Это показалось Кэт странным, но у нее сейчас было много других серьезных проблем. Она почувствовала, что напряжение спадает. Несмотря на идеально прокрашенные волосы и красивое пальто, Мэдди выглядела уязвимой. И была как комок нервов.
– Я выйду на улицу ненадолго, – обратилась Кэт к Джарвису, неуклюже слезая со стула. – Скажи Рэйчел, что я пораньше ушла на перерыв, или еще что-нибудь придумай. Например, мне вдруг стало плохо… все что угодно…
Спорить с Кэт было бессмысленно, поэтому Джарвис шагнул назад и позволил ей пройти. Пока они не вышли из магазина и не свернули за угол, она чувствовала, как он сверлит взглядом ее спину. Кэт зажгла сигарету. Ей не хотелось курить, но это был способ чем-то занять себя.
– Куда мы можем пойти? – спросила Мэдди. – Поблизости есть какое-нибудь тихое место?
Кэт решила пойти в сторону канала в надежде, что там она будет легче дышать. Мысль, чтобы оказаться в душном кафе с разнообразными ароматами, витающими в воздухе, была ей невыносима.
Они молча шли по глухим улочкам между рядами высоких красивых домов с террасами, черными коваными перилами и ступенями, ведущими к входным дверям. Наконец приблизились к каналу, вода в котором казалась серой, и Кэт повернулась к Мэдди.
– У меня мало времени, так что давай сразу о деле.
Мэдди пристально посмотрела куда-то вдаль и набрала полную грудь воздуха.
– Я знаю, что ты беременна.
У Кэт заколотилось сердце.
– Откуда?
– Виктория сообщила.
– Что? Но это был наш с ней секрет!
Она представила большие серые глаза Виктории, ее мягкий взгляд, вспомнила, как сочувственно та наклоняла голову, слушая ее, и рисовала что-то на листе бумаги, – тогда Кэт чувствовала себя в безопасности. Ее сердце тут же заполнила пустота – ведь она доверяла Виктории и считала ее своим союзником. Кэт стиснула кулаки, чтобы не разрыдаться. Но почему ее это удивляет? Разве ее не предают все вокруг – все, кроме Трейси?
– Кэт, – сказала Мэдди, – пожалуйста, пойми меня правильно. Это я позвонила Виктории, когда осталась без работы. Хотела прояснить ситуацию, потому что она считала, будто я украла все деньги Лео. Но у меня ничего нет. Я никогда не брала его денег.
Кэт пнула ногой камень, который улетел и плюхнулся в воду.
– Ей не следовало рассказывать тебе, – произнесла она, пропустив новость о потере работы мимо ушей. – Это никого не касается, кроме меня.
Мэдди стояла, скрестив руки на груди, и вглядывалась в круги, которые шли по воде от упавшего камня.
– Виктория ненавидит меня, – заявила она. – Она знала, что новость о твоей беременности меня расстроит. Ей хотелось сделать мне больно.
Кэт взяла еще одну сигарету из пачки и яростно чиркнула спичкой.
– Что ж, мне очень жаль. Я тоже не в восторге от происходящего.
Мэдди повернулась и посмотрела на нее:
– Что ты собираешься делать?
Кэт обратила внимание, что глаза у нее запали и под ними образовались темные круги. Она выглядела грустной и измученной, будто хотела, чтобы кто-нибудь обнял ее, но Кэт не собиралась попусту тратить свои эмоции. Ей самой не помешала бы поддержка, но в мире не было ни единого человека, от кого она могла бы получить ее.
– Я не знаю, – с горечью ответила она. – Не стану врать, что планировала завести ребенка в ближайшее время.
Мэдди нахмурилась:
– А ты справишься? Я имею в виду, если оставишь его?
– Я живу с соседкой в крошечной квартирке с двумя спальнями и едва свожу концы с концами, убиваясь на бесперспективной работе. У меня больна мать, и я единственная, кто может присмотреть за ней. Да, и Лео больше не платит за меня арендную плату, так что мое финансовое положение еще хуже, чем обычно. – Она усмехнулась. – Я ответила на твой вопрос?
Мэдди подошла к скамейке и села. Кэт последовала за ней.
– Почему ты с ним связалась? – спросила Мэдди. В ее голосе не было ни злости, ни нападок.