Наследие фаэтов
Мы мыслим, следуя природе, говорим, следуя правилам, но действуем по привычке.
Сфера Оорта
Группа астероидов «Бастион».
Планетоид «Альфа»
Датчик жизни у саркофага показывает максимум. Жизнь в коконе-брахманде – как её оценить? Что способно возвратить Эрланга в этот мир? Ответы на эти вопросы неизвестны ни фаэтам, ни простым землянам. Несколько попыток проникновения в тайну прошли безуспешно. Здесь, на «Альфе» – аномальная зона, есть какая-то надежда.
Демьян сделал неуклюжий шаг – скафандр не совсем по размеру – и осмотрелся.
Кругом чернющая, равнодушная, три тысячи раз продырявленная бесконечность. Картина не располагает к бесстрастию. Но и для волнения нет причин. В полусотне метров помаргивает цветными огоньками надёжный Юнивер. В стороне и поближе – Леда в универсальной одежде фаэтов. «Вторая кожа» – на вид спортивное трико. И этот жуткий шлем, прозрачный до невидимости! Призрак очаровательной обнажённой женщины, гуляющей в промороженном открытом космосе…
Их одежда обеспечивает абсолютную защиту. Демьян примерил на Земле – и почувствовал себя совершенно голым. Малокомфортные скафандры астронавтов роднее, уютнее. Он опустил взгляд на саркофаг, установленный у края зоны. Кто по-настоящему независим от любых внешних воздействий, так это Эрланг! На дне океана, в вакууме – ему всё одно.
Юниверы Эскадры растворились в невидимости. Краем зрения можно заметить несколько частичек Облака Оорта. Мутные пятнышки среди ярких звёзд. Но пустоты нет – эфир переполнен голосами, по преимуществу женскими. Дамы в свободном поиске. Рассчитывают отыскать ключ к новой Цитадели. Ничего не выйдет, для такой задачки требуются мозги, уничтоженные нашествием Йуругу. Демьян прислушался: околонаучные тары-бары. Почти как на восточном базаре или в женском монастыре. На планете не осталось ни базаров, ни монастырей, а болтовня заменила отсутствующую ноосферу.
Тайна Галактолёта сегодняшнему поколению фаэтов и землян неподвластна! Оживление Эрланга – проблема наипервейшая. Но, – подозревает Демьян, – даже Леда с Эрвином не верят в успех. Как и все прочие. Ох уж эти фаэтянки! Чтоб они не делали – не идут дела. Отправили десяток психокопий с целью определить источник потенциальной угрозы. Казалось – нащупали расположение штаба Чёрной королевы. А то место Галактики оказалось девственно пустым. Большинство психокопий просто затерялись. Они теперь спрашивают себя: «Неужели опять Сириус?». Скудные данные указывают туда, но…
Новая стратегия фаэтов направлена в другую сторону. Стремление создать новую Шамбалу, Цитадель вне Земли. И закрыться от мира, отказаться от межзвёздных, да и любых внешних контактов. Но чтобы соорудить надёжную Цитадель, требуется мощное психоэнергополе. Фаэтянки не смогут… Прежде надо отказаться от ненужной и вредной аккумуляции физической энергии.
Демьян не любил многих фаэтов, погибших при отражении агрессии. Но сейчас с удовольствием поработал бы с ними. Даже с Арни. Вышел бы толк, непременно. Если б еще и Комитет Пятнадцати воссоздать! Да многих нет уже в этом мире. Сам Демьян неузнаваемо сед и морщинист, как Лунь из забытых сказок. В зеркало противно заглядывать. Чтобы добиться перемещения сюда саркофага с Эрлангом, – нет, с Лераном! – пришлось отказаться от должности Глобального Координатора. Впрочем, координировать что-то в текущий момент – утопия.
Плоскость под ногами отражала звёзды. Только что! С чего усилилась активность в глубине Колодца? Постепенно наливаясь цветом, закружились белесые нити. А следом завихрились мысли. Эскадра возжелала сотворить модель Галактолёта. Маленькую реконструкцию. Сто лет им понадобится, не меньше. Нет, без Эрланга из капкана не выбраться.
Но стоп! Не туда заворачивает его настрадавшаяся психика. Пожалуй, пора начинать.
– Эрвин! – громко, перекрывая женские голоса, воззвал Демьян, – Ты где? Приступим!
– Здесь я, рядом, – негромко отозвался фаэт.
У дальней башенки проявилась стройная фигура, высвеченная прожектором Юнивера.
«Вот как! – удивился Демьян, – Он спокоен и деятелен! Никакой тревоги! Ему бы с волнением готовиться к воскрешению отца, а не изучать ненужный рельеф. Да, император у фаэтов прежний – разум, но не сердце. А у фаэтянок, пожалуй, даже не разум, а рассудок. Потому Земля впадает в прострацию. Земляне дичают. Вместе с фаэтами, как ни странно, исчезла у людей перспектива. Пропало и то, что пришло к фаэтам перед их гибелью. Озарение, обусловленное интеллектом и делом Эрланга. Земной его ипостасью, Лераном Крониным. Сегодняшние фаэты совсем не земляне. Они дальше от нас, чем прежние до прозрения. И повторяют ошибку Фаэтона, не в первый раз. А, наверное, в третий. Они не способны учиться и понимать. И не только потому, что большинство из них сейчас женщины. Многие из них даже не самки, не способны к рождению. Не потому ли решили воцариться, а затем облагодетельствовать? Но жива память о теневом правлении Шамбалы, приведшем к катастрофе. И никто не желает повторения. Да не осталось у людей ни сил, ни ума, только чувствование. Дичание – форма протеста? И получается – без воскрешения Эрланга не произойдет возрождения Земли!».
Огибая невидимые препятствия по изящной кривой, приближается материализующийся по пути призрак. Красиво идёт! Ткань универсального комбинезона в космосе проявляет себя не так, как на Земле. Отсюда это сияние, похожее на ореол или ауру. Сколько ей лет? Разве он, Демьян, старше? А выглядит как дедушка рядом с внучкой. И ещё – как элемент фона. Леда – дама строгая. Но сын её пошёл дальше – земляне для него полулюди. Он, Демьян, – получеловек? Дважды гордый Эрвин: фаэт и наследник вождя фаэтов, императора Фаэтона… Принц?
Комбинезон Леды подчеркивает юную стройность фигуры. Демьян представил в очередной раз, какой она была во времена Лерана Кронина. Длинные стройные ноги, небольшая твёрдая грудь, плавные линии… И какое нежное лицо! Высокий лоб, под чёрными дугами бровей огромные синие глаза. Губы как у Лерана – четкого рисунка, нижняя чуть полновата. Губы потеряли алую яркость несколько лет назад. Каждый очередной год напрасной надежды на оживление Лерана отнимает у неё частичку души. И добавляет отрешённости от всех и всего.
Демьян оторвал взгляд от Леды и заставил себя поднять голову. Полярная всё там же. И крупная искра Солнца на своём месте. Что с этим небом может произойти в ближайшие тысячи лет? Ничего такого, что смог бы зафиксировать человеческий глаз.
Планетоид в поперечнике не более пяти километров. Пятидесятиметровый в диаметре диск Юнивера, засветившийся сразу десятком прожекторов, предстал космическим зверем, готовым к прыжку. В ослепительном косом свете выделился диковинный пейзаж из ярких белых и непроницаемо чёрных пятен самой разной конфигурации. Глазам больно…
Со времён легендарных ничего тут не поменялось и в малом. Главное – остался в неприкосновенности загадочный объект. Демьян наклонился, опустил голову, задев лбом стеклопласт шлёма. Да, всё так же: высвеченный земными фотонами участок ровной поверхности, окружённый гладкими отвесными камнями-скалами. Зеркальная поверхность нормализовалась и отражает падающий свет и его фигуру. И черты лица можно различить. По сторонам – четырёхгранные пирамидки. Высота их около пяти метров, заострённые вершины целят в немерцающие точки звёзд. Гладкая площадка ограничена контуром сложной конфигурации. Не круг, не эллипс, не система лекал… Нечто более хитроумное, но не менее осмысленное. Именно осмысленное, ибо природа сама по себе не стремится к усложнённости, к математически запутанной геометризации структуры. Шпили-пирамидки венчают некие узловые точки идеально гладкого, плавно обрезанного участка евклидова пространства. Кем они расставлены?
«Интересно, какие мысли сопровождали здесь самого Салтыкова? – спросил себя Демьян, – Какими словами он описывал то, что видел? И вижу сейчас я…».
Пока ясно без слов: трогать руками нельзя! Ходить, как и смотреть – можно. Откуда Демьян это знает? Отвернуться и ещё раз посмотреть!
Демьян обомлел: снова ни зеркала, ни туманного колодца! Мало того: на месте идеально отполированной поверхности развёрзся бесконечный провал, проходящий через каменное тело астероида. У провала нет дна. Искусственный свет не отражается от исчезнувшего зеркала, только звёзды – это непонятно. Но свет и не возвращается из чёрного ящика внутри астероида. Вдвойне загадочно!
В голове прояснилось, шум в эфире ушёл на дальний план. На его место пришли ритмичные, гортанные звуки. Информация упорядоченная. Кто сейчас пытается говорить с ним, человеком Земли? На неизвестном ни землянам, ни фаэтам тонком уровне. Происходит почти так, как с фаэтом Ачено, занимавшемся изучением астероидов из группы «Бастион»,
Вершины пирамидок заискрили: пришла в действие скрытая в Колодце энергия. Обманное зеркало провала пошло мелкой рябью. Где сейчас первооткрыватель этого неземного чуда Денис Исидорович Салтыков, великий землянин, бывший главком войска фаэтов? Прошедшее обращается в легенды, Салтыков стар и немощен, не желает никаких встреч. До него отсюда почти сто астрономических единиц в обычном пространстве. А во времени он – вовсе недостижим.