— «Серебряное правило» необходимо выполнять после того, как только не сработает «Золотое правило». Звучит оно так: «Убей всех прежде прежде, чем они убьют тебя»
Лахлан улыбается мне и говорит:
— В действительности, Золотое правило должно звучать так, «Ты истечешь кровью, если не будешь делать то, что я скажу».
Я закатываю глаза, а Бреннус улыбается мне.
— Сейчас нам нужно усилить безопасность. Отныне, мы будем запирать все коридоры. Останутся только парни, у которых есть дела в Северной и Западной башне. На постах у дверей останутся только проверенные люди, но не особо доверяйте им, — приказывает Бреннус Дэклану.
— Хочешь приставить к королеве еще больше персональной охраны, — спрашивает Бреннуса Дэклан.
— НЕТ! — отвечаю я, глядя то на Дэклана, то на Бреннуса. — Достаточно и четверых. Я привыкла к вам, ребята. Я не хочу, чтобы за мной смотрели еще больше ребят. Вы не можете просто установить на двери камеры, или что-то вроде того? — спрашиваю я, и они смеются.
— Доступ к камерам может получить любой. Даже замкнутая цепь может быть нарушена, и они это знают, — говорит Бреннус. — Какое-то время нам нужно будет расспрашивать всех, кто к тебе приближается. Предположим, они занимаются бизнесом. Попробуй докажи, зачем они здесь.
— По-моему, пришло время, чтобы ты показал мне, как пользоваться тем топором, Бреннус, — тихо говорю я. — Как на счет того, чтобы ты присоединился к нам в комнате для сражений, когда освободишься? — спрашиваю его я, глядя на свои сжатые руки.
— Это не плохая идея, mo chroí, - говорит он, накрывая мои руки своими. — Мы начинаем завтра. Посмотрим.
Я киваю, и мы заканчиваем собрание.
Только после наступления темноты, я забираюсь в постель и крепко прижимаю к себе подушку. Я лежу и пытаюсь заставить себя заснуть, стараясь не думать о всех тех страшных вещах, о которых узнала сегодня. Я не хочу думать о своем будущим, потому что оно мрачное. Возможности извращения во зле бесконечны. Я должна быть готова к худшему сценарию. Должна быть готова к тому, что Казимир заберет меня. Мне нужно решать уже сейчас, или я позволю этому случиться, или воспользуюсь вариантом Б, как я поступила в пещерах в Хоутоне. Я не могу позволить Бреннусу превратить меня, не могу позволить Казимиру забрать мою душу. Теперь моя жизнь выходит из-под контроля. Если я покину свой новый дом, я снова подвергну риску всех, кого люблю — Казимир буде искать способ похитить или убить меня. Мне весь день удавалась сохранять спокойствие, не позволяя никому увидеть мой страх. Это словно толочь воду в ступе держа в руках кирпич.
Мое сердце умоляет меня найти отсюда выход. Я нужна Риду и Расселу, наверное, больше, чем они нужны мне. Но можно ли как-то держать моих ангелов в безопасности, когда произойдет битва между Падшими и Gancanagh. Я просто боюсь, что, если в разгаре этой битвы меня поймают, я навсегда потеряю Рида и Рассела.
Может, так для меня даже лучше, — шепчет мне мой разум. Может, им лучше без тебя. Мои глаза застилают слезы, поэтому я закрываю их и позволяю слезам течь по щекам. Действительно ли существует такой вариант, что им будет без меня безопаснее? — думаю я.
Изнеможение наконец берет верх, и я засыпаю, мне сниться самый лучший сон о Риде, но вдруг я начинаю просыпаться. Я отчаянно цепляюсь за сон, чувствую порхание бабочек в животе, словно он здесь, и это просто сладкая пытка. Отказываясь открывать глаза в страхе, что упущу этот момент, я начинаю глубоко дышать, по моему телу распространилась боль, которую вызывает его аромат и сексуальная улыбка. Мое сердцебиение ускоряется, когда я чувствую, как мою талию обвивают теплые руки, прижимая меня к теплой груди.
Я открываю глаза, чтобы осмотреть комнату, оглядываюсь и вижу, что Рид нежно держит меня в своих руках. В его темно-зеленых глазах отражается буря эмоций, но я сразу отказываюсь в это верить, не потому что не хочу этого, но ведь это просто какая-то магия. Это магический контракт.
Рид здесь!
Он так близко, и все мои чувства кричали о том, чтобы прикоснуться к нему, сказать ему, как я хочу его — нуждаюсь в нем — жажду его — извиниться за то, что я сделала с ним, но сейчас я не могу двигаться. Я не могу обратиться к нему или поговорить с ним. У меня нет свободной воли. Я заключена в своем собственном теле. В моей голове пульсирует тысяча мыслей, но я ничего не могу сделать. Моя челюсть напрягается, в горле встает ком, и сейчас я могу только делать неглубокие вздохи.
— Эви, любимая, я знаю, что ты не можешь мне ответить — это часть сделки, которую ты заключила, чтобы спасти Рассела, — быстро шепчет Рид мне на ухо, в то время как я остаюсь неподвижной и безразличной к прекрасному созданию рядом со мной. — Но это не значит, что я не могу с тобой поговорить, — говорит он своим красивым голосом.
Я закрываю глаза, смакуя ощущением его рук на моей талии, запаха его кожи рядом с моей. Он прижимается лицом к моей шее.
— Мне жаль, что мне потребовалась так много времени, чтобы найти тебя, — говорит он, нежно проводя губами по моей коже. Во мне вспыхивает боль и тоска, я хочу поцеловать его, но не могу. — Искушение забрать тебя отсюда, меня почти подавляет, — с мучением в голосе, говорит Рид — Если я заберу тебя прямо сейчас, ты будешь заперта в своем теле… ты бы осталась такой, не будешь есть, только спать до тех пор, пока не вернешься к нему или пока мы не найдем способ разорвать договор… или пока ты не умрешь, — объясняет Рид. — Без разрыва контракта это слишком большой риск.
Он пальцами убирает волосы с моей шеи, аккуратно проводя вниз по моему плечу, и вниз по моей руке, от чего я дрожу.
— Я скучал по тебе — все это время, что ты была здесь, было… ты нужна мне, Эви, — почти шепотом говорит он, целуя мое плечо.
Из моих глаз текут слезы.
— Не плачь — выдыхает он, крепче обнимая меня и вытирая мои слезы тыльной стороной своей ладони. — Я найду способ вытащить тебя из всего этого. Доверься мне, я сделаю. Ты моя, и я никогда не сдамся. Обещаю тебе.
Я хочу сказать, что верю ему — что я доверяю ему. Я хочу его больше, чем кого-либо когда-либо хотела. Только услышав его голос, я хочу бороться за него.
— Думаю, я придумал для тебя способ, чтобы ты смогла общаться с нами. Этот контракт действует так, что, когда я рядом, ты заперта в своем теле, но думаю, Рассел может говорить с тобой через твои мысли. Я попрошу его попробовать. Он поработает с Федором. Теперь он может контролировать свой клон. Он скоро пришлет тебе его. Если он сможет войти в тебя, может, вы сможете поговорить внутри тебя, там, где они не смогут остановить это. Расскажи нам о ваших планах, о том, что ты видела, так, чтобы мы могли помочь тебе, — говорит он, прижимая меня к себе и нежно поглаживая.
От его слов во мне вспыхивает надежда. Он знает о моем контракте — и как он работает. Он знает, что я не охладела к нему — что я не могу ответить, как бы отчаянно я не реагировала на его прикосновения.
— Продолжай играть, Эви. Я знаю, что ты уже, наверное, поняла, что у нас осталось всего несколько месяцев до того, как Бреннус придумает другой план, как удержать тебя рядом с собой, — говорит Рид.
Внутри, я радуюсь, что Рид тоже это понимает. Осознает, что у Бреннуса нет никакого намерения хоть когда-нибудь отпустить меня.