Триумф Времени и Бесчувствия: читать начало книги онлайн

Часы.

Слуги.

Пролог

Минотавр.

Мой день начинается с бассейна. Вода и свет. Вода и воздух. Если свет предохраняет нас от небытия, а воздух – от космоса, то вода – от притяжения земных вещей. Для обладания миром нужна дистанция. Только после воды я позволяю себе погрузиться в мир. Мировые новости, завтрак на веранде, легкая музыка, цветы и птицы. Машина приходит в 9:30. Она привозит мне новости корпоративные. Это – третья стихия, после воздуха и воды. Она предохраняет от снов и фантазий. Это моя скала реальности, которая стоит неколебимо. Если наши акции упадут безвозвратно, эта скала даже не треснет. Она со мной, покуда я жив. Дорога в офис – мое восхождение на скалу. Когда машина останавливается возле нашего билдинга, я уже на вершине. В моих волосах свистит высокогорный ветер. Снега тысячелетий хрустят под моими каблуками. Я обладаю реальностью. Она моя. В сопровождении охранников я поднимаюсь по мраморной лестнице. Вхожу в дверь. Поднимаюсь на лифте. Прохожу по коридору к моему месту Силы. Я вхожу в мой кабинет. Мир распахивается. Он огромный и многослойный, как лабиринт. Его углы и повороты восхищают меня. Проникать и обладать, не разрушая и не разрушаясь, – мой принцип. Я доверяю миру. Я готов к его изменениям. Мир движется и расширяется, но фундамент его неколебим. Лабиринт стоит на мощной основе. В этом величие замысла Создателя и доказательство, что мир возник не сам по себе, не по воле столкновения слепых энергий. Конструкция атома совершенна. Бронированные стены моего кабинета, черешневый стол с тремя мониторами, хрустальная пепельница, мой костюм из волокон высокогорных растений, мой молибденовый перстень, мои отполированные и покрытые лаком когти, мои витые рога, мои внимательные темно-лиловые глаза под слоистыми веками, мое нефритовое кольцо в широком, влажном и всегда шумно дышащем носу – все состоит из божественных, совершенных атомов. Я осознаю их совершенство. Я впитываю их вибрации. Я ощущаю их мощь. Сидя в массивном кресле из ливанского кедра, я развожу в сторону свои могучие руки. Я обнимаю мир. Мы согласованы с ним. У нас нет тайн друг от друга. Я понимаю мир. И он понимает и принимает меня. Я люблю трогать мир. Сжимать его в своих мускулистых руках. Мир упругий, как теннисный мяч. Он не трескается. Мир щедр: он не поглощает приложенную к нему силу, но возвращает ее мне троекратно. Я жив этим. Мир как женщина: он умеет отдаваться и хочет, чтобы им обладали. Я люблю трогать дома и камни, машины и реки, плоды и мониторы. Я обнимаю людей и деревья. Я вдыхаю запахи заводов и лесов, морей и портов. Я пробую на язык города. В моих бычьих очах отражаются небоскребы Шанхая и лачуги Каира, Елисейские Поля и сомалийские деревни. Я жив этими отражениями. Мой мозг, витой, как мои рога, всасывает Берлин и Москву, Токио и Нью-Йорк, Рим и Мехико, Лондон и Париж. Я знаю мир. И мир меня знает. Мы благодарно меряемся силой. Наши мышцы звенят, подобно эоловой арфе.

В конце рабочего дня за бокалом арманьяка и гаванской сигарой я люблю просматривать видеозапись моего появления на свет. Мать родила меня легко. Тяжело ей досталось только зачатие: чтобы привлечь Посейдона, воплотившегося в быка, она приказала слугам выдолбить деревянную корову, разделась, обмазалась коровьим маслом и легла в нее. Ночью пришел бык и овладел деревянной коровой, в которой лежала моя мать. Фаллос Посейдона проник в мою мать, и я был зачат. Мать носила меня двенадцать месяцев. Но родила легко. В отличие от обыкновенных младенцев, я не издавал никаких звуков. Я просто начал дышать. Вдыхать, вдыхать, вдыхать воздух Земли.

И вдыхаю его до сих пор.

Жду ли я? Да, жду. Не мне скрывать это. И у меня все готово к встрече. Я готов. Да, я готов. Спокоен ли я? Да, я спокоен. Я очень спокоен. Я уверен в себе. Моя мощь всегда со мной. Никто и ничто не поколеблет ее. Я – столп. Я уверен в себе. Я могу все. И я готов ко всему. Разве может быть иначе? Ожидание? Да, ожидание. Оно во мне. Это часть меня. А как иначе? У кого есть сомнения? У меня их нет. Я столп. Я каменный столп. Я железный столп. Моя мощь всегда со мной. Да пребудет сила со мною вечно! Я готов! Ожидание? Да, ожидание! Оно во мне. Это часть меня. А как иначе? Разве может быть иначе?! У кого есть сомнения? У кого есть сомнения?! Я каменный столп. Я железный столп. Моя мощь всегда со мной! Меня не сдвинуть. Нет силы, способной сдвинуть меня. У кого-то есть сомнения? Моя мощь всегда со мной. Я столп. Я столп. Я спокоен. Я спокоен. Я очень спокоен. Я очень спокоен. И я хочу спать.

Эпизод I

Голос.

В Slipgate второго уровня, сразу, через Новокузнецкую, там, где шаурма и нищий с ногой, где великаны и омоновец с лошадиной головой, а за углом Альфа-банк, а потом сугроб с бутылкой и огненной банкой. Огров много выскакивает сразу, больше, чем солдат, а Гнилой Рыцарь только один.

Белый двуногий прыгает 200 единиц жизни.

Его Shotgun пробивает плохо, нужен Super Shotgun или Гвоздомет, а с Axe на Третьяковскую лучше не соваться. Огров я крошу Супер Гвоздометом, там, когда есть зеленая броня, они гранатами не пробивают и пилой не прорежут. А красную и желтую – тем более.

Ограм на рынках точат пилы таджики по тайному распоряжению Собянина.

Зайти на третий сразу. Зайти через жидкое окно. И в воду по Пятницкой, где много Скрагов, Гвоздометом. Гранатомет расходовать не надо. Идти через you found a secret area прямо к вратам Тора, где пентакль, и мочить Shamblera громотроном.

Новокузнецкая опускается под воду, когда я стреляю по звездам.

И сразу через подворотню, через Трансагенство, через Стоматологию, через кабинет хирурга, который рвет зубы без наркоза, через ляжки, через блоки и тротуар, а потом Кольцо Теней – и сразу на четвертый уровень. Рвать, рвать, рвать всех ракетометом, а потом сбросить скафандр и с топором вручную на Shamblera.

У него белые когти, их забыл обрезать Соловьев, я не заплатил за Мегафон.

А обойти, а обойти. По Мосту, по Мосту. Обойти по Мосту, Пятницкая слева, справа “Елки-палки”: первый пентакль взломал, взял Thunderbolt, и без мегааптечки. Через затопленную цитадель, без скафандра, вплавь до зубчатых ворот, где мины и сгустки.

Сергей не знает ни хера про билеты, а пиздит непрерывно.

Поплыл до Дебаркадера, а там вскочил, пошел, по переулкам бродит лето, а на набережной уже ОМОН лошадиноголовый и снег, а я без мегааптечки с Thunderboltом. По колдунам и рыцарям громотроном хуяк, хуяк, хуяк.

Громотрон надо спрятать на антресолях, чтобы мама не нашла.

А потом сразу в Лабиринт. Опять без мегааптечки, все самому, через лабиринт. По стене побежал, побежал до Трубы, взял Quad-damage и сразу Гвоздомет и по зомби, а потом и по ротвейлерам, прыг вверх на ящик, через вентиляцию, мимо Death Knighta быстро.

Белая береза под моим окном обсыпана коксом, словно серебром.

И сразу броню красную, Сгустки не проплюнут никогда, топором, а там за углом уже и Super Nailgun вертится, схватил – и от живота веером по гнилым рыцарям, рукой подать до скафандра.

Надо все-таки рассказать Ларисе Борисовне про старую квартиру.

Ring of Shadows у меня не заваляется, до Стены добежал, а потом из Shotguna по красным точкам, чтобы Мост опустился, а там же выскочат сразу Сгустки, а я с двустволкой, через левый проход побежал до самого люка, а там замочил ротвейлера и по кускам вперед.

Девушка-ангел в шапке, а сапоги-ботфорты и ноги длинные хорошо голая пипка.

Как на шестой попасть без биокостюма, если проползти между стенами, взял, взял, взял аптечку, патроны, там сложный момент, когда два Гнилых плюс сгусток, замочить их на бегу, нельзя остановиться, а то сразу трупом ляжешь.

Мамин пирог засох в холодильнике, а Саша увеличилась в четыре раза.