сторону, с улыбкой ответил на мою колкость аналитик и запечатал на руке отнюдь не скромный поцелуй.
— Горбатого и могила не исправит.
Лиза под общие смешки согласно мне покивала.