Нашествие наоборот (11 глав): читать начало книги онлайн

Глава 1

*14 сентября 20… г., 400 км над Землей, борт МКС.

История человечества логична и подчиняется строгим законам, но иногда случается такое, что меняет все и направляет развитие человечества по совершенно другому пути. Это как если бы непобедимая армада испанцев не попала во внезапный шторм, а успешно высадила пехоту вблизи Лондона, и доблестные терции завоевали маленький остров, посмевший бросить вызов могуществу испанской короны. И не появилось бы великой и ужасной британской империи и его альтер эго — Соединенных Штатов Америки, и история человечества пошла по другому пути. Случайность? Безусловно, но она перевернула судьбы народов.

Терция (исп. tercio) — тактическая единица Испанской Империи в эпоху доминирования Габсбургов в европейских сражениях в XVI веке и в первой половине XVII века. В терции были представлены следующие рода войск — пикинеры, мечники и аркебузиры и/или мушкетёры.

Тридцатый рабочий день командировки на международную космическую станцию начался как обычно. Проснулся Анатолий Андреев из-за зазвеневшего на планшете будильника. Он открыл глаза, сонный взгляд уперся в противоположную стену. С висевших там, рядом с закрытым по случаю ночного отдыха иллюминатором, больших фотографий, родоначальники космонавтики Гагарин и Королев, с упреком глядели на него. Мол, пора уже, хватит валяться, вставай! Ты в космосе, используй время с пользой, для продвижения человечества к далеким планетам! Немного ниже белела фотография любимой жены Веры с сыном Никиткой на коленях. Темноту едва подсвечивала еле-еле тлеющая в ночном режиме лампочка, так что дальние углы русского модуля прятались во тьме. Будильник продолжал испытывать нервы на прочность, он торопливо протянул руку и нажал на кнопку выключения. Наконец, звон прекратился, а Анатолий снова прикрыл веки. Вставать не хотелось категорически, слишком хороший сон снился, как будто он уже дома, а рядом жена, а что они делают вместе, это их личное дело, посторонних не касающееся. Он уже успел соскучиться по Вере, все-таки прошел целый месяц, как они с Петром стартовали с Байконура на трехмесячную вахту на орбите. Устроенный вчера ребятами с ЦУПа телефонный разговор с далеким домом стал лишь слабой заменой живого общения. Одно порадовало: дома все хорошо, а Никита долго рассказывал о первых школьных впечатлениях, о том, что нравится ходить в школу и своих детских радостях и горестях. Потом весь день окрасился впечатлениями от разговора с семьей. Полежав несколько мгновений, он рывком поднял руку, на часах 6 утра по Гринвичу. Все-таки пора подыматься. В семь часов утренний брифинг с ЦУПом, а еще нужно успеть привести себя в порядок и позавтракать. Расстегнув липучки, он выбрался из мешка-спальника и вытащил беруши из ушей. Русский модуль мгновенно ожил-тихонько зашумели вентиляторы, успокоительно загудел кондиционер. Анатолий включил лампочку поярче, высветив стерильной чистоты белоснежные стены и аскетичную обстановку русского модуля и сдвинул заслонку, закрывающую иллюминатор. Солнечные лучи брызнули внутрь отсека. До полета ему приходилось читать, что из космоса наша Земля выглядит хрупкой елочной игрушкой, прикрытой лишь тонкой пленочкой атмосферы. У Анатолия создалось совсем другое впечатление. Планета — большая, даже огромная, величественно плыла среди черноты космоса и сверкающих искорок созвездий. А вот стремление защитить, прикрыть собой эту красоту, о котором ему столько говорили, при виде родной планеты у него тоже возникло.

Петр завозился в спальном мешке — проснулся, но выбираться наружу пока не торопился.

*ЦУП-центр управления полетом.

— Доброе утро, — поздоровался Анатолий с напарником.

— Ага, и тебе того же! — протяжно зевнул Петр, словно огромная сонная муха, вылезая из спальника.

Свежий ветерок из вентиляции неприятно холодил тело. Зябко поежившись, Анатолий торопливо открыл дверцу встроенного в стенку шкафа и достал пакет со свежей одеждой. Быстренько натянул шорты и поло, свежие носки, все, он готов к новому дню. Умывальник в соседнем отсеке, оттолкнувшись от стены, он подплыл к люку, ведущему туда, нажал на кнопку, открывая. Оттуда зловонно пахнуло туалетом. Он поморщился. Сразу припомнился вчерашний неприятный разговор с соседом по станции-американцем…

Вчера после обеда Анатолий вдвоем с Петром возились в шлюзовом отсеке, перед бесстыдно распахнувшим высокотехнологичное нутро новейшим российским скафандром Орлан-Д. Через два дня предстоял плановый выход в открытый космос. Они уже успели заменить аккумулятор скафандра на свежий и, обновить основной и запасной кислородные баллоны, когда до них донесся тяжелый запах, словно поблизости дружно облегчилось стадо слонов. Подготовка скафандра, по сложности устройства напоминающего миниатюрный космический корабль, но только на одного человека-дело, ответственное и не терпящее суеты, как наладишь, так он и будет работать, поэтому вначале они молча терпели, надеясь, что соседи сами разберутся с проблемой. Но вонь не прекращалась. Первым не выдержал Петр и, отложив в сторону кислородный баллон, он протянул:

— Блин, невозможно. У них что, опять что-то с канализацией?

По непонятной причине туалет выходил у американских космонавтов из строя регулярно, так что можно было сразу сказать, канализация и отходы — слабое место Америки! Шесть месяцев тому назад в американском сегменте, сломался разделительный насос в туалете, тогда центр управления полетами NASA порекомендовал астронавтам повесить на дверь уборной табличку «Не работает», а самим пользоваться российским туалетом. Вроде нормальная ситуация, от неисправностей никто не застрахован, надо помочь коллегам. Русская техника как говорят западные люди — это вчерашний день в технологии — зато надежно, ремонтопригодно и работает! А американская красивая, высокотехнологичная, но требует бережного и осторожно отношения, длинных-предлинных процедур — и не работает, а если сломается-вообще беда, починит только профильный специалист.

Анатолий молча оттолкнулся от стены и, подлетев к вентиляции, заблокировал ее, дышать стало немного полегче. Затем слетав в туалет русского модуля, принес освежитель воздуха и несколько раз попшикал им, запахло морозом и свежими яблоками. У американцев как раз наступило время очередного брифинга, поэтому лезть к ним с расспросами не стали. Они уже заканчивали готовить скафандр, когда из базового блока МКС влетел в отсек Рич. Зацепившись за стойку у стены, он сходу одарил коллег белозубой, настоящей американской улыбкой.

— Хеллоу, парни!

Нет, в основном американцы ребята нормальные, без каких-либо претензий на особость и исключительность. Что Пол, что Алекса, но вот Рич, это особая история. Из американских космонавтов русские мягко говоря недолюбливали именно его. Особенно бесила манера цедить слова сквозь зубы, как будто самим фактом обращения к кому-либо он, белый англосаконец и протестант, делает одолжение.

— Привет, — сдержанно поздоровались русские.

— Так парни, — американец выдвинул вперед тяжелую саксонскую челюсть, — У нас сломался туалет, мы будем пользоваться Вашим! Должна же быть и от русских какая-то польза на МКС?

Откинув голову назад, он довольно заржал как конь, не обращая внимания на кислые лица русских космонавтов.

Вот урод! — катнул желваками Анатолий, — Врезать бы ему! Он представил, как наносит наглецу добрый хук. В хулиганской юности он занимался боксом пока не пошел в военный институт, но навыки не утратил. Американец отсмеялся, не дожидаясь ответа, оттолкнулся от стены и, не прощаясь, проворно нырнул обратно в люк.

Русские переглянулись, несколько мгновений смотрели вслед американцу. Это был выдающийся случай американского хамства. На станции люди вынуждены месяцами видеть одни и те же лица, общаться только в своем тесном коллективе, поэтому волей-неволей на станции устанавливаются дружеские и ровные взаимоотношения и когда кто-то нарушает их, это воспринимается крайне болезненно.

— Ну и что это такое было? — спросил Анатолий. Он, похоже, забыл, на чьих кораблях прилетел на МКС?

— WASP! Да еще и исключительная нация! Все им должны, вот только не пойму, почему? — бросил Петр.

— Да засранцы. Ээ, вызовите на МКС сантехника Ивана Сидоровича, все починит влет, всего лишь за бутылку! — схохмил Анатолий!

Белые англосаксонские протестанты (англ. White Anglo-Saxon Protestant, WASP). WASP — акроним, популярное клише в середине XX века, термин, обозначавший привилегированное происхождение. Аббревиатура расшифровывается как представитель европеоидной расы, протестант англосаксонского происхождения. Имеет хождение преимущественно в странах Северной Америки. Образ жизни данной группы страны ранее характеризовался крайней внутриклассовой замкнутостью, подражанием традициям и увлечениям британской элиты.

Всему миру известен расизм и антисемитизм немецких фашистов, но они только жалкие подражатели англосаксов. Именно англосаксонский национализм и расизм, выпестованный британским империализмом во второй половине XIX века, и явился той базой, на которой произошло становление нацизма в Германии. Американцы полностью разделяли воззрения заокеанских родственников. Недаром Гитлер в своей книге Майн Кампф, с уважением упоминал американца Генри Форда. Сегодня настоящие WASP (белые, англосаксы, протестанты) составляют всего 7 % населения США. Однако именно они придумали идеологию, на которую опирается страна, и именно они до сих пор контролируют ее политику и экономику.

WASP считают, что в беспощадной эволюционной борьбе их ветвь белой расы доказала свое превосходство. Именно она создала наиболее жизнеспособную цивилизацию — особую, истинную форму христианства, наиболее эффективную экономическую и социально-политическую модель общественного устройства и являются образцом для мира. Оттуда появилась концепция исключительности и мессианства Соединенных Штатов, дающая им право вести за собой человечество и карать отступников миллионами. А тщательно замаскированный расизм никуда не делся. Англосаксы четко разделяют людей по расовым признакам, в частности по цвету кожи. У американских WASP в голове четкая расово-культурная иерархия человечества. Народы северной Европы занимают в ней высшую ступень, ниже находятся народы юга Европы, еще ниже — промежуточные расовые группы, затем азиаты, а на самом дне — африканцы…

Анатолий встряхнулся, пытаясь отвлечься от неприятных воспоминаний и, первым делом включил подогрев воды. Без горячей воды для завтрака никак не обойдешься. А если вы думаете, что утренние процедуры в невесомости легко провести, то глубоко ошибаетесь. Все далеко не просто! И никакие теоретические знания здесь не помогут, только практика! Он вытащил из стенного шкафа электрическую бритву, поднес к подбородку, она весело зажужжала. Пара минут, он закончил и тщательно вытряхнул содержимое бритвы на пылесборник: оттуда никуда не улетит, а в выходной можно его пропылесосить. Еще не хватало, чтобы сбритые волосы хаотично летали по отсекам, грозя попасть людям в дыхательные пути. А теперь умоемся, берем приемное устройство-пакет с водой и, нажимаем на кнопку, вода тонкой струйкой устремляется в подставленную ладонь. Когда водяной шарик подрос до размера теннисного мячика, он отключил воду. Смочил ладони, и потом приложил их к лицу — жидкость растеклась, заполняя все дырочки и неровности. Вода, испаряясь, пробудила ещё больше. Промокнул воду вафельным полотенцем, растер лицо, бодрит. Так, а жизнь, похоже, налаживается.

Анатолий бросил быстрый взгляд на часы. До утреннего брифинга еще полчаса. Остается времени достаточно для утренних занятий физкультурой, тренировался он дважды в день. Хочешь оставаться в хорошей форме после приземления — не ленись, занимайся! Иначе проблемы с атрофировавшимися в невесомости мышцами неизбежны. Петр помог подогнать сбрую для беговой дорожки — это российский притяг, имитирующий земную тяжесть в невесомости. Вчера он сумел пройти километр и выдохся. Впечатление удручающее, но тем упорнее нужно тренироваться. Через двадцать минут пыхтения на дорожке он отстегнулся. Бросил беглый взгляд на табло — полтора километра! Растем!

Хотя в невесомости особо калорий не тратишь, но после тренировки желудок недовольно заурчал. Он вытащили из холодильника коробки пищевых рационов на себя и Петра, подогрел в микроволновке. Вместе они позавтракали, чем бог послал. На этот раз Всевышний и Бирюлевский завод одарили их на завтрак кашей рисовой с курагой и тубой с вишнево-яблочным соком. После месяца командировки космическая еда воспринимается уже не как экзотика, а как давно набившая оскомину обыденность. Да к тому же и не очень вкусная, особенно переваренный рис из тубы, хотя курага весьма хороша! Но делать нечего, срок командировки закончится только через два месяца, приходится есть то, что прислали на очередном грузовом корабле. Космонавты уже заканчивали с завтраком, когда в люк постучали.