Я протиснулся в дверь, сбросил рюкзак и взгромоздился за первую парту, а она, наоборот, поднялась из-за стола и поправила очки. Всем своим видом классуха демонстрировала, что разговор будет серьезным.
Ну почему не линзы, а эти, уродующие ее окуляры? — в очередной раз подумал я, разглядывая учительницу. Как и бесформенная вязаная кофта с длинной юбкой, полностью скрывающие фигуру. Симпатичная же тетка. Я знаю, у нее есть красивые, модные платья. Неужели она настолько боится завуча, что готова выглядеть страшилищем?
Вообще, с классухой нам повезло. Наша Ирочка, как мы ласково называли учительницу, в змеином клубке педагогического коллектива нашего лицея смотрелась инородным телом хотя бы потому, что любила детей и свою работу. Вот и сейчас вместо того чтобы попросту отругать меня, Ирина Михайловна решила вызвать меня на откровенный разговор по душам.
— Десятый класс — крайне ответственный, — прописную истину она изрекла так, будто бы поделилась со мной сокровенным знанием. — Ведь ты закладываешь базу на следующий год. Сейчас надо мобилизовать все ресурсы, чтобы потом было легче поступить в вуз, а ты никак не можешь собраться.
Ирина Михайловна задумчиво прошлась вдоль доски с озабоченным лицом, развернулась и адресовала мне вопрос:
— Что происходит, Роман?
Я молча опустил глаза, демонстрируя муки совести.
Классуха недовольно поджала губы и впилась в меня взглядом, словно хотела разглядеть, что творится у меня внутри. Не разглядела. Она уже набрала в грудь воздуха, чтобы продолжить мое воспитание, но ее прервала резко распахнувшаяся дверь. На пороге стояла завуч.
— Ирина Михайловна, в чем дело? — рявкнула Азалия Сергеевна, недобро сверля Ирочку глазами. — Все уже собрались, ждем только вас.
Завуча в нашей школе боялись все. И прозвище «демоническая женщина», данное ей в незапамятные времена, и сейчас оправдывало себя.
— Извините, — пробормотала, смутившись, Ирочка. — Срочный разговор… Да-да, уже иду. Извините еще раз.
И тут беспощадный взгляд демонической женщины уперся прямо в меня. Я невольно почувствовал, как моя голова втягивается в плечи. Завуч же держала паузу, продолжая молча изучать меня. И взгляд ее при этом становился все более плотоядным.
— Пойдем-ка со мной, — поманила она меня пальцем.
Гуськом — впереди завуч, за ней Ирочка, а потом я — мы выдвинулись в сторону актового зала, где застыли на стульях преподавателями из окрестных школ. По сцене с хозяйским видом расхаживал незнакомый дядька с аккуратной бородкой. Увидев нас, он сильно обрадовался:
— Ага! А вот и доброволец!
При этом он почему-то посмотрел на меня.
Какой еще доброволец? Я ни под чем не подписывался!
Демоническая женщина усадила меня в первый ряд рядом с собой — чтобы я никуда не сбежал — и милостиво кивнула дядьке:
— Можете продолжать.
Тот не заставил себя ждать. Приклеил к лицу дежурную улыбку, сцепил пальцы в замок и хорошо поставленным голосом проговорил:
— Итак, начнем. Я представляю научно-психологический центр, работающий под эгидой…
Далее последовал длинный список организаций, одних только международных исследовательских фондов я насчитал пять штук. Большинство названий мне ничего не сказали, но я заметил, что уважения в глазах зрителей прибавилось. Дядька самодовольно улыбнулся в бороду и продолжил. Обращался он непосредственно к Азалии Сергеевне.
— Пока вас не было, я уже объяснил уважаемой аудитории, чем занимается наш центр, и чем мы можем помочь школе, ученикам, педагогам, родителям. Говоря «школа», я имею в виду самое широкое толкование этого термина. Итак, повторю кратко. Мы проводим психологическое консультирование и психотренинги. Подобные услуги оказывают многие организации, мы же — единственный центр, занимающийся детским гипнозом.
Докладчик сделал паузу, чтобы все прочувствовали важность момента, и продолжил:
— Гипноз — эффективное средство для избавления детей от разнообразных психологических, психоэмоциональных и поведенческих проблем, которые формируются в период взросления и оказывают значительное негативное влияние на дальнейшее становление личности. С помощью гипноза можно скорректировать проблемы, связанные с усвоением знаний, недостаточной концентрацией внимания, трудностями в контактах со сверстниками или проблемы в семейных отношениях. Малышам мы помогаем избавиться от навязчивых страхов, например, боязни темноты. В подростковом возрасте гипноз помогает поднять самооценку, избавиться от чрезмерной агрессивности, боязни экзаменов и публичных выступлений, игровой зависимости. Гипноз дает хорошие результаты после пережитых психотравмирующих ситуаций, например, при депрессии после развода родителей или неразделенной первой любви. Но, думаю, будет лучше, если я просто покажу вам, как это работает. Итак, где наш доброволец?
Зрители завертели головами, а завуч вытолкала меня на сцену.
Я неловко поднялся. Да, сейчас мне явно не помешало бы повышение самооценки и избавление от боязни публичных выступлений. Хотя, если говорить по-простому, меня вовсе не прельщала совмещенная роль клоуна с подопытной крыской.
Дядька усадил меня на стул, встал за моей спиной, приобняв за плечи — и этот боится, что сбегу? — и обратился к залу:
— Сегодня наш сеанс будет проходить в непростых условиях. Во-первых, обычно мы не допускаем присутствие взрослых на сеансах, чтобы ребенок не чувствовал себя скованно. Во-вторых, перед гипнозом мы проводим предварительную консультацию, на которой врач определяет степень внушаемости пациента, его психологическую готовность к сотрудничеству с гипнологом. В случае, если установить доверительный контакт не удается, то попытки лечения гипнозом окажутся бессмысленными. Сегодня ни первый, ни второй пункты соблюсти не удалось, так что результаты, к моему великому сожалению, могут оказаться не столь впечатляющими, как бы мне хотелось.
Затем он развернулся ко мне.