— Нет, Железный Феликс, — с сарказмом ответил полковник.
— Все чисто, — офицер опустил пистолет. — Свои.
Остальные маски последовали примеру командира. Дышать стало заметно легче, словно камень с груди свалился. Высовываться из теплого салона под ледяные капли дождя совершенно не хотелось, но и выбора не было. Без резины я далеко не уеду.
— Где он? — поинтересовался я, выйдя из автомобиля.
— Во хрень! — выругался ОМОНовский офицер.
И так понятно, что погнавшись за нами, они совершенно упустили из виду Чертового Расера. Выдернув ключи из замка, я побежал к капкану. Маски последовали за мной, сотрясая мост дружным топотом. Не дай Бог — упустили. Впрочем, куда ему? Мышеловка захлопнулась, и сбежать из нее невозможно. Однако, перепрыгнув через сцепку, я несколько удивился — расера не было! Да точно не было! Спрятать кучу железа на пятачке двадцать на двадцать метров попросту невозможно, а значит… сбежал, паршивец! Но как? Как можно покинуть бутылку, закрытую пробкой и залитую сургучом?
Ответ на этот вопрос нашелся достаточно быстро — кованые прутья ограждения моста в одном месте отсутствовали, а на мостовой тускло блестел кусок красного пластика. Что за? Не улетел же он! Да и плавать, скорее всего, не умеет. В голову закралось совершенно идиотское предположение, будто, поняв безысходность ситуации, гонщик ринулся с моста в воду, предпочтя смерть. А как же! В жизни всегда есть место подвигу.
Впрочем, сюрпризы — не такие штуки, чтобы ходить по одиночке. Подойдя к краю моста, я обнаружил стрелу асфальта вместо воды.
— Слышь? — я повернулся к подошедшему Собакину. — А где река-то?
— Река?
Дима некоторое время смотрел под ноги, затем сплюнул на дорогу с пятиметровой высоты. Мокрее, несмотря на отсутствие реки, там не стало.
— Река там, — он махнул рукой. — Под следующим мостом.
— Постой! Я, наверно, чего-то не догоняю… я же сказал перекрыть мост через Миасс, а ты что перекрыл?
— А что я-то? — полковник пожал плечами. — Куда ты пальцем на карте ткнул, туда я заслон и поставил.
По крайней мере, теперь стало понятно, почему грузовики оказались ближе, чем я ожидал. Подумать только! А я себя дебилом считал… самооценка мгновенно вернулась на прежний уровень. Я зафутболил кусок бампера в темноту.
— Что делать-то будем? — поинтересовался Дима.
Блин! А почему я всегда думать-то должен? Я поискал, что бы пнуть, но ничего более подходящего, чем вырванный прут ограждения не нашлось. Ноги жалко… да, к черту, я осторожно. И железка, поддетая носком кроссовка, отправилась вниз.
— Ну? — осведомился Собакин.
— Гну, — хмыкнул я.
Неплохо бы еще что-нибудь пнуть, но большому пальцу ноги хватило и одного прута. Пусть живут… я позвенел ключами от авто и протянул их полковнику. Тот, недоумевая, взялся за брелок.
— Поставь ее пока у себя, — распорядился я.
— Интересно, как я это сделаю? — пожал плечами старый опер.
— Твои проблемы.
— А ты?
— А я займусь твоей проблемой.
Чуть ссутулившись под каплями дождя, жалея, что не подумал захватить с собой крутку, я зашагал по тротуару. Благо — недалеко. Если я что-то понимаю в машинах (а я понимаю в этом деле, и немало), то после такого прыжка расеру прямая дорогу в мастерскую — менять стойки. А, может, и еще что-нибудь. Что надо сделать, чтобы заменить стойки? Правильно! Приобрести замену! Где можно в максимально сжатые сроки достать новые стойки? Снова правильно! У Макса! Если, правда, ничего не изменилось… а где можно найти его ночью? Нет, не правильно! Не в мастерской, а в "Неоне"! Опять же, если ничего не изменилось. Практика же показывает, что за время моего отсутствия изменилось очень многое. Очень и очень многое.
Но для бешенного кобеля сто верст — не крюк, даже под проливным дождем. Проходя мимо КамАЗа, я заметил белые буквы на двери — "ЧМО-16". Вот уж действительно… ах, ЧелябМостоОтряд N16. Один черт — уроды.
Глава восьмая
Клуб "Неон", надо же такому случиться, оставался на том же месте, что и пять лет назад. И оставался именно "Неоном", не превратившись в какой-нибудь бордель или сервис-центр. А на парковке перед клубом, среди ведер, кастрюль и тазиков, стояла своеобразная реинкарнация Лады Эво — ВАЗ-2108 с центральным, если судить по радиаторамв системы охлаждения, расположением двигателя, выведенной перед задней левой аркой трубой прямотока и карбоновыми кузовными панелями. В общем, черепаха должна плясать от счастья, что не родилась "зубилом" и попала в руки Богу, а не Максу. Так извратиться над "восьмеркой" мог только один человек во всем мире — хозяин "Magura-Motors", и определить владельца можно и без логотипа "ММ" на крыле автомобиля.
Кассирша на входе, брезгливо скривив лицо, приняла от меня промокшую насквозь купюру. Слава Богу, трубку вода не повредила — отличный аппарат! Мне уже посчастливилось раз обладать такой, скажу по секрету — нет ничего лучше, чтобы колоть орехи. А здесь — дождь. Тьфу! Получив на тыльную сторону ладони крестик ультрафиолетовым маркером, я прошел мимо охранников в фойе клуба.